Практика по брачному контракту. Магия не пригодится! - Ольга Дмитриева

– О чем ты думаешь? Да самое богатое заведение на этой улице теперь считает убытки из-за того, что я женился.

Наверное, это должно было меня успокоить. Но время действия отрезвляющего поцелуя закончилось, и меня снова понесло. Я буркнула, надеясь, что Эдвин ничего не разберет:

– Как будто тебе женитьба мешает. Договор…

Ректор сдавленно ругнулся и раздраженно произнес:

– Лина! Повторяю еще раз. Не коснулся я ни одной женщины в этот приезд. Если ты еще не заметила, сейчас я увлечен одной белокурой юной леди.

С этими словами он схватил меня за руку и потянул прочь из подворотни. Я была настолько ошарашена его словами, что и не думала сопротивляться. Пока мы шагали по улице, я старательно убеждала себя, что “увлечение” может быстро закончиться, но все равно не могла задавить совершенно глупую радость.

В конце улицы мы снова свернули в подворотню. А затем подошли к задней двери самого богатого заведения. Эдвин коротко и тихо стукнул в дверь. Ему открыли сразу. Вслед за своим фиктивным супругом я перешагнула порог и оказалась в темном и узком коридорчике.

Ректор скинул капюшон, а я придирчиво оглядела женщину, которая нам открыла. Алое платье с открытыми плечами подчеркивало соблазнительные изгибы фигуры, каштановые локоны водопадом укрывали спину. Чуть простоватые черты лица скрадывал умелый макияж. Снова пышногрудая брюнетка. Кажется, я скоро буду вычислять любовниц Эдвина с одного взгляда. Все как на подбор… Главное, зубами скрежетать потише.

– Я думала, ты придешь один, – немного удивленно сказала незнакомка.

Эдвин сдернул капюшон с моей головы, позволяя светлым волосам рассыпаться по плечам, и бесстрастно произнес:

– Моя супруга, Лина Рокфосс. Сьенна, хозяйка этого достойного заведения.

Я выдавила улыбку, ожидая критического или снисходительного взгляда. Но Сьенна посмотрела на меня удивительно тепло, а не как на конкурентку.

После этого хозяйка поманила нас за собой. Мы прошли по длинному темному коридору и оказались в небольшой и просто обставленной комнате с узкой кроватью, письменным столом, на котором теснились бумаги, и высоким книжным шкафом. Пока я разглядывала обстановку, Сьенна взяла со стопку листов и передала ее Эдвину. Тот пробежал глазами листы и сказал:

– С твоего позволения, обследую комнаты. Будь добра, присмотри за Линой.

И, прежде чем я успела возразить, он скрылся за дверь, бросив на прощание:

– Жди здесь.

Мне любезно указали на единственный стул, но я мотнула головой и подошла к окну. За ним была та же темная улочка, а на стекле тускло светились защитные заклинания. Я чувствовала себя нелепо и не знала, о чем говорить с этой женщиной. А еще – тревожилась за Эдвина. Но я чувствовала, что Сьенна продолжает разглядывать меня. В какой-то момент это надоело. Тогда я резко обернулась и посмотрела ей в глаза. И в ответ получила спокойную улыбку. А затем она понимающе спросила:

– Беспокоишься? С ним все будет хорошо. Убийства произошли не в моем доме. Но с моими работницами, и это плохо влияет на репутацию заведения.

И, немного помолчав, она искренне добавила:

– Приятно видеть, что Эдвин остепенился.

А мне было приятно об этом мечтать, но я постаралась отбросить лишние мысли. К счастью, в этот момент ректор вернулся. Лицо его было задумчивым.

– Нашел что-то? – с надеждой спросила Сьенна.

– Кое-что, – кивнул он. – Идем, Лина. Сегодня нам придется посидеть в засаде и хорошо подготовиться к приему дорогих гостей.

Вслед за Эдвином я прошла к выходу. Там я зачарованно наблюдала, как он создает сложнейшие заклинания, которые мне никогда не будут доступны. Когда с маскировкой было покончено. Мы вышли из дома и начали красться сквозь ночь. После заведения Сьенны мы прошли пару борделей пошибом помельче. Я не выдержала и пробормотала:

– Верность в этом городе не в чести.

Эдвин напрягся:

– Сьенна сказала тебе что-то неприятное? На нее это не похоже.

– Нет, ничего, – поспешно ответила я. – Это все-таки умертвия?

– Да, и во всем этом есть кое-что странное. Интересно, “гончие” и стражники не удосужились проверить получше, или это сговор?

– Проверить что? – не поняла я.

– Думаю, тварей приманили, – ответил Эдвин и втянул меня в закуток, с которого открывался хороший вид на поперечную улицу.

Она оказалась гораздо шире, и вдали маячила колокольня местного храма.

– Еще и церковь здесь, – пробормотала я.

– Приглядывают за гнездом разврата, – усмехнулся ректор и тут же посерьезнел. – Интересно только, кто это все затеял.

Я пожала плечами:

– Наверное, твоя бывшая любовница перешла дорогу кому-нибудь…

– Настолько одаренному магически, что он решился тронуть бордель, в который захаживают все обеспеченные жители города? Сомнительно.

– Тогда кто это может быть?

– Есть у меня одна теория, – мрачно ответил Эдвин. – И мне она совсем не нравится.

Эдвин

Лина обвела взглядом улицу и придвинулась ближе к Эдвину. А затем прошептала:

– Какая теория?

– Это ловушка. И предназначена она именно для меня.

– Именно для тебя? – изумленно переспросила она. – Почему ты так считаешь?

Ректор нехотя сообщил:

– О моих теплых отношениях со Сьенной знал весь город. Кроме того, Хэлмилэн находится на землях нашего рода. То, что она обратится ко мне, было ясно любому. Я нашел следы приманки для умертвий.

– Думаешь, все подстроено? Кем? И… для чего?

В голосе Лины проскользнул страх. Эдвин коснулся ее щеки, продолжая внимательно наблюдать за улицей, и негромко сказал:

– Это я и хочу узнать. Поэтому наши планы придется изменить.

Девушка непонимающе посмотрела на него. Эдвин неспешно вытащил из связки пару болтов с белыми наконечниками и приказал:

– Готовь арбалет.

Лина послушалась. Ее движения были нервными, и пришлось сказать как можно спокойнее:

– Не торопись. Это световые, против нежити. Попадать в умертвие не обязательно – при разрыве наконечника световое заклинание ранит этих тварей. Чем ближе, тем больнее. Если встретятся двое – бей между ними.

Девушка поспешно кивнула и начала заряжать арбалет. Эдвин убедился, что капли человеческой элементали ей хватило, чтобы над оружием зажегся зеленоватый магический прицел. И после этого вскинул руки и призвал собственную магию. Лина зачарованно наблюдала за тем, как он творит заклинание. В ее глазах была тоска о несбыточном. В этот момент хотелось подарить ей все что угодно. Но пока Эдвин мог дать ей только одно – защиту.

Голубоватая вязь заклинания повисла между ними, обернулась полукругом вокруг Лины,