Вторая любовь всей моей жизни - Виктория Уолтерс

Я крепко обняла Эмму.

– Я так рада за тебя.

Она привела нас к столу, и мы уселись, завернувшись в пальто.

– Знаешь, сегодня я вспоминала, когда именно впервые задумалась о том, чтобы иметь детей. И я не могла вспомнить, потому что хотела этого всегда. Не могу даже объяснить почему. Это чувство просто было во мне, эта потребность быть мамой. Знаю, звучит глупо… Но я просто не могу отказаться от того, чего всегда хотела. Хотя я напугана после того, что случилось. Просто надеюсь, что на этот раз…

Я ласково сжала ее руку:

– Знаю.

– Мне просто нужно верить, что все будет хорошо.

– Вы оба этого заслуживаете. Я держу за вас кулачки.

Она улыбнулась.

– Но всем остальным я скажу позже – когда сделаю УЗИ на третьем месяце. Я хочу на этот раз быть уверенной. Но тебе я должна была сказать.

– Я рада этому.

– Теперь открывай свой подарок.

Я улыбнулась и осторожно разорвала серебряную бумагу, достав фотографию нас с Эммой, Джоном, Робертом у Джо.

– О, Эм, она прекрасна. Спасибо.

– Он мне нравится, Роуз, и он делает тебя счастливой. Все фотографии стояли у тебя на камине, помнишь? Может, ты поставишь эту туда же. Начнешь собирать коллекцию заново.

Я подумала обо всех спрятанных фото и о тех, которые храню в телефоне и в компьютере. Было бы приятно снова выставлять фотографии. Мысль об этом меня больше не пугает. Воспоминаний не надо бояться, их нужно хранить. Они сделали тебя тем, кто ты есть, и твою жизнь такой, какая она есть. Хорошими и плохими. Они – часть тебя.

– Думаю, я так и сделаю.

– Выглядит как начало для всех нас, не так ли? – сказала Эмма, прочитав мои мысли.

Дверь позади открылась, заполнив террасу неожиданным светом. Мы обернулись и увидели Роберта, выглядывающего из-за двери.

– Не хотел бы прерывать…

– Все хорошо, – сказала Эмма. – Мне надо кое-что подготовить, – добавила она, подмигнув.

Интересно, что у нее за торт. Всегда странно есть торт, который приготовила не я. Эмма поднялась и поцеловала в щеку меня, а потом Роберта.

– Я обожаю вас двоих, – сказала она и исчезла, оставив нас снаружи.

Роберт подошел и присел рядом со мной.

– Ну что ж, кажется, настало время подарков?

– Этот крест слишком тяжел для меня, – ответила я.

– Наверное, мой подарок нестандартный, – сказал он, достав из кармана рубашки маленький серебряный ключ. Он положил его мне поперек ладони. – С днем рождения, Роуз.

Я с подозрением сузила глаза.

– Это ведь не от наручников? Ты ведь не собираешься рассказать мне о каком-то своем фетише, да?

Роберт рассмеялся и быстро поцеловал меня.

– Ты никогда не перестанешь удивлять меня, мисс Уокер. И нет, это не от наручников, но если ты захочешь приобрести парочку, я не буду возражать. Нет, я скажу тебе, в чем дело. – Он взял меня за руку. – Я думал о том, что делать дальше, с тех пор как сказал отцу, что хочу покинуть фирму. Я знал только, что хочу быть с тобой, но потом я задумался о том, чего бы еще хотел, и мне кое-что пришло в голову. Лето здесь было изумительным, и не только благодаря тебе – я люблю этот город. Он тихий, но веселый, а все вокруг вроде сумасшедшие, но сплоченные. В таком месте я хотел бы состариться. Потом я вспомнил о ночи рождественской елки. Было ужасно видеть Мика в таком состоянии, когда минуту назад все радовались, а затем запаниковали, но я осознал, что кое-что сделал. Я помог восстановить гостиницу, и мне это понравилось. Мне нравилось решать проблемы, общаться с гостями, помогать, управлять персоналом, организовывать.

Я не понимала, к чему он ведет, но кивнула, полностью соглашаясь.

– Ты хорошо постарался.

– Когда Мик вернулся, он был благодарен, но и обеспокоен. Сердечный приступ напугал нас, но все шло к этому долгие годы. Ему становилось тяжело управлять гостиницей вместе с Джоан. Летом было больше работы, а когда они хотели притормозить, она не позволяла им. Он признал, что думал об уходе на пенсию, но слишком беспокоился о том, кто купит это место. Никому из их детей оно не было нужно, а он хотел сохранить его как отель для города, чтобы какая-то компания не пришла сюда и не снесла все это.

Я посмотрела на ключ, все становилось на свои места.

– Это было бы не очень хорошо для города.

– Согласен, поэтому я спросил его, продал бы он его, если бы появился кто-то, кто сохранил бы это место как отель, кто хотел бы, чтобы оно осталось частью города. И он сказал – да.

– Ты купил гостиницу «Толтинг»? – едва слышно спросила я.

– Он предложил серьезную сделку, и мне практически пришлось продать душу, но да, он согласился уступить ее мне. А после продажи квартиры у меня было достаточно денег, чтобы убедить банк занять мне недостающую часть для покупки и ремонта.

Я пыталась осознать новости.

– Значит, ты остаешься? Насовсем?

– Да, я хочу этого. – Он накрыл своей рукой мою, в который был ключ. – Я купил это место, потому что полюбил его этим летом и здесь я хочу остаться. Но Роуз, я соврал бы, если б не сказал, что купил его и ради тебя. Я хочу остаться здесь с тобой. На заднем дворе есть домики, они сейчас не заняты. Я подумал, что они могут стать для тебя хорошей арт-студией.