Буря - Евгения Медведская

Сахана расслабившаяся после приятной прогулки по дому и красоты комнаты, снова напряглась при упоминании своего места, но все же по достоинству оценила жест хозяина.

— Я очень благодарна, – скромно ответила она, игнорируя бурю чувств в душе.

— Ты моя и должна помнить об этом, – сказал он, подходя к столику и выдвигая ящик из него.

Сахана сжалась в комок, догадываясь, что последует что-то неприятное. Алкид достал ошейник. Девушка сделала шаг назад, глядя на него как на чудовище.

— Не надо бояться, мы должны понимать и принимать наши роли, – тихо сказал он, застегивая металлический круг на ее шее.

Этот ошейник был легче, удобнее и выглядел не так отвратительно. Но девушка закипела изнутри. Хотелось закричать или подраться. Впрочем, Сахана была слишком логична и спокойна для таких действий. Она трезво оценивала возможные последствия. Оставалось только сверкать глазами и молчать. Она все еще не могла представить на что способен ее хозяин в ответ на непокорность.

— Удобнее?

Этот вопрос и само действие можно было воспринять как заботу. В душе все переворачивалось, девушка сжала зубы. Она кивнула, не в силах говорить.

Они продолжили экскурсию. Вправо от лестницы были комнаты его младшей родни, включая сестру.

— Я обычно не хожу в то крыло, как и они не посещают мое без приглашения, но мы встречаемся в столовой, так как у нас принято собираться вместе за едой. Кстати, сейчас как раз время завтрака, и я познакомлю тебя с остальными обитателями дома.

Сахана покорно последовала за мужчиной вниз, в комнату, где она разглядела стол, слушая как дом наполняется звуками – шагами слуг, звоном посуды, приглушенными голосами. При мысли о других людях девушка снова пришла в ужас, но сцепив пальцы в замок, она последовала за хозяином.

За столом собрались трое мужчин и женщина. Слуга с невзрачным лицом, не тот, которого видела Сахана в подземелье, накрывал на стол. Женщина изящно облокотилась на край камина и смеялась. У нее были длинные черные волосы, белая кожа и синие глаза. Каждый элемент одежды, штрих косметики, завиток волос и камень украшений подчеркивали ее внешность. Сахана вдруг подумала, что если ее умыть, раздеть и подержать сначала пару недель без сознания, а потом в подземелье на цепи, то никто не назовет эту женщину красивой, она станет заурядной и серой.

Затем Сахана увидела Нормана и ее сердце пропустило удар от ужаса, а руки затряслись. Она помнила каждую секунду их недолгого общения. После этого шока лица двух других мужчин для нее слились в серые пятна.

— Ты притащил дикую сюда? – с ужасом зашипел Норман, подходя к Алкиду. – Что она такого вытворяла в постели, что мы будем есть с животным за одним столом?

Все присутствующие повернулись на этот шепот. Темноволосая женщина удивленно приподняла бровь.

— Хватит с тебя счетов, – резко ответил Алкид, – будешь убирать за скотиной, пока не научишься сначала слушать, а потом говорить.

Норман вспыхнул яростью, но жест Алкида заставил его подавиться набранным воздухом.

— Младшая родня и сестра, я представляю вам эту рабыню, принадлежащую мне. Она будет есть и пить с нами и жить под одной крышей.

— Если она дикая, то не будет ли разумнее держать ее отдельно и на цепи, пока не приручится? – мелодичным голосом спросила красотка.

Сахана заставляла себя молчать и покорно ждала, когда Алкид прояснит ситуацию.

— Она не дикая, – вдруг подал голос один из братьев. – Вы что не видите, что она уже пару минут стоит и слушает ваши домыслы? Ее лицо спокойно, и она владеет собой, хоть и возмущена. А еще она почему-то очень недружелюбна к Норману, но лишь к нему. Всегда знал, что вы не только слепые, но и совершенно не утруждаете себя попытками мыслить, – наконец заключил он без всякого превосходства, просто излагая факты.

— Верно, Василь, она не дикая. Зато вы все будто с цепи сорвались, – с сильной долей раздражения произнес Алкид, и все вдруг молча сели за стол, сложив руки на коленях, как провинившиеся дети в классе перед учителем. – Я скажу, а потом буду готов выслушать ваше мнение.

Члены семьи переглянулись и кивнули.

— Это Сахана. Она рагласианка как и мы, жила на Юге великолепной страны Раглас, готовилась стать вторым лекарем в доме исцеления, – в этот момент красотка смахнула темные волосы с лица и внимательно посмотрела на Сахану. – Ей не повезло и вашниры привезли ее в мои руки. Теперь она будет жить здесь, в моем крыле, лечить нуждающихся в этом и подчиняться лично мне. Вы ей не хозяева. Сегодня, Айрина, примешь от Саханы список веществ, необходимых ей для работы и выдашь ей все, что она попросит. Также тебе придется позаботиться о ее гардеробе. И в первую очередь нужна будет верхняя одежда, иначе ей не выйти на улицу. Ты, Василь, проследишь за подготовкой бывшего гостевого дома – там расположим комнаты исцеления. Все помещение должено перейти в полное распоряжение Саханы как можно скорее.

Алкид предложил женщине занять место за столом рядом с собой, а слуга подал ей приборы.

— Это моя сестра Айрина, – наконец, обратился к Сахане Алкид, – и младшая родня – сводные братья Василь, Марк и Норман.

Василь и Марк кивнули Сахане в знак приветствия, а Норман упорно смотрел в свою пустую тарелку, будто бы там был написан увлекательный роман.

— Правда, что на Юге никогда не бывает снега? – звонко спросил Марк и Сахана вдруг поняла, что он совсем юн, почти мальчик.

— Иногда бывает, – ответила Сахана и все взгляды устремились на нее. – Пару раз за сезон он выпадает, но у нас всегда тепло, даже зимой цветут некоторые цветы, а деревья не теряют листву. Есть люди, которые купаются в море все шестнадцать месяцев в году, но я никогда так не делала.

Вспоминать прежнюю жизнь было нелегко, потому что вернуть все это было невозможно. Ее дом останется за ней и будет пустовать еще несколько лет, пока не перейдет по наследству к тетке или к ее новому