Мисс тридцать три несчастья - Мария Северская

Тем временем Вадим уже закончил свою историю и ждал реакции общественности, которой, впрочем, не последовало. Но молодой человек ничуть не расстроился.

– Ну что, отдохнули? – произнес он. – Готовы к последнему рывку?

Славка представила себе оставшееся до дома расстояние и тихо застонала.

Домой они вошли в начале второго часа ночи. К тому времени Славка давно пересела обратно на Серегину спину, но и так ехала с трудом – все тело нестерпимо ломило.

Парень осторожно сгрузил ее на диван в гостиной, и девушка откинулась на мягкие подушки.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась она.

– Да не за что, – пожал плечами Сергей. – В следующий раз только смотри внимательней, куда ноги ставишь.

Она кивнула.

– Устал? – Даже представить, как болит каждая его мышца, не получалось.

– Завтра утром будет понятно. – Он присел рядом. – Сейчас лед принесу, приложишь к больному месту. Хоть времени с момента травмы уже прошло достаточно, но все равно отек хоть немного спадет.

В комнату вошел дядя Руслан в сопровождении Игоря и Матвея.

– Ну что, – улыбнулся мужчина, – все живы?

– Живы-то живы, – ответил Сережа, – только не совсем здоровы.

Дядя Руслан осмотрел Славкину лодыжку.

– Ну, это не смертельно, – констатировал он. – Через неделю уже и не вспомнишь.

Тем временем его сын уже принес пакет со льдом и плотно привязал его к Славкиной ноге.

– Холодно! – поежилась девушка.

– Терпи, – улыбнулся парень.

– Сереж, а куда Вадим делся? – Она только сейчас заметила, что любимого нет в комнате.

– Думаю, спать пошел. Ему завтра рано вставать, – пояснил Сергей.

Мирослава погрустнела.

«Как это так, – подумала она, – ушел и даже спокойной ночи не пожелал?»

Настроение совсем испортилось.

– Болит? – спросил Сергей, заметив кислое выражение ее лица и истрактовав его по-своему.

– Немного, – отозвалась девушка.

– Так, вы ей тут не мешайте, пусть отдыхает, – велел дядя Руслан. И, обращаясь уже к ней: – Слав, если что-нибудь нужно, зови.

Она кивнула.

Мальчишки ушли вместе с их отцом, а чуть позже в комнату пришла тетя Таня – принесла горячего крепкого чая и пару свежих плюшек.

– Мама твоя вечером звонила, – сообщила она. – Я ей доложила, что все хорошо, что ты занимаешься и вообще молодец. Так что не переживай. Завтра сама позвонишь.

– Спасибо, – поблагодарила девушка. Глаза снова наполнились слезами, пришлось отворачиваться, чтобы их скрыть.

В этом доме все относятся к ней так хорошо, словно она родной человек, член семьи, заботятся о ней, волнуются. А она – непутевая – только проблем им добавляет!

Славка пообещала себе, что впредь будет тщательней обдумывать свои поступки и просчитывать, к чему они могут привести, и залезла под одеяло.

Заснуть не удавалось долго. Ныла лодыжка, в голове крутились мысли о Вадиме.

Девушка вспоминала каждое его слово, интонации, жесты, прикосновения, то, как он смотрел на нее, как улыбался. Она пыталась понять, что он к ней чувствует, жалела, что не с кем посоветоваться. Сейчас ей как никогда не хватало подруги, которая помогла бы во всем разобраться.

«Наверно, он разозлился на меня за то, что я повредила ногу, – решила, в конце концов, Славка. – Впредь и правда надо быть осторожней, а то с моей «везучестью» можно и шею ненароком сломать».

Как не хотелось садиться за занятия, но дядя Руслан был неумолим: полтора часа физики и полтора алгебры, и так каждый день, кроме выходных.

Вопреки ожиданиям, занятия с ним были вовсе не такими нудными, как в школе. В какой-то момент Славка даже поймала себя на мысли, что она получает удовольствие от решения задач.

Сегодня нога, казалось, болела еще больше, чем сразу после травмы.

– Это всегда так, – успокоил ее дядя Руслан, – к тому же вчера ты сильно перетрудила свою лодыжку. Потерпи. Через пару дней дело пойдет на поправку.

А пока тетя Таня нашла в кладовке бабушкин костыль, и теперь Мирослава ковыляла по квартире с ним.

Она решала уже последнюю задачку, когда с кухни донеслись голоса тети Тани и тети Наташи – матери Вадима.

Хотя двери в обе квартиры почти всегда были открыты – закрывалась только дверь, отделяющая их коридор от лестничной клетки, – Славка раньше не видела, чтобы женщины общались. Наташа все время проводила у себя.

Сейчас они громко обсуждали какой-то рецепт, гремели кастрюлями, смеялись. Девушке немедленно захотелось к ним – пообщаться с матерью Вадима, вдруг он что-то говорил ей про нее и свои чувства.

– Иди. – Дядя Руслан понял, что она больше не может сосредоточиться. – Завтра вернемся к этой задаче.

Славка схватила костыль и побрела на кухню.

– А вот и Мирослава, – приветствовала ее тетя Наташа. – Я как раз за тобой пришла. Хотела пригласить тебя на обед, а то мне одной скучно. У меня суп харчо. Пробовала такой?

Девушка вспомнила густое ароматное варево, которое делала бабушка, и у нее потекли слюнки.

– Ну что, присоединишься ко мне? – улыбнулась женщина.

Славка посмотрела на тетю Таню, спрашивая разрешения.

– Конечно, иди, – кивнула та. – У меня обед будет еще не скоро, а ты утром плохо поела.

В этой квартире все было иначе, чем в квартире тети Тани и дяди Руслана. Мебель стояла повсюду. Чтобы подойти к окну в единственной комнате, нужно было протиснуться между громоздким книжным шкафом и диваном, просочиться между тахтой и письменным столом, а затем еще отодвинуть тяжелое кресло и длинную плюшевую штору.

Впрочем, они сидели на кухне.

Здесь тоже стояла тахта, вплотную придвинутая к обеденному столу.

– Вот тут я и сплю, – как показалось Славке, грустно сказала тетя Наташа. – Не бог весть какие условия, но что делать. Все лучше, чем на улице. На моей родине у нас была огромная квартира, но ее пришлось продать.

Девушка кивнула.

Она не представляла, как можно жить так – вчетвером в небольшой однокомнатной квартирке, спать на кухне, ютиться двоим взрослым мужчинам и ребенку в пыльной комнате. Умудряться как-то высыпаться, утром вставать на работу…

Сейчас Мирослава изо всех сил жалела Вадима. У нее-то всегда была собственная комната, в которой она могла делать, что хотела, даже не убираться неделями. Мама, конечно, ругалась, но это было личное Славкино пространство. Если она хотела, она могла даже запереться на ключ. У Вадима же тут такой возможности не было.