Мой кавказский отчим - Нина Северова

— Всё нормально? — София встревоженно спрашивает, когда я сажусь к ним в машину. Шахид держит на руках Шамиля и лепечет ему на чеченском. Выглядит… мило.

— Да. Поговорили немного, — усаживаюсь. — Отдай мне сына, — тяну руки. Шах закатывает глаза и отдает маленький свёрток.

— А папа?

— А папа поедет следом за нами. Расима накрыла стол, пора уже нам домой, — целую жену в макушку. Не надо ей знать детали разговора Марины и Димы.

Дома нас встречает Халид. Сразу бросается к Софии в объятия. Она показывает ему Шамиля и тот засыпает вопросами.

— Долго он будет спать? — держит Софу за руку.

— Первые месяцы он будет только кушать, какать и спать, — кладет Шамиля на кровать и раздевает. — Так что начнёте играть вместе чуть позже. Подай, пожалуйста, распашонку из комода.

София могла бы взять сама, но я знаю зачем она это делает. Учит Халида привыкать к брату и к тому, что теперь её внимание будет делиться между ними. Про себя молчу, но надеюсь жена про меня не забудет.

День проходит спокойно. Не было ощущения, что в доме гости. Позже приехал Ахмад с Нарифат и они привезли кучу подарков моим сыновьям. Женщины обсуждали детей, по очереди держали Шамиля, смеялись. София периодически поглядывала на меня, а я снова растворялся в зелёных глазах. Моя жена. Скорее бы наступила ночь, чтобы побыть наедине. Ну, конечно, зависит от того, позволит ли это Шамиль.

К вечеру все разъехались, остался только Шахид. Он не признается, что хочет семью. Говорит, его устраивают связи на один раз. Но, как он смотрит на нас с Софией, как воркует с Шамилем, я делаю другой вывод. Брат очень нуждается в семейном тепле, но пока не встретил свою женщину. Тут я ещё не знаю, что свадьба Шаха случится совсем скоро.

В гостиную заходит встревоженный Дауд. Бегло смотрит на Софию держащую Шамиля, щурюсь. Что такое?

— Аслан Анварович, — останавливается в дверях. Встаю, подхожу ближе. — Тут такое дело… Анвар Зелимханович приехал, стоит у ворот. Как реагировать?

Блядь. Ну нахрена ты приехал. Всё же было хорошо.

Глава 59

Аслан

— Здравствуй, сын, — отец стоит облокотившись на капот своей машины. Даже без водителя и охраны, удивительно.

— Здравствуй. Зачем приехал?

— Внук родился, хочу увидеть.

— Нет.

Отец вздыхает и приглаживает и без того идеально уложенные волосы.

— Аслан, я не враг ни тебе, ни своим внукам. Позволь…

— Я сказал, нет, — перебиваю.

Он смотрит на меня впервые без презрения и злобы. И мне бы радоваться, да поздно, уже не надо. Дождь мелко моросит, неприятно.

— Я думал, ты умнее, — хмыкает. — Но ты так и не остыл. А я ведь делал всё для тебя.

— Я умнее и поэтому ты всё ещё дышишь. А мог бы поймать пулю и всё, — наклоняю голову к плечу. — Никто бы не расстроился. Мы с Шахидом, так точно бы не грустили.

Отец улыбается, но в глазах грусть. Он никому не нужен и сам это прекрасно понимает.

— Не простишь, значит?

— Простил. И даже благодарен за то, что ты сделал. Если бы вы с Мариной не сговорились, я бы не встретил Софию. Теперь я женат на любимой женщине и у меня родился второй сын. Но ты влез в мою жизнь, принял решение, которое не должен был. И поэтому я не хочу иметь с тобой ничего общего. Бизнес твой я вернул, как ты знаешь. Теперь я сам по себе. Детей моих никогда не увидишь. Считай, это твое наказание.

Отец молчит, смотрит под ноги. Что нас связывает? Ничего хорошего, только боль и разочарование.

— Понятно. — открывает заднюю дверь, достает корзину с цветами и большой пакет из детского магазина. Ставит на асфальт. — Забери, всё равно это предназначалось Софии и мальчику. Как его зовут? Это ведь можешь сказать? — в груди на мгновение режет чувство жалости, но это манипуляция, я знаю.

— Шамиль.

— Хорошее имя. Сильное, — кивает. Отец бросает на меня взгляд и садится в машину. Забираю подарки и возвращаюсь в дом. Теперь точка поставлена окончательно.

Шахид и София сидят на диване, Шамиль лежит в шезлонге. Увидев меня, оба напряглись.

— Отец передал, — ставлю цветы на журнальный стол, а пакет оставляю на полу.

— Что он сказал? — Шах закидывает руку на спинку дивана.

— Толком ничего. Я сказал, что детей моих не увидит. И совместных дел не будет больше, — сажусь рядом с женой.

Брат молчит. У нас не принято так обращаться с родителями. Какие бы они не были — родителей надо уважать. Я всегда так думал, пока это всё не случилось. Сейчас же я понимаю, что это уважение не должно быть слепым. Отец всегда потакал нами, потому что знал, мы слова поперёк не скажем. Но всё изменилось.

— Мы пойдём купаться и уходить в ночной сон, — София забирает сына.

— Я поеду уже, — Шах встаёт и целует племянника в голову. — Надеюсь, Шамиль не даст вам жару, — улыбается.

Я тоже надеюсь. Не хочу, чтобы сын выматывал Софию.

Проводив брата, поднимаемся в спальню. Интерьер заметно стал другим. Теперь тут куча детских вещей и принадлежностей. Но мне нравится, так и должно быть.

София купает ребенка в ванночке, рассказывает ему про животных у своего отца. Шамиль, конечно же, ничего ещё не понимает. А я убеждаюсь, что моя жена — это мое благословение. Чем заслужил? И заслужил ли? Но, спасибо, Всевышний. Я буду беречь твой подарок как самую великую драгоценность.

— Уснул, — София садится на кровать и я вижу, что она устала.

— Намылся, наелся, — распускаю светлые волосы. — Ложись, — тяну жену к себе. Она подчиняется и сворачивается эмбрионом у меня под боком.

— Интересно, сколько раз проснется за ночь? Надо помыть бутылочку заранее.

— Помою. Лежи, — удерживаю жену, когда она собралась встать. Ей нужно расслабиться. А мне… утолить голод. Хотя бы немного.

Снимаю с Софии домашние штаны и белье, устраиваюсь между стройных ног. Она нервничает, потому что до таких ласк мы ещё не доходили.

— Аслан, — пытается прикрыться.

— Убери руки и дай мне то, что я