Нежный огонь любви - Джейн Энн Кренц

— Не считая самих призраков, — напомнил он ей.

— Я отказываюсь думать, будто эти синие твари хоть как-то связаны с призраками!

— В нашем экипаже ученая — ты, Зельда. И тебе следовало бы знать, что даже если ты будешь отказываться о чем-то думать, это что-то существовать не перестанет.

— Эти синие твари словно из кошмаров вышли! — не отступала Зельда. — Призраки были мягким, цивилизованным народом.

— Который когда-то покорил эту далеко не мягкую и не цивилизованную планету. В конце своего существования они, может, и стали мягкими, но, черт подери, сначала они были совсем другими!

— Тут я с тобой спорить не собираюсь. Но совершенно уверена в том, что эти синие штуки никак не связаны с призраками.

— Может, они были сторожевыми псами призраков, — предположил Расчет. — Охраняли прибежище.

— Не думаю. В этих яйцах что-то не то. Они тут, на Ренессансе, ну, не на месте, что ли.

Расчет хмыкнул:

— Любое существо, добывающее пищу убийством и пожирающее сырое мясо, очень даже на месте на этой планете!

Зельда скрестила руки «а груди и беспокойно зашагала по поляне.

— Дело даже не в том, что они злобные и уродливые. Здесь, похоже, все существа злобные и уродливые. Но даже самые гадкие из них, например зам-козуб, здесь как-то уместны. Я не могу объяснить, в чем дело. А вот эти яйца не на месте. Вернее, были не на месте. Вспомни, когда мы первый раз вошли в прибежище, ты сказал, что тебе в нем что-то не понравилось.

— Угу. Но ты со мной не согласилась. Ты слишком зациклилась на призраках.

— Да нет, дело не в призраках. А вот присутствие яиц могло подсознательно тебя тревожить.

— Мое подсознание достаточно примитивно, Зельда. Главным образом заботиться о еде, сне, о том, чтобы остаться в живых и… ну… еще о кое-каких вещах. Это не возвышенные побуждения и интуиция голубей. Не вижу, почему я должен был как-то по-особому почувствовать те яйца.

Зельда остановилась на краю поляны.

— Ну, кто бы они ни были, теперь их нет. Расчет встал, оставив разделанного прыгуна внутри круга. Подойдя к Зельде сзади, он негромко сказал:

— Это все благодаря тебе. Наверное, я тебе мало плачу. У меня прежде никогда не было такого члена

Экипажа, Зельда Джунгли. Твои преданность и изобретательность просто не знают границ.

Она повернулась к нему, чувствуя глубокую радость, и наклонила голову, как того требовали приличия:

— Это пустяки, Тэйг Расчет. Не о чем говорить. Все уже в прошлом.

Он ухмыльнулся, сверкнув зубами, и снова стал серьезным.

— В тебе все-таки остались голубиные привычки, а? Поразительно. И как это у тебя получается быть одновременно и голубем, и волком?

Удовольствие, вызванное неожиданным комплиментом, моментально погасло. Она вспомнила, что убивала прыгунов и крошечных синих чудовищ. Она вспомнила, как пыталась не заснуть, когда у нее на коленях лежала голова больного, а в руке был бластер.

— У меня ведь не было выбора. Расчет как-то странно посмотрел на нее:

— Да, действительно. Не было. Я не дал тебе выбирать.

Он резко отвернулся и принялся зажигать пламенник.

Зельда стояла молча, наблюдала за его действиями. Через некоторое время она произнесла:

— Похоже, сегодня рука у тебя почти не болит.

— Да.

— Расчет, когда ты был в беспамятстве, то сказал, что я похожа на Джеда. Но я ведь не похожа?

Он несколько секунд смотрел на пламя, а потом ответил:

— Джед был очень храбрый. Он сделал бы все, что нужно. Но это разорвало бы ему сердце.

— Мне не разорвало, — пробормотала она себе под нос.

— На твою долю выпало слишком много трудностей и опасностей. Этого не должно было произойти. Тебя не готовили к встречам с убийцами и чудовищами. Мне не нужно было слушать тебя тогда, а сразу же отправить тебя обратно на Клеменцию.

— Такого выбора у тебя не было, Тэйг Расчет. Я сама за себя решаю.

— Давай поговорим об этом после, когда вернемся в Попытайся Опять.

Нет уж! Лучше выяснить все прямо сейчас. Зельда гордо вздернула подбородок, готовясь защищать себя и свои права. Но слова замерли у нее на губах: на край поляны что-то выскочило и в тот же миг исчезло.

— Расчет!

Он обернулся, сжимая в руке бластер:

— Что такое?

— Прыгун. Он исчез!

Проклиная все на свете, Расчет пошел к тому месту, где оставил на земле тушку зверька.

— Он лежал внутри круга! Глаза Зельды расширились.

— Знаю. Кто-то с длинным оранжевым хвостом только что впрыгнул в круг и схватил прыгуна. Расчет, до сих пор в защищенный круг никто не входил!

— Либо существуют твари, на которых защита не влияет, либо… — Он копнул носком сапога невидимую линию охранной зоны. На поверхность выполз небольшой червяк — и снова зарылся в землю. До этого момента на магической поляне не было даже червей. — Либо круг уменьшается.

— Почему?

— Откуда я знаю? Может, раньше он был еще больше. Может, он все время сокращался — только так медленно, что ты этого не замечала.

— Или, может быть, он начал слабеть, когда в последний раз включился мысленный зов? Видимо, тут все взаимосвязано. — Зельда огорченно посмотрела на край поляны. — Надеюсь, то, что мы нашли, не исчезнет к тому времени, когда сюда доберутся исследователи. Здесь так много можно узнать, Расчет!

— Это потом. Сейчас у нас другая проблема.

— Какая?

Расчет рассеянно потирал больное плечо.

— Я хотел провести здесь еще одну ночь и уйти утром. Но если круг сокращается, лучше не рисковать. Эта проклятая штуковина может исчезнуть посреди ночи, и мы окажемся, мягко говоря, в неловком положении. Нет. Отправляемся в лагерь сегодня.

— Ты уверен, что у тебя хватит сил? — встрево-женно спросила Зельда.

— Если не считать плеча, я чувствую себя нормально.

— Я боялась, что после такого жара ты совсем ослабеешь!

— Да, понимаю. Но, может быть, моя лихорадка была связана вовсе не с раной, — предположил Расчет. — Может, дело в прибежище. Если бы я был настолько болен, как ты говоришь, так быстро лучше бы мне не стало. Но плечо у меня в таком состоянии, какого и следовало ожидать от действия антисептика. И слабости я не испытываю. Какая обычно бывает после нескольких часов бредового состояния.

— Ты считаешь, что жар вызвали те яйца? Это возможно. А что, если они смогли почувствовать, как ты ослабел после того, как замкозуб порвал тебе

Плечо Э Возможно, они почуяли кровь и смогли на нее настроиться. Ведь что-то заставило тебя войти в прибежище. А когда вышел, от камня тебя было не оторвать.