Граница тьмы - Марго Айсли

— Что за вздор? — вырвалось у меня, — как тебе такое в голову пришло?

Она пожевала губу, прикидывая, правду я говорю или нет.

— Он слишком много торчит рядом с тобой. Все тусовки в нашей комнате — это не моя идея. Я не сразу это заметила, но мы постоянно рядом с тобой. А сегодня вы вообще куда-то вместе ушли, держась за руки, и потом мило сидели на лавочке. Поэтому ты отвергаешь Аарона?

Сначала я просто молча на неё смотрела, но потом я не удержалась и расхохоталась. Подобную реакцию на серьёзный вопрос рыжая не оценила. Мне показалось, что она меня ударит книгой, но у неё заблестели глаза.

— Послушай, — извиняющимся тоном начала я, — у нас ничего нет и не было, а сегодня мы вообще были в мертвецкой. И не шли, держась за руки, а он меня насильно туда тащил. Никакой романтики.

— Как… в мертвецкой? Что вы там делали? — такого ответа она явно не ожидала.

— Пытались что-то узнать про этих убитых на ярмарке. Сразу говорю, ничего не вышло.

Ния некоторое время молчала, избегая смотреть мне в глаза.

— Всё равно это странно, ну… его поведение, — замялась она.

— Так спроси у него. Ния, между нами правда ничего нет. Клянусь тебе.

— Спрашивала. Говорит, что у меня паранойя. А бабушка всегда говорила, что мужики…

Я подскочила с кровати с застывшим вздохом.

— Что такое? — встрепенулась Ния.

— Письмо! Я хотела маме письмо написать! И забыла! Ох… — я плюхнулась на кровать и накрыла лицо подушкой.

— Завтра напишешь, ладно тебе.

Я застонала. Как я могла забыть? Я много думала и поняла, что мама не виновата. Она не смогла переубедить отца, но я уверена, что она пыталась. Она всегда пытается. А я ей такого наговорила, что душа теперь не на месте! Хотелось извиниться перед праздником, и забыла… Хороша дочка.

— Ну теперь-то уже да, завтра, — выдохнула я, — не пойду же я ночью, меня стража вернёт обратно в комнату.

Глава 19

Женщина так замёрзла, что растирание кожи руками приносило лишь боль. Изо рта шёл густой пар, едва видимый в тусклом лунном свете из маленького решётчатого окошка. Тонкая ночная сорочка местами была порвана, оголяя озябшую фигурку. Тяжёлые кандалы содрали кожу запястий в кровь. Раны сильно саднили и уже не заживали. Пальцы ног, наверное, посинели. Уже несколько дней женщина их просто не чувствовала. Сколько она уже тут? Пару дней? Или неделю? Она пыталась вспомнить, но голод и холод не давали ясно мыслить.

Раз в день ей приносили какую-то пресную похлебку и кусок чёрствого хлеба. Сколько она не умоляла выпустить её или хотя бы объяснить, что происходит, — тюремщик сохранял полное молчание. А вскоре она перестала спрашивать.

В ту жуткую ночь они с мужем и маленьким сыном уже спали. Когда вооружённые чужаки ворвались в комнату, любимый даже не успел понять, что происходит, как его наотмашь рубанули мечом, а женщину вытащили из кровати и ударили по голове. Очнулась она уже в этой камере, абсолютно не понимая, что происходит. Вся в синяках и в разорванной рубашке, заляпанной кровью мужа. Некогда красивые серебристые волосы спутались в грязные колтуны. В попытках открыть дверь она содрала руки в кровь, но всё было бесполезно. Осталось сидеть и ждать, когда похитители сделают то, ради чего разрушили семью и убили любимого и сынишку. И этот день был сегодня.

Дверь отворилась, но вошедший не принёс миску похлебки. Если бы она могла, то непременно кинулась бы на него в попытке оттолкнуть и сбежать, но сил осталось только на дыхание. Да и зачем теперь сбегать? Всё, что у неё было — просто забрали, растоптав некогда счастливую жизнь.

— Пойдём, — раздался бесцветный мужской голос из-под глубокого капюшона.

Собрав все силы в кулак, женщина с трудом встала и на ватных ногах поковыляла следом. Казалось, они бесконечно шли через переплетение коридоров и десятков дверей, но наконец показался свет. Хромая на обе ноги, женщина вошла в слабо освещённую залу, и сопровождающий оставил её одну. Точнее женщине сначала так показалось. Когда глаза привыкли к давно забытому свету, она заметила людей в капюшонах, неподвижно стоящих вдоль стен, и мужчину у окна, повернувшегося к ней спиной.

— Время пришло, Висения, — сказал он глухим голосом.

Женщина захрипела, но откашлявшись, смогла говорить:

— Время чего? Кто вы? Что вам нужно?

Мужчина повернулся и поднял руку, призывая к молчанию. Лицо было скрыто за капюшоном, а глухой голос раздавался как-будто из-под маски. Он сделал пару шагов вперёд и приложил руку к груди:

— Скоро ты умрёшь, и я глубоко скорблю об этом, но выбора у меня нет. Твоя смерть необходима ради общего блага. Просто знай, что твоя жертва будет не напрасна.

— Вы… убийцы! Вы убили мою семью! Я проклинаю вас именем Богов!

— Я не ожидал, что ты поймёшь, — покачал он головой. — Но это и не требуется. Просто знай, что в минуты твоей смерти я буду глубоко скорбеть.

Женщина опустила голову и молча заплакала.

— Подготовьте её, — приказал главный и отвернулся обратно к окну.

Фигуры отошли от стен и приблизились к худой трясущейся фигурке.

— Неееет…

Странно, что своим вздохом я не перебудила весь этаж. Виски неприятно пульсировали, а ночная сорочка пропиталась холодным липким потом. Нет, это определённо был не кошмар. Слишком уж реальны были ощущения.

Я села в кровати и потрясла головой. Подруга спала, мерно посапывая. Стараясь не шуметь, я поднялась и взглянула в окно. Накрапывал дождь, оставляя мелкие капли на стекле, судя по далеким очертаниям на фоне тёмного неба, ветер усилился. Вернувшись обратно под одеяло, я закрыла глаза, но тут же их открыла. Рассвет будет примерно через час, смогу ли я уснуть? Вряд ли, а значит… значит опять весь день ходить, как сонная муха. Ещё с десяток таких снов или видений, и недосып станет хроническим.

Видение снова оставило неприятное ощущение, шлейф которого преследовал меня после пробуждения. Душ тоже не особо помог, и переодевшись, я просто завалилась на на покрывало и уставилась в тёмный потолок. Блуждать по башне совершенно не хотелось, а значит, было время подумать.

Так, насколько я уверена, что это было видение? Ну, наверное, на все сто. Что я могу из него понять? Люди мне не знакомы, помещение не знакомо, девушку не видела. Я даже не уверена, в каком времени это происходит, и, что наиболее важно, зачем это показывают мне? Одни вопросы и ни одного