Что, если мы поверим - Сара Шпринц

– Этого недостаточно, ее все еще можно разглядеть и…

– Хоуп, что бы ни случилось, смотри вниз и не поднимай глаз, о’кей?

– Хорошо, – я кивнула. И совсем ничего не чувствовала, когда Скотт взял меня за руку.

– Вы идете строго за нами, мы прикроем вас пиджаками, путь будет свободен. Вы просто идете к машине, об остальном мы позаботимся.

Скотта это не вполне убедило, но, боюсь, у нас действительно не было выбора.

– Неужели здесь нет другого выхода, через который можно незаметно выйти? – воскликнул Скотт, на что Гарри покачал головой:

– Возможно, они уже оккупировали все служебные входы. И если мы отправим туда машину, они сразу поймут, что вот-вот выйдет один из гостей. Глаза в пол – и пошли, все получится.

Мой желудок сжимался все сильнее, и я старалась не отпускать руку Скотта. Его дрожь передалась и мне, пока мы стояли в ожидании. Я хотела поймать его взгляд, но он был очень взволнован и суетился, хотя теперь мы были защищены от посторонних глаз и камер.

– Эй, – прошептала я, сжимая его пальцы. Скотт мельком взглянул на меня. – Это не страшно.

– Нет… – пробормотал он рассеянно. Я не успела еще что-то сказать, как к нам подошел Гарри с двумя охранниками.

– Сразу за дверью нас ждет Рик. Мы идем первыми. Вы следуете за нами. – Он внимательно смотрел на Скотта, дверь распахнулась, и безумие началось во второй раз. Несмотря на то что я знала, что нас ждет за дверью, понервничать пришлось не меньше. Фотографов немного оттеснили в сторону, но это не помешало им снова обрушить на нас волну фотовспышек. Все было ужасно громко, выкрики и имя Скотта, весь путь я проделала, смотря себе под ноги. Скотт держал свою руку у меня на спине, подталкивая вперед, Гарри теснил фотографов назад. Когда мы достигли цели, мое сердце почти выпрыгивало из груди. Я чувствовала множество рук на своей спине, и одну на голове, пока садилась в машину. Через долю секунды Скотт приземлился рядом со мной. Дверь захлопнулась, немного приглушив крики снаружи. Я села прямо и уже собиралась убрать капюшон с лица, как Скотт схватил меня за запястье.

– Не поднимай! – выкрикнул он и наклонил мою голову вниз, я удивилась, как строго звучал его голос. Я знала, что он это не со зла, но мои нервы были уже на пределе, и слезы подступили к глазам. Их невозможно было сдержать, сидя так, с опущенной головой.

Что за ад они устроили?

Почему люди творят подобное?

Почему все накинулись на него, как стервятники?

Почему не оставят его в покое, почему?

Но я точно знала почему. Фотография Скотта без маски стоит, должно быть, целое состояние. Особенно теперь, когда он впервые за несколько месяцев показался на людях. Тот, кто первым продаст это фото телевидению и журналам, однозначно обеспечит себе безбедное существование.

Это просто безумие, все намного хуже, чем я когда-либо могла себе представить. Я чувствовала, что не могу дышать, хоть столкновение продлилось всего несколько секунд и не я была целью.

Рука Скотта все еще лежала на моем затылке, когда Гарри рывком открыл дверь и сел на переднее сиденье. Рик завел машину, едва Гарри успел захлопнуть дверь. Я представила, что мы рванем сейчас с визгом шин, но не тут-то было. Мы почти не сдвинулись с места, люди окружили машину, фотографируя через лобовое и боковые стекла. Я не знаю, как долго я просидела так, сгорбившись и слыша приглушенные крики вперемешку с ругательствами Гарри и Рика. Мне показалось, что прошла вечность, прежде чем все наконец стихло.

– Уже можно, – сказал Гарри, и я выпрямилась. – На сегодня пока все. – Он повернулся к нам: – У вас все хорошо?

Скотт кивнул, но его сжатые кулаки говорили об обратном.

– Все в порядке, – прошептала я.

Задержав на мне взгляд, Гарри кивнул:

– Хорошо. Мне жаль, что все так получилось. Должно быть, мы где-то недосмотрели.

– Это не твоя вина, – сказал Скотт.

– Как всегда. И этого не должно было произойти. Мы отвезем вас в отель, но сначала покружим по городу. Есть вероятность, что за нами кто-нибудь увязался.

Я кивнула, но в голове крутился только один вопрос: интересно, когда это моя жизнь превратилась в гребаный голливудский блокбастер? Я с беспокойством посматривала в зеркало заднего вида. На четырехполосной дороге было оживленно, и мне сложно было понять, преследует ли нас кто-нибудь. Скотт снял маску, как только Рик выехал на автостраду. В машине царила угнетающая тишина. Никакой музыки, только гул проезжающих мимо автомобилей и мерный шорох асфальтового покрытия. Ярко освещенный неспящий Лос-Анджелес и тяжелое дыхание Скотта.

Я с тревогой наблюдала, как он схватился за ворот рубашки. На лбу выступили капли пота, и он избегал на меня смотреть.

– Скотт? – прошептала я, а он все пытался ослабить галстук-бабочку. Пальцы дрожали и на ощупь напоминали ледышки, когда я дотронулась до них. Исходящая от Скотта паника заволокла пространство в машине белым плотным туманом и накрыла меня.

– Эй, посмотри на меня, – снова позвала я тихо, но Гарри уже смотрел на нас в зеркало заднего вида.

– Что случилось?

– Ничего, – выдавил Скотт. – Я… мне просто нужно… Можешь остановить машину? Мне нужен глоток свежего воздуха…

Было очевидно, что посреди десятиполосной автомагистрали сделать это невозможно. Гарри и Рик переглянулись, и Рик включил поворотник. На ближайший съезд.

– Мы идем в отель. Будем там через пять минут.

И это были самые долгие пять минут в моей жизни. Пять минут – пуговицы рубашки расстегнуты, но Скотт все равно задыхался. Пять минут – и судорога охватила все его тело и превратилась в мелкую дрожь, которую он уже не мог сдерживать.

В моей жизни были три панические атаки, и я помнила, как они начинались. Тихо, крадучись, медленно сжимая горло. Затем холодный пот и ощущение смерти или, по крайней мере, потери сознания.

Перед входом в отель было безлюдно и тихо, однако Гарри и Рик вышли первыми из машины и огляделись по сторонам, прежде чем открыть нам двери. Скотт снова надел маску и казался спокойным. Но напряженные челюсти выдавали, что его самообладание – из последних сил. Уже в лифте, стягивая маску с лица, он стал сползать по стене. Гарри и Рик подхватили его с обеих сторон.

– Вызвать врача?

– Скотт, посмотри на меня. Что с тобой?

В глазах – парализующий хаос и беспомощность. Бессилие и усталость от Гарри и Рика. И я сделала