Упасть в облака - Светлана Слижен

– Ты тоже так хотел?

– Нет, я бы себе такого не позволил – у меня работа, семья. Я думал, раз он бухает – значит, помогает. Но мне не помогло.

– Может, и ему не помогло?

– Не знаю. Возможно. Просто ничего лучше не смог придумать.

– Он, кстати, помнишь, и работу тогда потерял?

– А потому что надо было сразу из этого проклятого дома уезжать! – не сдержался Андрей.

– Ты же его сам и остановил, не дал спалить его. Сказал, что будешь с детьми туда приезжать.

– А какими словами его тогда можно было еще остановить?

– Ты прав. Пожалуй, никакими.

– А ведь дом тот нашей семье пригодился. Не в прямом смысле, но пригодился. На деньги от его продажи была куплена эта квартира, – Андрей обвел руками комнату

– Да, я очень благодарна твоему отцу Он купил себе дачку, а остальное отдал нам, – Вера посмотрела на мужа.

– Да. Он молодец. Держится, как может. А я вот не смог держаться. В общем, меня стала преследовать мысль, что Маша может пойти по стопам матери. Это было похоже на помешательство. Короче. Три года назад я обратился за помощью к психотерапевту.

Вера всеми силами старалась не выдать того, что в курсе этого обращения.

– Антидепрессанты пил. Полгода примерно. Даже больше.

– Тебе стало легче?

– Да. Не сразу, но стало. К концу курса было заметно легче. Я даже рванул тогда к тебе в Барселону, помнишь?

– Конечно. День волшебный тогда получился. Я не ожидала, что ты прилетишь всего на сутки.

– А я так соскучился, что отпросился с работы…

– Отпросился? Значит, у тебя не было окна в перелете?

– Каюсь. За свой счет билеты купил туда-обратно. Прости.

Вера заулыбалась:

– Знаешь, я ведь там заново в тебя влюбилась.

– Я в тебя тоже, – он протянул через стол к жене руку, она положила свою ладонь в его.

– Мне казалось, что все будет иначе. Что мы будем больше времени проводить вместе.

– Я тоже был уверен, что начнешь со мной ездить иногда в командировки.

– А я думала, что ты будешь чаще дома бывать… – растерянно произнесла Вера и убрала руку из раскрывшейся ладони Андрея.

– Как же я могу дома быть с моей работой? Мне тогда профессию надо менять.

– Я же тоже, вроде, работаю. Но дома.

– Если честно, я думал, ты сможешь отказываться от некоторых заказов.

– А Маша?

– Есть же бабушка на подстраховке.

– Странно, – сказала Вера, – как каждый из нас ожидал, что подстроится другой…

– Да… – Андрей снова встал. – А я обалдел, когда ты поступила в университет на психологический факультет.

– Почему?

– Думал, раз у нас все наладилось, ты больше не захочешь во всем этом ковыряться, кто что кому когда сказал… вести все эти разговоры… Что не придется больше ходить к психотерапевту.

– Ну, раз для тебя разговоры означали ложь, то понимаю тебя. А у меня ожидания были совсем другие. Я надеялась, что мы, наоборот, будем больше разговаривать, больше будем хотеть друг друга… как там в Барселоне…

– Верик, ты же знаешь, я в этом не ас абсолютно. Я по молодости еще думал, что могу чему-то научиться, как-то завести тебя, но… потом понял, что нет – бесполезно. Ничего у меня не получается, тебе не нравится…

– Андрей! – перебила его Вера. – Это все потому, что я в то время вообще была не про это. Меня это все не интересовало в принципе. Не потому, что ты что-то не так делал! А потому что, вообще, организм мой спал тогда. Ну, не созрела еще девочка.

– Да? Но тебе ведь и больно часто бывало.

– И ты себя за это винил?

– А кого? Я же пока тебя не трогал, тебе не больно было.

– Ох, – вздохнула Вера, не найдя, что сказать. – Ты знаешь, я сейчас на курсах по сексологии учусь…

– Где?

– На курсах по сексологии. Мы когда диплом летом защитили, нам сказали, что надо постоянно повышать квалификацию, дали список курсов, – соврала Вера, чтобы случайно не проболтаться про Ирину – Я выбрала этот.

– Интересно.

– Очень интересно! И мне сейчас очень многое про себя становится понятно. Андрей, дело не в тебе. Это я не умела в те годы возбуждаться. Совсем. Ты же знаешь, в какой я семье выросла, там не до изучения себя было. А ведь не только мальчики в подростковом возрасте должны разобраться, что и как у них работает, но и девочки тоже. У вас все проще: не готов – процесс невозможен. А у нас – готова-не готова, поучаствовать могу, отсюда и боль.

– Хм…

– Я столько всего узнала. И курс еще не окончен. До конца ноября идти будет.

– Тебе удалось, Вер, удивить меня.

– Знаешь, я очень рада, что психотерапевт тебе помог. С тех пор больше не обращался?

– Хожу иногда на сеансы. Оказалось, что таблетками всего не решить.

– Я прихожу к выводу, – согласно кивнула ему Вера, – что если постоянно самому не учиться общению с разными людьми, то ни таблетки, ни психология не помогут…

– Ни терапия даже, – добавил Андрей. – Вера, я так рад, что мы поговорили. Мне на душе легче стало, чем за все сеансы, вместе взятые.

– Правда?

– Да. Я начинаю догадываться, почему тебя так психология интересует, – он подошел к жене и сел рядом с ее креслом на пол.

– Ну, психологи с проблемами попроще работают, не то, что психотерапевты, – она ласково потрепала его за ухо.

– Неважно, главное – помогают людям. Кстати, ты уже берешь клиентов?

– Собираюсь брать. Вот очерчу четко круг проблем, с которыми смогу работать, и начну.

– Скажешь, когда можно будет твой телефон давать?

– Хорошо, – смутилась Вера.

– Договорились, – он обернулся, не вставая, и посмотрел на нее снизу вверх.

– Андрей, я хочу тебе сказать, ты – большой-пребольшой молодец! Столько лет в тебе сидело убеждение, что разговоры равно ложь… Но ты сумел его преодолеть и так откровенно поговорить со мной.

– Оно того стоило, – он бережно поднес ее руку к своим губам и нежно коснулся раскрытой ладони, будто брал с нее сахар.

Она другой рукой медленно провела по его склоненной голове, еле продираясь пальцами сквозь упругую леску рыжих волос.

– Вера! – вдруг подскочил он и взял со стола коробочку, которую долго искал в сумке, и протянул жене, – из-за фотографии с Машей забыл совсем. Это – тебе. Я хотел это вручить в тот самый день, в июле. Но я смог приехать только через сутки, под утро, помнишь? Ну, и дальше ты все знаешь.