Невольница. Книга 1 - Сара Ривенс

Он вскочил, его глаза метали молнии.

— Я планировал не дать ему заподозрить, что он мишень для убийства, — бросил он резко. — Этот мудозвон должен был поверить, что невольница всего лишь взятка, потому что те, кто хочет вступить в союз с Вудом, дарят ему шлюх.

Рик смотрел на племянника с тем же суровым видом, не говоря ни слова. Психопат двинулся к нему.

— А если бы я следовал твоему плану, — добавил он, медленно обходя стол, — у меня больше не было бы невольницы. Он бы ее убил.

У меня подскочило сердце.

Рик поднялся, когда племянник подошел вплотную. Эшер кипел, но дядя не опускал взгляда.

— Если бы я следовал всем твоим планам, то был бы уже похоронен в Лондоне рядом с отцом.

Бен поднялся и заговорил:

— Эш…

— Заткнись! — крикнул тот, не оборачиваясь. — Не играй тут со мной в большого босса! Не забывай, что здесь командую я. А не наоборот.

И отошел от дяди. Тот онемел, а племянник спокойно сел на свое место. Сунул новую сигарету в рот и быстро пролистал лежащие на столе документы.

Никто не осмеливался заговорить, все нерешительно молчали. В конце концов Рик со вздохом сел. Бен поднял руку, словно ученик в классе, чем рассмешил и меня, и Киару с Элли.

— Что еще? — раздраженно спросил психопат.

— Предупреждаю, — начал Бен, — я тут ни при чем. Идея была не моя.

Я поморщилась, не понимая, о чем речь. Киара вытаращила глаза и немедленно сделала ему знак замолчать.

— Что вы разбили? — спросил Эшер, переводя взгляд с одного на другого.

— Совсем ничего! — одновременно вскричали оба.

Эшер почесал переносицу и шумно вздохнул. Рик снова кашлянул, возвращаясь к роли ведущего. И мягко спросил меня:

— Элла, что сказал тебе Джеймс до появления Эша?

В животе образовался ком. Перед глазами поплыли леденящие картины: он верхом на мне; он у меня за спиной; и, наконец, он далеко от меня, далеко от этого мира.

— Он… он сказал мне, что пришел с какой-то…

— С Изобел, — прервал меня Эшер, — Изобел была там. Кстати, если бы не она, Джеймс не успел бы и пальцем прикоснуться к моей невольнице.

«К моей невольнице».

Бен засмеялся и подмигнул Киаре, та покачала головой. И протянула ему купюру в сто баксов.

— Дай сюда эту сраную купюру! — приказал психопат кузену.

Тот с недовольной гримасой подчинился. Эшер поднес зажигалку к банкноте и, держа ее двумя пальцами, медленно спалил. Я лишилась дара речи. Он сжег деньги! А Бен лишь промямлил:

— Не смешно.

— Следующий, кто на меня поспорит, окажется на месте этой купюры, — пригрозил Эшер и бросил обгорелые остатки в угол.

Все молчали, не зная, что сказать демону, который, покуривая, листал документы.

— Изобел не знала, что ее напарнику предстоит умереть, — продолжил Эш, — но в одном можно не сомневаться: теперь она точно знает.

— Куда ты отправил тело? — спросил Бен.

— К нему домой. Я даже добавил маленький сувенир для того, кто обнаружит его первым.

Я вспомнила, как психопат сунул пулю в карман мертвецу. Киара с любопытством поинтересовалась:

— Что за сувенир?

— Пулю с насечкой.

Рик нервно взъерошил себе волосы. Эшер, не говоря ни слова, вертел свое кольцо, его мысли где-то витали.

Может, все еще в зале, рядом с Изобел.

После его признания мое представление о ней переменилось. А с какой наглостью она попросила передать Эшеру послание… Настоящая садистка. Жестокая стерва.

Он раздавил сигарету в пепельнице, выдохнул дым и изучающе оглядел членов своей команды.

— Мы только что объявили войну, — очень серьезно произнес он, — и, зная Уильяма, нетрудно предположить, что он в первую очередь ударит по вашим уязвимым местам.

Он взглянул на Элли, намекая на ее сына. У той на лице отразилась тревога.

— Ты должна уехать завтра же, — заявил он, глядя ей в глаза. — Отправишься вместе с Тео в Шотландию.

Элли кивнула, руки у нее дрожали. Она должна была защитить сына от неотвратимой опасности.

— Киара, — обратился он к подруге, — перевезешь свою мать в Париж. Она полетит первым же рейсом завтра утром.

— Поняла, — выдавила она беспрекословно. Надо заметить, у нее не было выбора.

— Думаешь, они уже обнаружили тело? — спросил Рик.

Эш повернул к нему голову:

— Без тени сомнений. Возможно, они уже в пути, спешат сообщить новость Уильяму. Если уже этого не сделали.

От всего происходящего у меня внутри все сжалось — я отчаянно боялась. Впервые за время нашего знакомства смерть грозила нам всем.

Психопат поднялся и посмотрел на нас. Его взгляд изменился. Он открыл было рот, но промолчал, сжал челюсти и закрыл глаза.

— Мой отец… — он открыл глаза и взглянул на свои кольца, — был одним из лучших руководителей сети. И я убью всех, кто причастен к его смерти.

Его тон был твердым и решительным, как и его слова.

— Уильям и его шайка заплатят за все, что они у нас отняли. Даю слово Скотта.

Бен встал, Рик за ним. Оба члена семьи Скотт подошли к главе династии.

— Я знаю, что он здесь, с нами, — сказал Бен, — может, не в физическом смысле, но с нами. — Он умолк и указал на диван в углу. — На диване, где он любил сидеть. И там. — он указал на пустые кресла. — И у окна. Сегодня он с нами. И всегда был с нами.

Глаза Рика повлажнели, пока он слушал речь племянника.

— Мой отец не заслужил такой смерти. Я приберег для этих ублюдков смерть самую жестокую.

Эшер был полон решимости сдержать обещание: убить всех, кто имел наглость приблизиться к его семье.

— Отомстите за него, — попросила Элли срывающимся голосом. — Он был прекрасным отцом, дядей и братом. Он должен был жить.

Слезы покатились по ее щекам. Она оплакивала человека, которого мне не посчастливилось узнать.

— Пусть дяде Роберту и не понравилось бы, что за него мстят… — признал Бен, бросив взгляд на кузена. — Он явно был бы категорически против…

Эшер ответил ему понимающим взглядом.

— Что ж, продолжим делать глупости. А он наверняка сейчас обзывает нас…

— «Мелкими недоумками», — прервал его Бен.

— «Шевелите задницей, сборище мелких недоумков!» — пошутил Эшер, глядя на свое кольцо.

Рик всхлипнул и стиснул племянников в объятиях. Элли была глубоко взволнована, как и все мы, честно говоря. Я осознала, насколько важна для Скоттов семья и насколько все они близки.

Однако стало ясно и другое: кто-то носит траур, а кто-то действует иначе.

— Я уверен, что он очень гордится вами, мальчики, — заверил Рик.

Я невольно прослезилась, наблюдая за этой сценой. Она