Влюбленные антиподы - Ольга Горышина

— Ты жива? — поинтересовался Кузьма наконец.

Я пожала плечами: ненавижу тупые ненужные никому вопросы!

— К фонтану умыться, потом в супер и на рынок.

— А переодеться?

— Дома, ладно?

Ну ладно… Принюхаюсь… Если до этого не умру со смеху. В супере он попросил меня держаться подальше от фруктового отдела, пока он выбирает фрукты, чтобы у меня аппетит не пропал. Я в это время нашла нужные специи и заодно йогурты нам на сейчас и завтра на завтрак, захватила банку с оливками и палку сырокопченой колбасы — уж очень мне девочка в национальном костюме на обертке понравилась.

Кузьма явился в мой отдел с арбузом и виноградом в корзинке и предложил выбрать к оливкам сыр. У меня глаза разбежались, тогда он схватил с полки первый попавшийся. Это мне так казалось, пока он не открыл рот:

— Настоящий мужской сыр возьмем…

Я окинула его вопросительным взглядом: это который? А он в ответ сунул мне под нос упаковку.

— Козляр… Сыр козлятский… Для козлов…

Мне было стыдно, но я ржала в голос. Как, как! — вопрошал мой взгляд — Как с таким чувством юмора можно быть настолько тупым?! Но на это даже древние иллирийцы не дали бы ответ.

Какое счастье, что с утра нашлось парковочное место у самых стен. Можно было скинуть покупки и только после этого пойти на рынок. Теперь мы, кажется, скупили все, не обидев ни одну бабушку. К помидорам — которых и в огороде было навалом — прихватили даже горшок с базиликом.

— Высадим в грунт, — заключил Кузьма, когда я сунула горшок назад между сиденьями. — Зато у всех бабульков отличное настроение.

Вот бы они поделились им со мной!

— Хочешь фигу?

Ну вот, началось… Хорошее настроение мне обеспечено!

Впрочем, мы действительно хорошо поплавали, снова взяв лодку, хотя я и злилась на Кузьму, что он, как дурак, снова лезет в водоросли босиком.

— Два раза на ежей не наступают, это не грабли, — отшутился он.

Ладно, надо расслабиться и получать удовольствие! Я же не дернулась от его рук, когда он с ног до головы намазал меня солнцезащитным кремом. Но воспринимать спокойно его шутки я пока не могла.

— Даш, с борта прыгаешь?

Я кивнула. Какая разница откуда, если я все равно ныряю с головой!

Сегодня катамаран сносило к буйкам быстрее обычного — дул ветер, принёсший с собой волны, как в настоящем море, и наши бедные ноги работали на износ, чтобы удержать катамаран в безопасном отдалении от пляжа. Но мы крутили педали, ныряли и плавали положенный час. Зато потом я рухнула на шезлонг и замерла.

— Кузя, ты за мороженым? — с надеждой спросила я, когда он направился к ресторану.

Но совсем скоро поняла, что он мне наврал — даже я положила б уже двадцать шариков в вафельку.

— Вы хотите тень? — спросил вдруг по-английски мужик, взимавший плату за шезлонги.

Когда я кивнула, он спокойно поднял цементную подставку зонтика и перенёс мне в ноги. Ничего себе силища, а на вид тощий… Хотя Кузя тоже вон кожа да кости, а таскал меня на руках уже столько, что можно приравнять это таскание к разгрузке целого вагона с углём.

— Ты сама попросила? — спросил Кузьма, кивнув на зонтик.

Я села и уставилась на два стакана в его руках, украшенных палочкой и ананасом.

— Я и это не просила.

— Ты хотела утолить жажду, а не голод. И это безалкогольное. Просто сок с шипучкой.

Мы сели напротив, касаясь коленками друг друга.

— Даш, хороший день был?

— Он ещё не закончился, — отмазалась я, втянув в себя последний глоток фруктового коктейля.

— Моя первая половина дня закончилась. Вечер от тебя зависит, — он нахально улыбнулся. — Если ты злая после плиты, к черту эту плиту…

Я выдержала взгляд.

— Я не злая… После плиты.

Ну что за человек!