Сердце потерянное в горах - Анна Сарк

[1]我不能失去我哥哥 — Я не могу потерять брата

[2] 妈妈 — мама

Глава 33

Лилит

Длинные волосы треплет ветер и капюшон толстовки раздувается за спиной, как парус. Она бежит к высокому забору, не прекращая безумно кричать и размахивать руками.

— Сто восьмая, немедленно остановись! — стражники бросаются следом.

Я в ступоре смотрю им вслед, живот скручивает от волнения и хладнокровие дает трещину. Во дворе поднимается паника. Растерянные и напуганные лица переглядываются между собой. Со всех сторон на нас напирает толпа и мы пробираемся сквозь плотную массу, работая локтями. Женский голос в динамиках просит всех сохранять спокойствие и немедленно возвращаться обратно.

— Туда! — Чайка показывает на ворота.

Никто не обращает на нас внимание. Золотая карта, спрятанная под резинкой моих трусов, впивается в кожу. Черная форма стражников выделяется среди остальных и я могу следить за ними на расстоянии. Моё сердце бьется как сумасшедшее. Пот выступает на спине и струйкой стекает вниз. Я первая добегаю до ворот, мне остается только прижать ключ к мигающему дисплею и выйти отсюда.

Звук выпущенного из излучателя снаряда напоминает мне короткий вздох. Следом за ним следует второй. Как эхо. И третий. Что-то липкое и влажное брызжет на меня. Я замираю на месте. На мгновение повисает тишина, а потом воздух взрывается от испуганных воплей. Расталкивая и сбивая друг друга с ног, все бросаются в рассыпную. Мое сердце бьется так быстро, что кружится голова и перед глазами пляшут цветные пятнышки.

Я медленно оборачиваюсь.

Чайка неподвижно лежит на земле. Алая кровь на ее серебристых волосах кажется слишком яркой. Неестественной. В животе зияет большая сквозная дыра, по краям, она всё ещё дымится. На сторожевых башнях зажигаются красные прожекторы. Кто-то толкает меня в плечо и я падаю на колени.

— Ничего, — ползу к ней, — Тебя подлатают… — рыдания застывают в груди ледяной глыбой.

Где-то на краю сознания, я знаю, что вся эта суматоха скоро закончится и надо спешить. Чайка поворачивает ко мне голову и я с силой стискиваю зубы, чувствуя, что могу закричать.

— Беги, — читаю по губам, — Беги…

Моё дыхание переходит в короткие всхлипы. Я поднимаюсь на ноги, яростно стирая с лица слезы, стараюсь не думать, что рядом со мной страдают и гибнут люди. Достав золотую карточку, я с силой прижимаю её к дисплею. Не дождавшись, когда ворота полностью откроются, я выбегаю наружу.

В легкие врывается резких запах сосен, дорожка больше напоминает извилистую тропинку, обсыпанную мелким щебнем. По обеим сторонам колеи густой лес. Я бегу, то и дело испуганно оглядываюсь, пока сторожевые башни не скрываются за поворотом.

Легкий ветер шуршит пушистыми ветками сосен и время от времени, до меня долетает пение соек. В босые ноги впиваются камешки, но мне все равно кажется, что я бегу недостаточно быстро и увеличиваю скорость насколько хватает сил.

Мне хочется надеяться, что стражники в первую очередь будут прочесывать лес.

Моё сердце колотится где-то в горле, но я несусь дальше. Выбившиеся из косы пряди хлещут меня по лицу. Я бегу так быстро, что падаю вниз, обдирая колени в кровь, но тут же вскакиваю на ноги, не обращая внимания на боль.

Небо чернеет и все вокруг погружается в сумерки. Деревья гнутся под порывами холодного ветра и жалобно стонут. Мое дыхание хрипом вырывается из груди и легкие пылают от нехватки кислорода. Я стираю со лба пот и моргаю, избавляясь от слабости.

Узкая колея сменяется накатанной дорожкой и роскошный громадный беспилотник вырастает, как мираж. Обтекаемой формы, он похож на притаившегося в тени зверя, зависшего в воздухе. Ненависть помогает мне не потерять сознание от боли в порезанных ногах. Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь сообразить, что мне теперь делать.

На сколько хватает глаз простирается сосновый лес. Я напряженно вслушиваюсь в непривычные для меня звуки. Нахожу острую палку, намереваясь использовать ее, как орудие. Прихрамывая, я подкрадываюсь к беспилотнику, его глянцевая поверхность отражает бегущие по небу тучи. С неба сыпется влажный снег и земля превращается в кашицу. Я крепче сжимаю свое оружие и заглядываю внутрь. Моё дыхание вырывается облачком пара.

В салоне никого и я пробую открыть дверцу. Заперта. Я не успеваю разозлиться на себя, услышав вдалеке приглушенные голоса. Быстро наклоняюсь, оббегая беспилотник и стараюсь не шевелиться. Все мои мышцы напрягаются, несколько секунд я стою неподвижно, прислушиваясь. Наверное, я осталась на этом месте дольше положенного и теперь у меня нет времени спрятаться.

Голоса звучат ближе. Я смотрю вниз и внутри меня всё леденеет от ужаса. Моя кровь смешалась со снегом и грязью, маленькие следы цепочкой огибают беспилотник, как крошки хлеба Гензеля.

Они приведут их ко мне.

От отчаяния мне хочется завизжать. Я быстро прячу палку в рукав своей кофты и опускаюсь на колени. Замерзшими руками, я пытаюсь убрать отпечатки своих ног, ползая вокруг беспилотника. Грудь сдавливают тиски страха и меня начинает тошнить.

Быстрее. Быстрее.

Онемевшие от холода пальцы не слушаются, у меня стучат зубы и я вся вымазалась в грязи. Снег еще больше размяк, превращаясь в буро-коричневую болотную кашу. Я еще раз оглядываюсь и едва успеваю заползти под днище беспилотника. Над головой устрашающе нависает несколько тонн железа, но я стараюсь об этом не думать.

— Этот инцидент первичный случай, — торопливо говорит женщина, подходя к беспилотнику, — Впредь, мы будем осторожнее, — снизу я вижу только ботинки, перемещающиеся вдоль машины. Внутри всё сжимается от страха и сердце стучит в висках, — Сбежавших химер отыщут еще до заката.

Я сжимаю губы изо всех сил. Стражники, как гончие Ада, будут преследовать нас пока не утащат обратно в пекло.

— Я не хочу слышать оправдания — моё дыхание прерывается, когда я слышу голос Призрака и вгрызаюсь в край рукава, гася вскрик, — Единственное, что имеет для меня значения — план, — он открывает дверцу и я вздрагиваю от звука запустившегося двигателя, я напряженно смотрю на его белоснежные сапоги, увязающие в грязи.

— Мы все исправим, — со страхом отвечает женщина, — Никаких заминок больше не будет, —