Невместе - Эллин Ти

Какого черта?

Подрываюсь. Саши нет, постель пуста, и холодно мне было явно не от окна.

– Саш? – кричу, надеясь, что она просто вышла в душ, туалет или выпить воды на кухню. – Сань, ты в душе?

Ответом мне служит только звенящая, противная, гнетущая тишина, и мне не нравится это так сильно, что я подскакиваю на ноги и бегу искать Сашу по дому.

В ванной ее нет. На кухне тоже пусто. В зале, на балконе, нигде!

А потом я замечаю на тумбочке у входной двери ее связку ключей, и у меня замирает сердце.

Нет.

Блядь, нет. Ты не могла снова уйти, не могла снова поступить так с нами!

Я не верю. Не хочу верить.

Еще несколько часов назад все было восхитительно, она лежала в нашей постели, отвечала на поцелуи и занималась со мной любовью, шептала, что любит, а теперь что? Просто ушла?

Лечу в спальню. Если она снова оставила кольцо, клянусь, я найду ее и примотаю его к ней скотчем.

В спальне все еще пахнет Саней, и это сбивает с толку.

Я прохожусь взглядом по комнате и замечаю на тумбе какую-то бумажку. Записка? Правда?

Не хочу читать ее, но выбора у меня просто нет.

Беру ее в руки…

Дорогой Тимур!

Сначала я хочу сказать тебе спасибо за все то, что ты для меня сделал. Ты однозначно что-то починил в моей душе, ведь только рядом с тобой я снова стала чувствовать то, что ощущают живые люди, а не роботы. Любовь, счастье, радость. Каждый день рядом с тобой я наполнялась этими живыми эмоциями, и я очень благодарна, правда, что ты сделал это со мной.

Прости меня, если сможешь. Я все еще не смогла простить себя за то, что сделала с нами, что допустила все это. Мне безумно стыдно за то, что я дала тебе надежду и потом сама же ее разрушила, но я правда не могу иначе.

Ты – лучший человек на свете, это не поддается никаким спорам и отрицаниям. Ты – счастье. Мое личное. И я буду вспоминать эти недели до конца жизни, потому что, точно знаю, никогда и никому больше не смогу открыть свое сердце.

Мне нужно уехать, чтобы ты смог меня отпустить и наконец-то стать счастливым. Прошу тебя, не страдай долго, хорошо? Я буду рада знать, что ты исполнил все свои мечты. У тебя обязательно будет большой дом, собака и коты. А еще… а еще любящая жена. И дети. Ты достоин всего этого, а я пусть останусь воспоминанием. Надеюсь, что очень ярким.

Я не сняла кольцо, как ты и просил. Честно, хотела, но не смогла. Ты прав был, его законное место на моем пальце.

Потому что я навеки твоя.

Просто ты не мой больше, Тимур.

Люблю тебя. Твое Солнце.

Хрена с два я тебя отпустил.

У меня больше нет пустоты. Нет, наверное, даже боли.

Я зол как никогда. Клянусь, не помню и дня из своей жизни, чтобы я злился так сильно.

Меня разрывает. Я не знаю, куда это выплеснуть. Меня просто разрывает изнутри от этой злости. Кажется, готов стены руками ломать.

Листок комкается в руке сразу же и летит в окно, отбиваясь от него с легким стуком и падая на пол.

– Сука!

Подлетаю к нему, открываю окно, чуть не отрывая ручку, и бросаю туда с такой силой, как будто это не листок, а как минимум граната. Она и есть. В этом чертовом письме как раз та самая граната, которая должна рвануть и разрушить все между нами.

Но нет. Нет!

Сказала бы, что не любит, я бы отпустил.

Но не при таком раскладе.

Нет. Просто без лишних слов – нет.

С трудом нахожу телефон, набираю Леху. Я уверен, что они все знают. Даша точно. Мне нужно знать, куда она делась, улетела или уехала, не знаю, просто надо знать. Чтобы попасть туда, забрать себе и в этот раз уже точно привязать к себе, пока она не успокоится окончательно.

Гудки кажутся слишком долгими, но Леха наконец-то берет трубку.

– Где она?! – ору в трубку сразу же, не дожидаясь его ответа.

– Тимур… – слышу я голос Дашки. Чуть сбавляю обороты. На девушку орать точно не надо.

– Где она? Просто скажи, ты же точно знаешь, ну?

– Она заходила попрощаться утром. У нее самолет куда-то в Европу, я не знаю…

– Когда? Во сколько? – Прижимаю телефон ухом к плечу и быстро натягиваю одежду. – Она сказала?

– Толком нет, но, судя по времени, к которому она поехала, то, возможно, что с минуты на минуту…

Бросаю трубку. Охренительно просто!

Бегу в тачку, по пути в лифте вспоминаю, в какую из стран ее звал тот мудак, и пробиваю, из какого аэропорта туда вылет и во сколько.

Сука… Сорок минут. До аэропорта ехать около часа.

Прыгаю за руль, не прогреваясь выезжаю на дорогу и сразу набираю скорость, собирая по пути все возможные штрафы. Еду на красный, проскакивая мимо людей, обгоняю через двойную сплошную, превышаю все допустимые скорости и мчу так быстро, как это только возможно в моей ситуации.

Я чуть не сталкиваюсь нос в нос с тачкой, когда иду на обгон по встречке, но вовремя успеваю увильнуть. Сердце стучит где-то в глотке, дыхания не хватает, но я гоню изо всех сил, просто надеясь успеть.

Я должен успеть. Остановить ее, поцеловать, сказать, как люблю ее, а еще обязательно шлепнуть по заднице за все, что она вытворяет.

Не заезжаю на парковку, бросаю тачку где попало и, как только выхожу из машины, вижу, как на взлет идет какой-то самолет.

Это же не она, да? Не хочу думать, что она там, даже на время специально не смотрю.

Залетаю внутрь, подбегаю к одной из стоек сдачи багажа, чтобы просто узнать, где мне найти всех пассажиров нужного рейса и забрать оттуда своего.

– Рейс шестьсот тринадцать, во сколько вылет? Где посадка? – тарахчу, задыхаясь, и прошу их быть побыстрее.

– Нужный вам рейс улетел три минуты назад. Вы опоздали, молодой человек. Пройдите в кассу, вам помогут приобрести билет на другой ближайший рейс.

«Вы опоздали, молодой человек» – звучит как долбаный приговор.

Я правда опоздал? Все? Она улетела и нет даже смысла бороться со всем этим?

Ну нет. Я пока не взгляну ей в глаза и не услышу все те слова, что она написала