Дуэль с Лордом Вампиров - Элис Кова

– Я тоже так думаю, – поддерживает Куин.

– Спешка ни к чему, милорд, – вступает в разговор Кэллос. – Мы можем обсудить все и позже, в другой день.

– Этот план нужно хорошенько проработать, мы все зависим от него, поэтому не стоит терять времени, – настаивает Руван, решительно сжав челюсти и расправив плечи. Похоже, спорить с ним бесполезно. – Хочу, чтобы у нас имелась возможность спокойно все продумать и обсудить, прежде чем принять окончательный вариант. Нельзя оставлять все на волю случая.

– Отлично. Я сделаю, как вы велите. – Поклонившись, Кэллос покидает комнату.

Остальные обмениваются настороженными взглядами, но все же неохотно соглашаются. Куин уходит последним, явно задаваясь вопросом, отчего я решила задержаться – и почему до сих пор касаюсь рукой плеча его повелителя, – однако ничего не говорит. Интересно, что скажут на этот счет остальные? Так и представляю их шепотки.

«Она осталась с ним. Наедине. И прикоснулась к нему».

Все это под запретом.

Я убираю ладонь с плеча Рувана и, стиснув пальцы в кулак, прижимаю к себе, словно бы она болит. Обхватываю ее другой рукой, поглаживая кожу. Моя плоть принадлежит лишь мне, и все же…

– Флориана. – Кончиками пальцев Руван легко касается моего подбородка, заставляя посмотреть ему в глаза. – В чем дело?

– Я боюсь.

– Чего?

– Всего. – Тряхнув головой, я вкладываю в свой вопрос все противоречивые эмоции, терзающие меня уже несколько дней. – Что со мной происходит?

– О чем ты?

– Неужели я теперь просто марионетка?

– С чего ты взяла?

– Ты мне нужен. Я бы и рада тебя оттолкнуть. Мне всегда твердили, что прикосновения мужчин для меня под запретом. Однако я хочу ощутить твои руки на теле, – поспешно выпаливаю я. – Когда ты лежал здесь и умирал, превращаясь в монстра, я думала только о том, как бы тебя спасти. Я рвалась к тебе… хотела исцелить… и быть с тобой.

– Дыши, Флориана, – мягко произносит он.

От его слов отчаяние только возрастает, и дыхание становится еще более прерывистым.

– Я дышу.

– Ты паникуешь.

– Само собой! – Я тянусь к Рувану и провожу ладонями вверх по широкой груди, лаская его, словно любовника, а потом хватаю за одежду, как врага, сжимая кулаки. Они тут же начинают дрожать, когда в голове впервые за много дней мелькает желание его придушить, однако быстро угасает, сметенное накатившей тошнотой. Я ни за что не смогу причинить ему боль. – Ты как будто управляешь всеми моими мыслями. Я не в силах выбросить тебя из головы.

Руван осторожно накрывает мои руки своими. Мне хочется отшвырнуть их прочь, но я застываю, поглощенная его спокойным, уверенным взглядом. Руван прочный, как железо.

– Ты по-прежнему сама себе хозяйка.

– Тогда почему мои мысли больше не похожи на мои собственные? И я думаю только о том, как бы тебе помочь? – с мольбой спрашиваю, неуверенная, сможет ли он дать ответы, необходимые мне даже больше, чем воздух, который я с трудом втягиваю в себя с каждым судорожным вдохом. – Я и в самом деле хочу тебе помочь? Или же просто подчиняюсь завладевшей моим разумом кровной клятве? Ты меня действительно волнуешь, Руван? Или же я по-прежнему, как меня всегда учили, отчаянно желаю тебе смерти?

Он молчит, и эта тишина для меня хуже любых его слов. Мне хочется закричать, но я лишь тихо выдыхаю:

– Ответь, пожалуйста.

– Не могу. – Отчего-то его мягкий тон нервирует еще сильнее. – Я ведь не знаю, что творится у тебя на сердце. Об этом ведаешь лишь ты сама. – Руван сжимает мои ладони. – Но мое сердце подсказывает, что ты не одинока в своих чувствах. Не только тебя снедает смятение и охватывает нестерпимое желание выяснить, что происходит между нами и кем, несмотря на все трудности, мы могли бы стать друг для друга.

Теперь он смотрит еще более пристально. Я застываю, подавляя неодолимую потребность прижаться к нему; меня словно бы подталкивают вперед невидимые руки.

– Ты тоже это чувствуешь?

– Конечно. – Он качает головой. – Я смотрю на тебя и не понимаю, кого вижу: кровожадную охотницу за монстрами, которая набросилась на меня с серебряным серпом в ночь кровавой луны, или же просто Флориану. – Его голос становится более мягким и нежным. – Деву-кузнеца, вернувшую сердцебиение в замок моих предков, которое тихо доносится до меня вместе с резким лязгом металла. Женщину, чьи руки могут как убивать, так и творить. Ту, которая с каждым часом все сильнее очаровывает меня своей ранимостью и болью, знаниями и силой, добротой и тьмой, что в ней живут.

Издав смешок, я качаю головой. Подумать только, он тоже считал меня монстром, как и я его. Мы смотрели друг на друга сквозь призму своих знаний о мире и видели, что хотели, не замечая истинного положения дел. И теперь, когда столкнулись с правдой…

– Я не знаю, как быть, – признаюсь я. Благодаря его твердым, надежным рукам мысли постепенно проясняются, а сердце замедляет бег. – Не понимаю, чему верить. Инстинктам и навыкам, которые вкладывали в меня с детских лет? Здравому смыслу? Логике? Разуму? Или тому, что подсказывает мне сердце?

– А во что ты хочешь верить?

– Не знаю, – с болезненной честностью повторяю я. – Я никогда не знала другой жизни кроме той, что была в Охотничьей деревне. Лишь слепая вера и никаких сомнений, даже в трудные времена. Я не задумывалась о том, чего хочу и что мне нужно, поскольку мне никогда не предоставляли права выбора. А теперь я словно бы тону в море открывшихся передо мной возможностей.

– Я вижу твою суть, Флориана. И точно знаю, что ты чувствуешь. – Глубокие, значимые слова.

Я разжимаю руки и подаюсь вперед, без раздумий касаясь лбом его лба. Закрываю глаза и, отгородившись от мира, просто дышу.

Я не спешу нарушать молчание, и Руван продолжает:

– Я родился в проклятой, вымирающей семье, и с самого первого вдоха ход моей жизни был предопределен: я превратился в отдаленное звено в длинной цепи наследования. Конечно, мне никогда не светил шанс возглавить вампиров, однако посмотри, как все обернулось. Мои подданные ищут у меня помощи и руководства, но им нужен совсем другой повелитель. Я же попросту никто, пустое место.

Тихо рассмеявшись, я отклоняюсь назад.

– Повелитель вампиров называет себя пустым местом.

– Но это правда, – устало улыбается Руван. – Я стал повелителем вампиров только потому, что с началом долгой ночи моему народу пришлось выбирать себе лидеров на тысячи лет вперед. И я