Её тайна его дочь - Маша Кужель

Я щёлкаю костяшками пальцев, и внутри у меня всё ещё бурлит волнение.

— Я готов.

Он смеётся.

— Отлично. Подожди, пока я всё это организую.

Дима снова идёт к двери, а я снова начинаю волноваться из-за возраста своих подопечных.

— Дим? — я зову его, не обдумав вопрос, и он оборачивается, с удивлением посмотрев на меня — Как вообще научить младенца плавать?

Он смеётся и закрывает дверь, а потом возвращается в своё кресло.

— Тебе просто нужно приучить их к воде. Сделай так, чтобы им было комфортно.

Я киваю, хотя внутри у меня вскипает напряжение. Я пытаюсь ухватиться за свою нахальную самонадеянность, но мысль о том, что мне нужно держать скользкого младенца на руках, ещё и в воде, внушает мне ужас.

— Расслабься, у тебя всё получится. — Он улыбается, и на этот раз совсем выходит из кабинета. Я остаюсь наедине с собственными мыслями и раздумываю, как я вообще тут оказался.

Как бы мне хотелось, чтобы эти внезапные приступы тоски просто исчезли! В какой-то момент нужно просто признать то, что я никогда не стану великим спортсменом. Но надеяться никогда не вредно.

Не желая больше сидеть и жалеть себя, я выхожу к бассейну. Дима уже стоит на бортике, крича на свою команду. Наблюдая, как ребята быстро скользят по поверхности воды, я возвращаюсь к своим юношеским дням. Я отталкиваю это ощущение, прежде чем тяжёлые воспоминания опять захватят меня.

— Кирилл, — Карина подходит ко мне с мамой и младенцем — Это твой клиент.

Я оборачиваюсь, и моё сердце замирает. Мальчик такой маленький, и это что, у него подгузник?

— Привет, — произношу я, подавляя свой страх.

Я сразу же замечаю, как эта мамашка рассматривает меня. Что ж, пусть наслаждается видом сколько хочет.

— Я Кирилл, — я протягиваю ей руку, и её лицо заливает румянец.

— Привет. Я Марина, а это Артёмка. — Она указывает на малыша, который, кажется, вообще не обращает внимания на бассейн и тянет ручки к своему рту.

Она протягивает ребёнка мне, и я с ужасом беру его.

— Привет, дружок. Готов плавать? — спрашиваю я, и он выпускает свою ручку изо рта.

— Кирилл, — Карина подходит ближе и шепчет мне на ухо, — Постарайся прижать его к груди, он боится, когда ты держишь его на вытянутых руках

Я быстро смотрю на мамашку Артемки, и страх, читающийся на её лице, пугает меня ещё больше. Я подношу малыша к своей груди, и он начинает дёргать меня за волосы.

— Ух ты, — говорю я, а мама отвечает мне неуверенной улыбкой, и я замечаю, как она переживает.

Я иду к бассейну с ребёнком на руках, а мама подходит к скамейке. Я уверен, что она не спустит с меня глаз до конца занятия.

Тёплая вода окутывает мои ноги. Ножки малыша начинают опускаться в воду, и я благодарен, что он не из тех детей, которые начинают орать, чуть что.

Чем больше я опускаю его в воду, тем больше мы оба расслабляемся. Я как будто заново обретаю уверенность.

Очевидно, Марина чувствует то же самое — она уже не смотрит на нас, занятая чем-то в своём телефоне. Я использую эту возможность и полностью опускаю малыша в воду. Возможно, слишком рано, потому что, когда я поднимаю его обратно, он начинает кукситься.

Я не знаю, откуда у меня вообще взялся такой инстинкт, но я прижимаю его к груди и начинаю кружить в воде. Наконец, он радостно визжит от восторга.

Офигеть, сработало.

В конце занятия я возвращаю малыша маме, и она мягко касается моей руки.

— Огромное спасибо, Кирилл. Артемке, судя по всему, сегодня очень понравилось.

Я уверен, что она мне льстит, но всё равно принимаю комплимент.

— Он отличный паренёк.

Марина улыбается и направляется к раздевалке. Она в последний раз бросает быстрый взгляд в мою сторону, а потом исчезает за дверью.

— Ваша поклонница? — я слышу женский голос и оборачиваюсь, чтобы увидеть свою, наверное, следующую ученицу.

— Привет, — я протягиваю руку привлекательной девушке. Ей, наверное, немного за двадцать, и у неё рыжие волосы и шикарная фигура.

На руках у неё шустрый младенец, который всё время вертится как юла, и я начинаю бояться, что она вот-вот уронит его.

— Вы Кирилл, да?

— Ага, он самый, — я протягиваю ей руку — А вы… — я быстро смотрю на лист в папке — Аня?

— Нет, Ксюша.

Я наклоняю голову и ещё раз проверяю свою папку.

— У меня следующая Аня, — я ещё раз пробегаюсь глазами по именам в папке, и не вижу там ни одной Ксюши.

— О, Аня, — задорно смеётся она — Это Аня, — малышка поднимает руку, услышав своё имя — А я Ксюша, — представляется она и опускает девочку, чтобы та тоже могла пожать мне руку, но она уже бежит к воде.

— Аня, — зову я, но она не останавливается.

— Похоже, урок уже начинается, — говорю я, мне приходится проигнорировать протянутую руку Ксюши.

— Она у нас с шилом в попе, — кричит она мне.

Думаю, это я уже понял.

Аня смелая девчонка, и я уже не переживаю, что она не привыкнет к воде. Девочка не перестаёт смеяться и плескаться. Если бы только её мама перестала смотреть на меня так, будто я аппетитный кусок торта после долгой диеты, я бы назвал её своей любимой ученицей. Обычно мне нравится, когда на меня пялятся симпатичные женщины, но Ксюша смотрит уж слишком нагло. Она даже не отворачивается, когда наши глаза случайно встречаются!

— Ура! — кричит Аня, и я снова окунаю её в воду. Надо будет почитать в Интернете, как правильно заниматься с детьми. Позвоню сестре — она как раз сейчас проходит какие-то курсы для тренеров. Какой бы она ни была задроткой, я уверен, что у неё есть парочка полезных советов.

Дима заканчивает свою тренировку, и я наблюдаю, как ребята вместе идут к раздевалке. Меня пронизывает зависть, потому что я гораздо больше хотел бы обучать команду пловцов, а не каких-то младенцев.

— Эй, твоя ученица на пять тридцать пришла пораньше, так что перерыв отменяется.

— Ладно, не страшно.

— Ты отлично справляешься, мужик, — говорит он, когда Аня зарядила мне по щеке.

— Да уж, мечта всей жизни — получать по морде от двухлеток.

Дима смеётся и кидает взгляд на Ксюшу.

— Похоже, Анюткина няня на тебя запала.

— Няня?

— Да, кажется, ты ей реально понравился. Но предупреждаю: ей всего восемнадцать.

Я инстинктивно поворачиваюсь в