И тогда оно упало мне в руки - Луис Реннисон

От БЛ по-прежнему ни одного письма. И Смехотура тоже куда-то исчез.

Интересно, он будет на Балу Оборотней? Хотя мне-то что — я скорее начну вышивать крестиком на туалетной бумаге, чем позвоню ему первая.

В ванной

7.30

Джорджиально — на щеке вскочил прыщ! У меня скоро «гости» — может, поэтому я такая вялая. Разбитая жизнь тоже, конечно, сказывается. Хотя я точно знаю, что когда «они» придут, хандра пройдет. А прыщ закрашу черным карандашом, будто это родинка.

За завтраком

Мутти увидела мою т. н. родинку и говорит:

— Ты бы еще указатель нарисовала и подписала: «Внимание: прыщ».

Я хотела сострить в ответ, но у меня нет сил.

8.20

Превозмогая себя, собралась в школу. Выхожу из дома и вижу почтальона. Он боится подойти к нашим дверям — из-за Ангуса. В глазах панический ужас. Как можно с таким лицом приносить людям хорошие вести?

— Если вы к Ангусу, — говорю я, — так он сейчас на утренней охоте. Если хотите с ним поиграть, приходите позже.

— Я ему поиграю, — говорит почтальон. — Головой в мешок — и в речку. Держите.

И он протягивает мне письмо, вернее, грубо сует в руки. Смотрю: письмо со штампом «авиа» и адресовано мне. Из Кивиландии. От БЛ. Ура-ура!

Господи, какой божественный почерк, его почерк!

Кому: Джорджии Николсон.

То есть мне.

Отправитель: Робби Дженнингс.

Р.Д. 4

Аллея Пукака (без шуток)

Вакатан.

Новая Зеландия.

Я радостно поскакала по дороге, и тут навстречу мне Марк с дружками. И они с сальной улыбочкой уставились на мои нунги.

— Эй, — говорит Марк, — не споткнись о буфера.

Очень смешно… Хорошо еще, что сегодня мои нунги прочно упакованы в спортивный топ. Кстати, у Рози есть поговорка на эту тему: «Если грудь — гора, ни к чему вам вандербра».

Но мне плевать на Марка с дружками, взошла моя заря женственности, у меня любовь!

И я гордо поскакала дальше.

А Марк кричит мне вслед:

— Девушкам нельзя носит такие тяжести. Может, помочь?

Мерзкий. Карлик несчастный! И как я могла с таким целоваться!

8.35

Джас топчется возле ворот и приговаривает:

— Брр, ну и колотун!

Она в меховой шапке, а под ней еще беретка.

— Ты похожа на плюшевого медведя, которого подобрали на помойке, — говорю я.

Джаска продолжает мелко стучать зубами — ее волнует только одно, физра сегодня будет на улице или нет.

— Хочу напомнить тебе, Джаска, что мы живем в стране Шизландии, а учимся в шконцлагере, а физручка у нас шиза и лесбиянка. Она обожает полярный холод и вечную мерзлоту. Ты не обратила внимание, как во время снегопада радостно индевеют ее усики?

Нда… Если на Джаске сейчас семь одежек, как она собирается выживать в диких условиях? Умрет ведь.

Джаске холодно, а у меня на душе тепло:

— Джаска, слышишь, наконец-то в моей жизни произошло нечто суперовское, très très magnifique.

— Бррр… — дрожит Джас.

— Джас, заткнись. — И я вытаскиваю письмо. — Это от БЛ.

— И что он пишет?

— Пока не знаю.

— Почему ты не открыла конверт?

— Потому что все вкусненькое оставляют напоследок.

— Ты собираешься съесть его письмо?

— Джас, не нарывайся, а то взобью перинку с утра пораньше.

Я спрятала письмо на груди (для надежности), и мы пошли вверх по дороге, ведущей к школе. Я вся запыхалась, но душа моя пела.

— Джаска, душа моя поет, и знаешь какую песню?

Но Джаска молча села на батарею и начала оттаивать, начиная с трусов.

А душа моя продолжала исполнять хит под названием: «Ура! Ура! У меня письмо в вандербра!»

На ассамблее

Спичка сообщила обалденную новость: мистер Эттвуд, школьный сторож и самый прославленный идиот н. э., уходит на пенсию. Мы радостно заулюлюкали, но, поймав на себе хищный взгляд Ястребиного Глаза, перешли на песню «For He's a Jolly Good Fellow»^[20].

Спичка напыщенно трясет всеми своими подбородками и говорит:

— А давайте в знак благодарности за многолетнюю службу нашей школе устроим для мистера Эттвуда прощальный вечер — с музыкой и прочее. Пусть в последний раз покажет нам, как он умеет зажигать. — И она засмеялась как дурочка.

Мистер Эттвуд зажигает? Во имя огромных Спичкиных трусов, о чем она говорит? Элвис однажды позажигал на школьной дискотеке — и оказался на больничной койке, чего и желаю ему в дальнейшем.

Потом мы с девчонками пошли на основы религии, а я и говорю:

— Поперло. Хотя день начинался из рук вон scheissenhausen.

На урок иду радостная. Девчонки отоспятся, а я буду читать письмо от любимого.

На основах религии

Наша крутая туса устроилась на задних партах. Ро-Ро принялась вязать для Бала Оборотней что-то длинное и колючее, похожее на бороду. Джулз занялась удалением кутикул, а Джаска погрузилась в учебник по выживанию. Она от него прямо балдеет — там даже есть пошаговые фотки, как девочка строит дом из веток. Наверное, Джаска представляет на ее месте себя.

Ладно, где тут мое письмо?..

Мисс Уилсон вещает про «всемирную благодать» и пытается вовлечь нас в беседу. Но я больше люблю, когда она стоит к нам спиной и что-нибудь пишет на доске — о, как убаюкивающе стучит ее мелок…