Сердце потерянное в горах - Анна Сарк

И смогу ли я это сделать?

От холода у меня немеют губы, от неподвижного положения, я всё отчетливее ощущаю пульсирующую боль.

— Тогда почему вы еще здесь? — спрашивает Призрак, не смотря на шутливый тон, в его голосе сквозит угроза.

— Да, да, конечно, — испуганно бормочет женщина, — Всего доброго, — я слежу за ногами стражников, удаляющихся в сторону леса.

Воцаряется тишина, нарушаемая только порывами сильного ветра. Но Призрак не спешит садится в салон, от бессильной злобы я сжимаю и разжимаю ладони, возвращая пальцам чувствительность.

«Что же ты медлишь, — шепчу я мысленно, — чего ты ждешь»?

— Вылезай! — приказывает он и волоски на моей коже приподнимаются, глаза горят, но я боюсь даже моргнуть, — Или я прикажу тебя вытащить. Выбирай сама, — мой пульс ускоряется.

Мне не остается другого выхода. Я осторожно выбираюсь из-под беспилотника и выпрямляюсь.

— Чудесно выглядишь, — он разглядывает меня и я вызывающе вздергиваю подбородок. Не смотря на ледяной ветер, я расправляю плечи и встречаюсь с его темными глазами, поблескивающими из прорезей жуткой маски.

— Спасибо, если бы у меня было больше времени, я бы привела себя в порядок, — я не узнаю свой мрачный, надломленный голос.

— Прошу, — Призрак показывает на открытую дверцу беспилотника, — Говорить в тепле всё же приятней.

Я оглядываюсь назад. Нет. Я ни за что не вернусь обратно. Забираюсь в роскошный салон. Внутри пахнет кожей и кедром. Звучит легкая расслабляющая музыка и тепло обволакивает меня, вынуждая терять бдительность. Я трясу головой, отгоняя усталость и поудобнее устраиваюсь на мягком сиденье, испачкав грязью светлую обивку.

Призрак садится напротив меня и беспилотник трогается с места.

— Ну, — говорит он, спустя минуту, — Вот я перед тобой, что ты собираешься делать? — кажется, его забавляет вся эта ситуация.

— Кристаллизатор… — вместо ответа спрашиваю я, — Что было внутри? — незаметно вынимаю из рукава найденную поблизости палку с острым концом.

Не бог весть что, если использовать внезапность, как своё преимущество.

— Цветок умерших, — Призрак пожимает плечами и рубиновая брошь подмигивает мне из полумрака салона. — Он был утерян давным-давно, считалось, что цветок не способен расти на зараженной почве.

Во рту появляется неприятный привкус.

— Что это значит? — я сильнее сжимаю палку, спрятанную за длинными рукавами своей бежевой кофты, выжидая удобного момента.

— Если я скажу тебе, что мы на грани выживания, ты мне поверишь? — вопросом на вопрос отвечает Призрак.

— Биологический Армагеддон давно в прошлом.

— Но только не для таких, как мы, — он наблюдает за моим лицом и я старалась ничем не выдать своих настоящих эмоций, — Никто из нас по-настоящему несвободен и то, что тебе кажется злом, на самом деле, таковым не является, — говорит загадками.

Я чувствую, как моя ненависть обретает физическую форму, усилием воли, заставляю себя говорить ровно.

— Так мыслит психопат.

Призрак молчит, играя с перстнем на своем безымянном пальце. Фары пролетающих мимо беспилотников бросают отсветы на его маску. Меня пробирает озноб. Внутренний голос предупреждает меня бежать отсюда, но я не задала главный вопрос, отчаянно бьющийся в груди.

— Значит, ваш бог тоже псих, — наконец, говорит Призрак, наблюдая за моим лицом и я стараюсь ничем не выдать своих настоящих эмоций, — Рай и Ад. Нет способа лучше управлять людьми, чем страх.

— Мы сами выбираем, по какому пути идти.

Призрак как-то разочарованно передергивает плечами.

— Не обманывайся. Страх потерять сестру толкнул тебя ко мне. Ты могла забрать лекарство и уйти. Быть рядом с ней до самого конца, но рядом был я, она так звала тебя…

Желудок подступает к горлу. В голове шумит. Горе обрушивается тяжёлой плитой, грозящей раздавить меня.

— Сволочь! — вскакивая со своего места, я замахиваюсь для удара, и целюсь ему в шею — единственный открытый участок его тела. Призрак без особых усилий перехватывает мое запястье. Его пальцы смыкаются на моей руке и палка летит на пол, закатываясь под сиденье и я кричу от досады. Пытаюсь вырваться, но ему удается усадить меня к себе на колени и прижать к груди.

— Я найду тебя даже в аду, — предупреждаю я, — Найду и убью еще раз, если ты успеешь сдохнуть до того момента, как я доберусь до тебя.

Призрак наклоняется ко мне и клюв его маски касается моих влажных волос. Я пытаюсь лягнуть его ногой, но он крепко держит меня.

— С нетерпением буду ждать нашей встречи.

Я чувствую болезненный укол в шею. От злости, я всхлипываю. Пытаюсь освободиться, задевая рукой брошь, оцарапываю ладонь. Мне кажется, что в мою грудь вгоняют куски острого стекла. Я не могу дышать. Перед глазами всё плывет и мысли путаются.

— Что ты сделал со мной? — шепчу я омертвевшими губами.

— Это действие блокатора, — Призрак открывает бардачок рядом со своим местом, — Ты не можешь двигаться, говорить, зато можешь слушать, — он достает белоснежный платок, не имея возможности отодвинуться, я бессильно смотрю в его темные безжалостные глаза. — Просто идеальный собеседник, — Призрак терпеливо стирает с моих губ слюну, склоняя голову набок, словно любуясь мной.

Руки и ноги, словно ватные. Окаменевшие пальцы не слушаются. Я отчаянно пытаюсь сделать хоть какое-то движение, но у меня не получается даже закрыть глаза. Создается ощущение, что всё это происходит во сне.

— Мне жаль расставаться с таким экземпляром, как ты, — я жалобно мычу в ответ, из моего правого глаза вытекает слеза и Призрак ловит ее кончиком указательного пальца. Я опять пытаюсь выдавить из горла какой-нибудь звук, но получается невнятное мычание, — Но всё зашло слишком далеко.

Если бы я могла испепелить его взглядом, то сделала бы это прямо сейчас. К груди подступает жгучий комок ненависти. Его руки сжимают меня всё сильнее и больнее. Я боюсь, он переломает мне все кости.

— Мы близки к нашей цели, как никогда… — его голос звучит, будто издалека, я с трудом вникаю в слова.

Беспилотник останавливается. Призрак поудобнее обхватывает мое тело, выходит из салона. На улице стемнело, снег мокрыми хлопьями падает на мое лицо, залепляя