Не просто лучший друг - Юлия Оайдер

Рука Глеба касается моей, словно бы случайно, и я окончательно теряюсь в пространстве от нахлынувших чувств.

Чувств, которые ему не хочу показывать.

– Ты перекрасилась, – то ли спрашивает, то ли просто удивляется Глеб. – Тебе идет.

– Спасибо, – отвечаю я, поглаживая вертящегося, как веретено, Биса по спине. – Ты вырос, а так и дуришь, как подросток, – с улыбкой обращаюсь я к псу, довольно высунувшему язык. – Как на службе, ты у нас малец-молодец? Год провел продуктивно и готов к новым свершениям?

Обращаюсь-то я к собаке, но ответа явно жду от Глеба. Из меня так и рвется поток язвительности.

– У нас все хорошо, – говорит парень. – Я хотел с тобой поговорить… Про новые свершения Анубиса.

– Какие? – поднимаю взгляд на Глеба и почти сразу его отвожу в сторону, не выдержав натиска чувств.

– Я хочу попасть в наш кинологический, где работал твой отец. Я могу прийти со своей собакой или же мне дадут новую, для дальнейшей работы, – произносит Глеб и снова, поглаживая Анубиса по спине, касается моей руки. – Я вернулся буквально на днях, толком не успел еще дать точный ответ… Потому что Анубис твой пес, подарок брата, и я обещал его вернуть тебе.

– Он меня не слушался никогда и давно сделал свой выбор в твою пользу, – говорю я, снимая фонендоскоп.

– То есть, ты позволишь пойти мне с ним работать? – осторожно спрашивает Глеб.

– Конечно, – пожимаю плечами я и проверяю у Биса целостность зубов. – Я не заставлю его быть рядом, если он этого не хочет, – подавляя ехидство, добавляю я и встаю на ноги. Иду к ветеринарному столу, делаю пометку на листе здоровья собаки и подготавливаю место для Анубиса, чтобы осмотреть при нужном освещении уши и глаза.

– Злата, ты же не о собаке говоришь сейчас, – вздыхает парень и встает следом. – Я дурак, но я не тупой. Пожалуйста, давай поговорим, мне есть что тебе сказать. И мне нужно тебе многое объяснить…

– Охотно верю, что за почти год молчания у тебя накопилась тонна новостей! Но сейчас мне некогда, я фактически на работе! – резко и грубо отвечаю я, но тотчас жалею о сказанном.

Нужно быть равнодушнее, нужно быть холоднее, а не показывать свою обиду! Что ж ты какая дуреха, Злата?!

Жду ответа от Глеба, но он молчит, попросту сажает Биса на стол и дает мне продолжить осмотр. Это молчание вызывает во мне внутреннее кипение, оттого так до жути хочется парня подцепить чем-то и сделать больно!

– С ним все хорошо, анализы можно не делать, это не обязательно, если нет прецедентов, – заканчиваю осмотр я и снимаю перчатки. – Сейчас поставлю штамп на ресепшене и можете идти, – беру лист здоровья и выхожу в коридор.

– Сколько нужно заплатить? – спрашивает Глеб, идущий следом.

– Ничего не нужно, своей собаке я могу провести осмотр бесплатно, – с усмешкой отвечаю я и протягиваю лист скучающему Богдану. – Поставь, пожалуйста, штамп.

Пока напарник возится со штампом, я наблюдаю за тем, как Глеб надевает куртку и пристегивает на Анубиса поводок, при этом совсем на меня не смотрит, взгляд у него какой-то отсутствующий, а зубы плотно стиснуты.

– Держи, – отдает лист здоровья Глебу Богдан.

– Спасибо, – кивает парень и попросту уходит.

Сказать честно, я растеряна. Я думала, что… Не знаю, что думала!

Как только закрывается дверь клиники, Богдан встает с кресла и уступает мне место, с подозрением глядя на меня.

– Все в порядке? – спрашивает он.

– Угу, – только и могу невнятно ответить я.

– Я думал, что он поговорить с тобой хотел, – задумчиво чешет затылок напарник.

Неопределенно пожимаю плечами и сажусь в кресло, глядя в монитор, где на камере слежения отчетливо видно, как Глеб уходит от клиники прочь. В носу щиплет и я готова заплакать от бессилия. Ну что это было, ну что это за хрень такая?! Ни он мне ничего не сказал толком, ни я ему – как чужие! Меня душит обидой и злостью на себя – я должна была дать ему высказаться и должна была высказаться в ответ! Вот что за дура, а?!

Досиживаем с Богданом оставшееся время и закрываем клинику. Парень несколько минут стоит рядом, наблюдая как я закрываю дверь, и, словно решившись на что-то, спрашивает:

– Тебя подвезти?

– Нет, спасибо, я дойду пешком, тут недалеко, – отвечаю я и напарник с сомнением щурится.

– Боишься меня что ли, Староста? – усмехается он. – Честно, приставать не буду!

– Я знаю, – заставляю себя посмеяться я. – Просто погода хорошая, хочу пройтись.

– Ну ладно, не простудись, – машет мне на прощание Богдан и идет к своей машине.

Жду, пока он отъедет и поправляю шарф на шее – тот самый, который подарила мне баба Зоя. Запускаю руки в импровизированные карманы-рукавички на концах шарфа и направляюсь в сторону пешеходной дорожки, которая приведет меня прямиком к моему дому. Я и правда хочу прогуляться, но не ради эстетического удовольствия, а ради того, что хочу побыть наедине со своими мыслями и выплакаться.

Заворачиваю за угол и замираю на месте от шока, когда вижу Глеба, бродящего туда-сюда по дорожке. Заметив меня, парень широкими уверенными шагами направляется в мою сторону и, остановившись напротив, спрашивает:

– Работа кончилась, теперь мы можем поговорить?

Смотрю ему в лицо и чувствую, как сердце в груди трепещет, словно бы от радости.

– Можем, – согласно киваю я, пока парень рассматривает мой шарф. Уголки его губ дергаются в полуулыбке – ему нравится то, что он видит творение рук его бабушки на мне.

– Я рад, что шарф тебе пришелся по душе, – говорит Глеб.

Нервно сглатываю, глядя на него и делаю шаг в сторону, чтобы обойти, быть на расстоянии, но дорогу мне преграждает Анубис, натянув поводок.

– Он очень теплый, мне правда нравится, – отвечаю