Люблю, убью, умру - Татьяна Тронина

Началась суматоха — врачи осмотрели Веру, мрачные оперативники пытались одновременно расспросить нас.

— Бесполезно, — сказала толстая седая тетка в белом халате, с неожиданно гладким молодым лицом. — Пулевое ранение. Точно в сердце. Ничем не поможешь…

— Вы видели, кто стрелял? — спросил меня один из оперативников.

— Ну да! — с жаром воскликнула я. — Это Денис! Он нас перепутал… Это моя сестра, Вера… Он меня хотел убить!

— Близнецы, понятно, — кивнул второй опер.

— Нет, не близнецы, но все равно… Вы должны найти его!

Неожиданно со мной стали происходить странные вещи — я забыла, какая фамилия у Дениса и где его можно найти. Меня трясло, и я ничего не могла сказать, только размахивала руками.

Дальнейшее было похоже на сон. Каким-то образом мы оказались у меня дома, вместе с Сашей и милицией, я металась по комнате в поисках записной книжки. Я помнила только об одном — Дениса надо найти, потому что он убил Веру.

— Вот… его телефон… а это — Пеньков… он может все объяснить… Пеньков — его помощник… Дениса то есть… — тыкала я пальцем в страницы записной книжки.

Саша был все время рядом, он не давал мне окончательно потерять рассудок.

— Лиза, Лиза, успокойся…

Уж не знаю, что я там бормотала, пытаясь разъяснить ситуацию, но старший из оперативников меня неожиданно понял. Денис убил Веру, потому что перепутал нас. Найти Дениса поможет Рома Пеньков — он его помощник, он в курсе всего.

— А за что убить-то хотел? — спросил один из милиционеров, накручивая телефонный диск.

— Она сбежала со свадьбы, — вдруг произнес Саша. — У них с Денисом должна быть свадьба… Это ревность. Он грозился убить Лизу… Я свидетель.

— А вы-то тут при чем?

— Я? Она ко мне сбежала… Она меня любит, а не его!

— Понятно… — хмыкнул кто-то из коридора. — Страсти-мордасти какие…

Тот, кто был на телефоне, сразу же дозвонился до Пенькова. Произошел странный разговор — из него стало понятно, что Рома Пеньков тоже сейчас в дикой панике. Оказывается, он знал, что Денис собирается отомстить мне, но до последнего момента не верил, что такое действительно может произойти.

— И где можно найти вашего шефа? Так… так… А номер машины? Какого цвета? Так… давайте все адреса… Ну, разумеется, и в Подмосковье тоже! — бормотал милиционер у телефона. — И где вас найти. Что говорил накануне? Какой еще кот? А, сколько денег коту под хвост… Вы успокойтесь, говорите разборчиво!

Потом оперативники ушли, сказав, что с этим делом им все более-менее ясно и что они сейчас будут искать Дениса. Нам велели никуда не уходить, потому что мы в любой момент можем понадобиться следствию.

— А барышню свою берегите, — сказал Саше молоденький капитан на прощание. — А то этот ваш Отелло, не дай бог, захочет вернуться, когда поймет, что стрелял не в ту. Дверь на замок, и, если что, звоните. Телефон знаете — ноль два…

Потом наступила тишина.

Мы сидели с Сашей в креслах, друг напротив друга. У него было бледное, белое лицо, черная прядь волос по-прежнему падала на лоб.

— Ты вся дрожишь… — пробормотал он. — Лиза, не надо… Ты жива, и это главное.

— Вера мертва, и это главное, — непослушными губами возразила я.

— Ты никогда не говорила, что у тебя есть сестра, которая так на тебя похожа…

— Ты просто не мог дослушать меня до конца…

Лицо у Саши дрогнуло — он, видимо, хотел что-то ответить, но потом передумал. Я напрасно упрекала его — ведь в случившемся гораздо больше моей вины…

— Саша…

— Что?

— А куда ее увезли?

— Веру? В морг, куда же еще… — вздрогнув, ответил он.

— Она точно умерла? Послушай, может быть, это медицинская ошибка и ее еще можно спасти, а? — с надеждой спросила я.

— Лиза…

— Она не должна умереть, это так несправедливо!

Он бросился ко мне, обнял — так сильно, что у меня перехватило дыхание.

— Лиза, не плачь!

Я и не заметила, что снова плачу. Вчера я плакала из-за него. Вернее, думала, что из-за него, а на самом деле — из-за Веры. Я словно предчувствовала ее гибель!

— Я не могу… — сказала я, уткнувшись лицом в его белоснежную рубашку. — Я здесь, а она там. Я сейчас поеду к ней. Господи, Вера…

— Куда? Лиза, не сходи с ума, ты ей уже ничем не поможешь, — с усилием произнес он. — Ты не должна выходить из дома — вдруг Денис вернется! И, потом, ты сейчас в таком состоянии, что… — Он не закончил фразы.

— Зачем сидеть здесь? — закричала я шепотом. — Какой смысл? Нет, надо ехать, надо обо всем разузнать, надо найти Дениса…

— Лиза…

Он тщетно пытался успокоить меня, но на меня словно нашло какое-то помрачение — я все рвалась куда-то, я жаждала деятельности.

— Вот что… — наконец произнес он. — Я сейчас сам все узнаю. Попытаюсь найти следователя, поговорю с этим… с Пеньковым. Ну, и вообще…

— Хорошо! Я с тобой!

— Нет, Лиза, ты сиди дома. Я сейчас, пожалуй, вызову кого-нибудь, чтобы посидели с тобой. Альберта, например.

— Не надо Альберта! — закричала я. — Он меня ненавидит!

— Но я не могу допустить, чтобы ты оставалась одна…

— Тогда Аглаю…

Аглая была в институте — я попросила лаборантку вызвать ее прямо с лекции, сказала, что дело очень срочное.

— Сейчас приеду, — сказала Аглая по телефону, выслушав мой короткий и сбивчивый рассказ.

Минут через тридцать и правда она приехала — мрачная, с возбужденным и каким-то вдохновенным лицом. Наверное, не столько из сочувствия ко мне, сколько из любопытства, но это было уже неважно, потому что я заранее простила ей этот маленький грех.

— Какой кошмар! — с чувством произнесла она. — Нет, он настоящий псих, маньяк какой-то…

Она имела в виду Дениса.

— Ладно, я тогда пошел, — засобирался Саша. — Аглая, чур, дверь никому не открывать, если что, звонить в милицию, и вообще… Лизу из дома не отпускать!

— Не беспокойся, — важно ответила Аглая, тряхнув своим бантом. — Я уж знаю, как вести себя в подобных ситуациях!

Он ушел, и мы остались с Аглаей вдвоем.

— Так он убил твою сестру? Денис? — спросила она. — Нет, ты ложись, а я посижу в кресле, вот тут, рядом… Ты ничего не говорила о том, что у тебя есть сестра…

Ей тоже были нужны подробности. Объяснять произошедшее еще раз было невмоготу, но я сделала над собой усилие и произнесла:

— Помнишь, я разыскивала своего отца? Вот с этого-то все и началось…

Она выслушала очень внимательно, ужаснулась тому, что на месте Веры должна была быть я.