Вкусить её рождественские печеньки - Алина Джейкобс

— Хорошо, — промолвил Джек, разминая напряженную челюсть. — Ты действительно этого хочешь? Работать на кого-то на кухне и готовить десерты в течение следующего десятилетия, не получая никакого признания?

Я была ошеломлена. Да кем он себя возомнил?

— Эй, это моя мечта! — громко воспротивилась я. — Только потому, что ты миллиардер в модных брючках, у тебя шикарные машины и небоскребы, это не значит, что ты можешь высмеивать то, что другие люди делают со своей заурядной жизнью.

— Ты не заурядна, — мягко произнес Джек.

Я почувствовала себя заурядной. В конце концов, я даже не выиграла конкурс, а ресторан в Бруклине был не таким уж и замечательным. Но все же. Моей мечтой было жить в Нью-Йорке, и именно так я собиралась достичь этой цели.

— Это то, чего я хочу, — твердо заявила я.

Но даже для меня самой это прозвучало не так, как я бы хотела. Я попыталась избавиться от всех своих опасений. Все мои эмоции были искажены, потому что мне было грустно из-за того, что я покидала башню, и была разочарована тем, что не выиграла конкурс.

Джек отвел от меня взгляд, затем снова посмотрел с натянутой улыбкой.

— Если ты действительно этого хочешь.

Я переступила с ноги на ногу.

— Я буду скучать по тебе, — наконец произнес Джек. — Не знаю, что буду делать, если ты не будешь прокрадываться ко мне в свободное время.

— Мы все еще можем навещать друг друга. Бруклин не так уж и далеко.

— Могло бы быть и ближе, — возразил Джек. — Это не то же самое, что быть на пару этажей ниже.

Я кивнула. И поняла, что он имел в виду. Но я не могла просто так переехать в его пентхаус. Я едва знала этого парня.

— Не могла бы ты ненадолго остаться? — спросил он.

Я покачала головой.

— Мне нужно встретиться с владельцем от «Airbnb», чтобы забрать ключи.

— Ты остановилась по брони «Airbnb»? — спросил он.

— Отель в Бруклине, рядом с рестораном. Я собираюсь пожить там, пока «Романс Криэйтив» не пришлет мне денежный приз, и я не смогу найти квартиру.

Мне не нужно было встречаться с хозяином прямо сейчас, но если бы я осталась в пентхаусе Джека, то это лишь отсрочило бы неизбежное. Мне нужно начать новую главу в своей жизни, и мои отношения с Джеком должны либо перерасти во что-то более разумное, либо окончательно закончиться.

— Понимаю, — спокойно произнес Джек.

Часть меня была немного расстроена тем, что Джек не признался мне в вечной любви и не потребовал, чтобы я послала ресторан в Бруклин ко всем чертям и переехала жить в его пентхаус. Но хотя я ведь только что сказала ему, что не хочу оставаться здесь и пользоваться его положением. Кроме того, он — джентльмен и не станет командовать мной. Джек с уважением отнесся к тому, что, как я утверждала, было моим желанием.

— Гм… ты тоже хотел что-то сказать? — спросила я, вспомнив, что он хотел поговорить.

— Ничего, — ответил он, — просто ты мне нравишься, и я хотел бы продолжать с тобой встречаться, если ты будешь к этому готова.

— Ох, — мы посмотрели друг на друга. — Ты мне тоже нравишься, — неловко ответила я. Затем приподнялась на цыпочки и довольно целомудренно поцеловала его. Я не почувствовала себя такой уж счастливой, и Джек тоже не выглядел таким уж довольным.

— Мне нужно идти.

— Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится, — Джек шагнул вперед, притянул меня к себе и снова поцеловал. Поцелуй был глубоким, и он делал все правильно, но все равно почему-то казался холодным. Я не могла избавиться от ощущения, что совершаю большую ошибку.

62

ДЖЕК

— Блядь! — закричал я, когда Хлоя ушла.

Я схватил ближайшую стеклянную вазу и запустил ею в стену. Майло залаял. Я не знал, из-за чего я был зол больше: из-за того, что я мог потерять свою башню, или из-за того, что Хлоя не захотела остаться со мной.

— Конечно же, она не хочет оставаться здесь. Ты напугал ее. Накричал на нее и довел ее до слез, — я подошел к кладовке, схватил веник и начал убирать осколки стекла.

Оглядев пентхаус, я понял, что без Хлои в нем было холодно. На самом деле, без нее во всей башне было холодно. Может, мне стоит просто позволить Грегу продать ее. Я не хочу быть здесь, если здесь не будет Хлои. Все это место лишь будет напоминать мне о ней. Знаю, она не сказала, что расстается со мной, но Бруклин так далеко. Все будет не так, как если бы она осталась здесь.

Чувствуя себя угрюмым и подавленным, я надел пиджак и отправился в «Платинум Провижн» на последнее в этом году заседание правления.

Хантер казался раздраженным, когда я вошел в зал заседаний. Я не понял, было ли это из-за меня или из-за его братьев.

— Рождество оказалось очень прибыльным, — сказал Грег после того, как я сообщил ему последние данные о доходах. Хантер нахмурился.

— Мы также продвигаемся в предварительных исследованиях по размещению завода в Харрогейте, — добавил я.

— Посмотрев на производственные показатели, я понимаю, что было бы разумно владеть хотя бы малым процентом производственных мощностей, — заметил Хантер.

Лиам улыбнулся. По крайней мере, чьи-то мечты сбываются.

— Новогодние цели, — сказал Хантер. — Лиам будет проводить больше времени в западной части Нью-Йорка, а Джек, полагаю, будет по горло занят своей башней?

— Не знаю, — ответил я. — Может быть, нам стоит просто продать ее. Холбруки не арендуют помещение.

— Послушай, — перебил меня Грег, — С компанией «Нью-Йоркский хлеб» ничего не вышло. И, в общем, с финансовой точки зрения имеет смысл разместить ресторан ради Марка Холбрука.

Лиам улыбался от уха до уха.

— Почему ты передумал? — спросил я, оправившись от легкого шока, когда услышал, что Грег Свенссон передумал.

— Рождественское чудо, — заявил Грег. Хантер ухмылялся.

Лиам обнял меня за плечи.

— Я пожаловался Хантеру на происходящее. А он пригрозил, что отправит всех наших младших братьев жить к Грегу, а не к нему и другим моим братьям в Харрогейт, — Лиам согнулся пополам от смеха. — Можешь себе представить, чтобы Грег заботился о компании одиннадцати и двенадцатилетних детей?

Я слегка улыбнулся.

— Я ценю это, но, думаю, уже слишком поздно. Хлоя устраивается на работу в ресторан в Бруклине.

— Это неприемлемо, — возмутился Грег. — Я хочу, чтобы