Повелительница бурь - Мэри Гилганнон

Поскольку взгляды всех присутствующих были обращены на котел с похлебкой, никто поначалу не заметил появления викинга, но стоило ему кашлянуть, как все лица повернулись в его сторону.

– Тебя как зовут? – спросил он стоявшего поблизости темноволосого подростка.

Паренек вскинул голову и, посмотрев на викинга расширенными от испуга глазами, ответил:

– Аеддан, мой господин.

Даг почувствовал напряжение, воцарившееся в сарае. Воины, очевидно, не часто заглядывали сюда, предпочитая иметь дело с Сорли. Видимо, эти люди каждый раз испытывают страх при появлении норманна.

Немного поколебавшись, Даг произнес:

– Ярл купил пару коней. Мне нужен парень, который бы ухаживал за ними. Может быть, ты хочешь стать конюхом, Аеддан?

Рот парня открылся и закрылся, как у выброшенной на берег рыбы.

– Я… Конечно, я хочу, – выдавил он наконец.

– Тогда ты будешь спать на конюшне, чистить стойло и животных каждый день, – предупредил его Даг. – За ними должен быть постоянный уход.

Аеддан кивнул; на лице его одновременно отразились недоверие и радость.

– У них не будет ни в чем недостатка, клянусь вам, хозяин. Даг слегка улыбнулся, затем сказал:

– Чуть позже я отведу тебя к ним, а пока ступай собираться. Мальчишка бросился в глубину сарая. Только теперь Даг наконец позволил себе взглянуть на Фиону.

– Выйди, нам нужно поговорить, – он сделал жест в сторону двери.

Девушка выскользнула вслед за ним наружу.

– Это было очень мило с твоей стороны, Даг, – Аеддан так любит лошадей и вообще животных!

– Вот и хорошо. Мальчишки занимаются любимым делом с большим старанием, а я хочу, чтобы за этими конями как следует присматривали.

– Из тебя вышел бы отличный ярл! – В голосе Фионы послышалось восхищение. – Ты, как никто, умеешь понимать людей.

Даг хмыкнул, вспомнив свой недавний разговор с братом, – им до понимания друг друга было куда как далеко.

– Привет, Даг! – услышал он голос Сорли. – Вы уже вернулись от Отара?

– Как видишь. Мы с Сигурдом купили коней для ярла, и я попросил Аеддана присматривать за ними.

При этих словах Сорли лишь покачал головой:

– Ты, конечно, умный человек, Даг Торссон: я вот уже несколько месяцев пытаюсь приставить парня к делу, а ты сразу же находишь решение. Парня тянет к животным, ты угадал?

– Вовсе нет. Просто я его запомнил – он ни разу не прошел мимо моей Ульви, чтобы не погладить ее. Эй, Аеддан, ты готов? – крикнул Даг.

Через некоторое время маленькая фигурка выскользнула из двери.

– Я здесь, хозяин.

Даг обернулся к Фионе:

– Завтра я зайду и помогу тебе собраться в дорогу. – Сказав это, он зашагал к старому хлеву; мальчишка неотступно следовал за ним, и в темноте Фиона расслышала детский голос Аеддана:

– А как зовут коней, хозяин?

Даг обстоятельно ответил:

– У меня еще не было времени подумать над этим. Может быть, ты дашь им имена? Не годится звать их просто «Эй ты, лошадь!», когда будем в пути, не так ли?

Услышав веселый смех Аеддана, Фиона тоже улыбнулась. Дагу удалось чуть украсить жизнь даже этого последнего из рабов.

К ней подошел Сорли.

– Ты уже поела, девочка? Если нет, поспеши, а то ничего не останется. К тому же я вовсе не хочу, чтобы тебя продуло на ветру, раз уж ты представляешь собой такую ценность для племянника ярла.

– Конечно, господин, – ответила Фиона и тяжело вздохнула.

На следующий день Даг взял Фиону с собой в дом. Увидев их вдвоем, Мина сразу пошла им навстречу.

– Я бы хотел, чтобы ты дала теплую одежду моей рабыне, – сказал ей Даг. – Она будет сопровождать нас с Сигурдом во время поездки в Стогкрасс.

Приветливо улыбнувшись Фионе, Мина попела пришедших в главную кладовую. Пока она возилась со связкой ключей, висевшей у нее на поясе, Фиона успела заметить, что жена будущего ярла заметно прибавила в весе, да и цвет ее кожи был уже не таким мертвенно-бледным, как раньше. Все это говорило о том, что она поправляется.

Открыв дверь в кладовую, Мина покопалась в одном из больших деревянных ящиков и, вытащив оттуда простую шерстяную накидку и прямое платье, протянула их Дагу.

Фионе до боли хотелось обменяться с Миной хоть несколькими словами, но Даг предупредил ее, что делать этого не следует; хотя в доме в этот момент не было никого из воинов, он боялся, что присутствие здесь Фионы могло быть истолковано как нарушение запрета.

Когда они были уже у выхода, Мина окликнула их:

– Погодите!

Норвежка снова быстро прошла в кладовую, а когда вернулась, в руках у нее была пара высоких женских сапог из тюленьей кожи. Она решительно протянула их Фионе.

– Возьми, это сапоги моей сестры: она была ростом как раз такая, как ты. Тебе они пригодятся.

Фиона кивнула.

– Спасибо, – произнесла она, еле сдерживая слезы.

Они вышли наружу, и тут Даг, взяв Фиону за руку, пристально посмотрел ей в глаза.

– Что случилось? – спросил он. – Ты выглядишь такой несчастной. Ты сомневаешься в том, что вернешься в Ирландию?

Фиона покачала головой. Ей не хотелось отягощать Дага своими переживаниями. Она приняла решение и должна выполнить его.

– Мне будет не хватать Мины, – огорченно произнесла она. – У меня такое чувство, словно мы попрощались с ней навсегда…

Ничего больше не добавив, Даг повел Фиону к повозке, чтобы уложить ее одежду и припасы.

– Мы берем с собой палатки, запас провизии и посуду, – сказал он. – Когда едет так много мужчин, нельзя рассчитывать только на охоту. А ты будешь нам готовить.

Фиона равнодушно выслушала слова викинга: мысли ее в этот момент были чересчур далеко.

– Ты обещала быть послушной, – напомнил ей Даг. – А приготовление еды – вполне подходящее занятие для женщины.

Он замолчал, всматриваясь в ее лицо, и Фиона, не выдержав, отвернулась, не желая, чтобы он видел ее грусть. До нее донесся его негромкий вздох.

– Завтра мы отправляемся очень рано, поэтому я советую тебе сразу после ужина лечь спать.

Фиона кивнула, и Даг проводил ее до сарая. Поев и вымыв посуду, она улеглась на жесткий матрац. В ее душе снова принялись сражаться два чувства – сердечная привязанность и впитанное с молоком матери чувство долга. Лишь далеко за полночь девушка забылась тяжелым сном.

Они отправились задолго до рассвета. Фиона поминутно зевала. Хотя она и отказалась от предложения Дага ехать в повозке, но все же понимала, что чуть позже ей придется это сделать, – едва ли она сможет долго выдерживать этот размашистый шаг мужчин.