Не. Прикасайся ко мне - Лаура Кнайдль

Наконец я обнаружила пустой коридор. Добежала до его конца и опустилась на пол между стеной и стеллажом.

Я подтянула ноги к груди, обхватила руками колени и склонила голову в образовавшееся углубление. Хотя пробежала лишь пару сотен метров, а может, и меньше, я совсем запыхалась, а перед глазами мелькали черные точки. Я прерывисто дышала и чувствовала смешное облегчение оттого, что осталась цела и невредима. Как будто Лука, приветствуя меня, приставил нож к моему горлу.

Что здесь делает этот парень? Мистер Штрассе не говорил о втором временном работнике, или?.. Я вспомнила, как согласилась, как прыгала в душевой и пропустила часть его слов. Говорил ли он в это время о Луке? Возможно, но теперь это уже не имело значения. Я была здесь, и он тоже. Оставался вопрос, что мне теперь делать. Следуя внутреннему голосу, мне надо было сразу бросить работу. Эта реакция была типична для меня, но не являлась решением моей проблемы. Я могла избежать встреч с Лукой, но от действительности моей новой жизни это меня не защитило бы.

Рабочих мест для студентов в Мелвью мало, существует большая конкуренция, а я – без опыта работы и не отношусь к востребованным сотрудникам, что мне ясно показало обилие отказов. И даже если я попытаюсь позитивней оценивать свои шансы, пройдет какое-то время, пока я найду новое место, соответствующее моим потребностям, а времени у меня нет. Мне нужны книги и материалы для лекций, которые я не в состоянии позволить себе на сорок три доллара двадцать два цента, которые находятся на моем счету. Не говоря уже о том, что мне было все тяжелее пробираться в душ, спать в фургоне и питаться бутербродами из автоматов. О студенческой ссуде не может быть и речи. Семестровый взнос уже достаточно высокий, а последнее, что мне нужно, это еще больше долгов и процентов, которые надо будет возвращать. Я не хотела бы оставить университет, будучи по уши в долгах.

Я подняла голову и оперлась подбородком о колени. Коридор уже не был пустым. В нескольких метрах от меня стоял пожилой мужчина. Я немного растерялась, увидев его здесь, а потом вспомнила, что университет пригласил пенсионеров бесплатно посещать выбранный курс. У мужчины были редкие седые волосы, обнажавшие пятнистую кожу головы. Он заметил меня и посмотрел слега прищуренными глазами. Мягкая и одновременно печальная улыбка появилась на его губах, как будто он понимал мою боль. Я улыбнулась в ответ, и он снова повернулся к книгам.

Почему я не могу относиться так к Луке? Почему мое тело видит угрозу в мускулах, каждом сантиметре роста выше моего и любом сказанном слове?

Я вздохнула, и хотя часть меня сопротивлялась этому, мне было ясно, что делать. Любой более-менее серьезный аргумент вел к тому, чтобы я сохранила работу, не думала о страхах и нашла способ работать вместе с Лукой. Почему с ним? Почему именно с тем, кто так красочно пробудил мои самые плохие воспоминания? Почему это не мог быть кто-то вроде брата Апрель? Кто-то с живым взглядом и приветливой улыбкой, не похожей на дьявольский оскал?

Я быстро отбросила вопросы. Это ничем не поможет, я не могу изменить ситуацию, мне остается лишь принять ее. Я поднялась с пола и пошла к стойке библиотекаря.

Мистер Штрассе не спросил, почему я покинула рабочее место, и прежде, чем что-либо поняла, я стояла в дверном проеме, ведущем в книгохранилище. Сердце нервно стучало, но я должна была дать себе шанс. Иначе страх победит, а я не могу допустить, чтобы мое прошлое бойкотировало будущее.

Я сделала глубокий вдох и вошла.

Лука сидел перед компьютером. Он развалился на старом офисном стуле, словно это было удобное кресло. Закинув руки на затылок и отклонив голову назад, он пялился в потолок. Он еще не заметил меня, и я использовала эти секунды, чтобы хорошо его рассмотреть. На нем были черные джинсы и серая футболка, подчеркивающая мускулистые руки и открывающая татуировку. Русые волосы были растрепаны, а на шее все еще виднелся след засоса.

Я невольно вскрикнула, так как в этот момент Лука повернулся ко мне. Его серые глаза изучали мое напряженное тело. Кончики моих пальцев были холодными и влажными, и я надеялась всей душой, что он не видит на расстоянии, как сильно я дрожу.

Несколько секунд Лука настойчиво рассматривал меня, пока на его губах снова не появилась кривая усмешка.

– Если ты еще раз убежишь в панике, было бы неплохо знать почему. Я подумал, пожар.

Я сжала губы и кивнула.

– Начнем все сначала? – спросил он, вставая со стула, который заскрипел под его весом.

Пока он подходил ко мне, я следила за его руками и их движением. Потребовалось напряжение всех сил, чтобы не отступить, когда он остановился передо мной.

– Привет, я Лука. – Он протянул мне руку, и я рассмотрела тату на пальце. Молния, напомнившая о Гарри Поттере, имела один слишком большой зубец. Что это значит? – Тебя зовут Сага. Мы вместе работаем над каталогизацией.

Я перевела взгляд с его руки на лицо и обратно. Я колебалась. Нет, не колебалась, я знала, что не дотронусь до него. Он и так уже был слишком близко.

– Мои руки в пыли, – ответила я и демонстративно засунула их в карманы джинсов. Это было слабое оправдание, произнесенное прерывистым голосом.

Лука вскинул бровь и опустил руку.

– Мистер Штрассе сказал, что уже все тебе объяснил.

Я кивнула. Еще раз.

– И? – Лука с нетерпением посмотрел на меня. Правый уголок его рта вздрагивал. Я была уверена, что мое сердце замерло, но не от восторга. – Ты объяснишь мне, что надо делать, или мне угадывать?

Я покачала головой – в этот раз, по крайней мере, без кивков. Наконец у меня появилась причина, чтобы немного увеличить расстояние между нами. Я неловко отступила в направлении стеллажа, за которым еще совсем недавно работала.

Позади я услышала кашель, звучавший как сдавленный смех. Не обращая на это внимания, я вытащила один из ящиков с книгами и выставила его перед грудью, словно щит.

– Ты берешь коробку, – объясняла я Луке, не выпуская его из виду. Я перешла к шкафу с каталожными карточками и поставила ящик перед ним. Его шаги раздавались по помещению, когда он шел за мной. – Затем ищешь соответствующие книгам карточки и вносишь данные в компьютер. – Я показала на старый компьютер, вентилятор которого сильно шумел. – Нумеруешь коробку и вносишь число в систему, чтобы можно было быстро найти содержимое.

– Это все? – спросил Лука.

Я кивнула и подождала, не скажет ли он что-нибудь. Потом открыла ящик и достала первую книгу. Это была книга по истории с пожелтевшими страницами, некоторые даже оторвались от корешка. Я начала искать каталожные карточки, но при этом не могла не следить за Лукой. Даже не глядя на него, я ощущала его присутствие. Я следила краем глаза за его движениями и слышала, как он шел к стеллажу, чтобы достать ящик. Его шаги отдавались эхом в помещении, пока он не поставил ящик возле меня.

Поднялась пыль, и он чихнул. Я вздрогнула. Он был рядом со мной. Слишком близко. И, несмотря на это, я не оцепенела и не убежала. Страх был во мне по-прежнему, но, вероятно, эмоциональная, нелогичная часть меня наконец поняла, что следствием страха были бы плохие отношения с Лукой.