Сердце потерянное в горах - Анна Сарк

— Вот что бывает, когда не соблюдаешь правила, — он держит меня в своих объятиях и я не в состоянии этому помешать. От его плаща терпко пахнет туалетными духами и мне приходится вдыхать неприятный аромат.

Я смотрю в небо, освещенное яркими огнями, не имея возможности моргать.

— Пора на борт, принцесса.

Передо мной вырастают огромные блестящие крылья «Икаруса».

Глава 34

Просторный салон позволяет нам с комфортом устроиться в отдельных сидениях, повернутых к друг другу. Беспилотник мчится вперед. Адреналин всё еще бурлит в моей крови. Я смотрю на свои разбитые в кровь костяшки.

Скоро все новостные каналы будут крутить одно и тоже. Желтые журналы и сайты заплатят целое состояние за фотографии.

Представляю, как обрадуется мой отец.

— Какого черта?! — взрывается отступник, выводя меня из оцепенения, — Ты обещал забрать нас из клуба.

Я стряхиваю влагу с волос и сосредотачиваю своё внимание на незнаком мужчине. Он одет в белоснежный костюм совершенного и на его коленях мерцает небольшой портативный компьютер.

— Не всё отражается в системе, — мужчина без возраста разводит руками, — Я ничего не мог сделать.

— Нам такая реклама ни к чему, — Эмма трясущимися руками убирает с лица растрепанные медовые волосы.

Она права. Наше положение в обществе обязывает поступать в соответствии с его требованиями. Никто из аристократов не ввязывается в скандал и не нарушает правила «Золотой крови». Сенатора могут снять с должности, если совет вынесет на обсуждение его пошатнувшуюся репутацию.

— Мы подчистим за вами, — сухо замечает мужчина, опять утыкаясь в свой лэптоп, я едва сдерживаюсь, чтобы не выругаться вслух, — На твои поиски отправили дроны, — он отрывает с экрана глаза и смотрит на Вэй, — Больше всего на свете, Джен боялся, что из-за него ты пострадаешь.

Слова падают тяжелой глыбой, придавив меня к креслу. Вэй дергается и вздрагивает, когда ее бьет током.

— Мой брат жив? — сухими губами шепчет она.

— Каждый из нас осознает все риски, соглашаясь вступить в Сопротивление, — отвечает мужчина, — Он перестал выходить на связь.

Вспыхнувшая надежда в зеленых глазах Вэй гаснет, в них появляется молчаливая боль. Моё сердце ноет от того, что ей приходится переживать те же самые чувства, что и мне. Мышцы скручивает болезненный спазм. Я смотрю на ее скованные руки с красными следами на загорелой коже.

— Как сныть с нее наручники? — цежу сквозь зубы.

— Без пароля их снять невозможно, — пожимает плечами отступник, и этот равнодушный жест раздражает меня сильнее, чем его наглый тон.

Желваки на моих скулах напрягаются.

— И много вас таких? — заставляю свой голос звучать спокойно, но он почему-то дрожит, делаю глубокий вдох и выдох.

— Неравнодушных? — уточняет мужчина, подняв на меня мрачный тяжелый взгляд, — Достаточно, чтобы выступить против режима основателей. У нас кругом свои люди. Я работаю в корпорации со дня своего Благословения.

— Я не понимаю… — устало потираю лицо и щетина неприятно колет пальцы, — Фракция перворожденных скоро и так перестанет существовать.

Тата одна из основателей, но она давно отошла от дел, как и многие перворожденные.

— И кто тебе это сказал? — хмурится отступник, — Наверняка, еще один напыщенный аристократ…

— Данте, — одергивает его мужчина, и тот насупившись, замолкает, откидываясь в кресло, — «Возрождение» наша главная цель, — я моргаю, не понимая к чему он клонит, видимо это отражается на моем лице, потому что он поясняет, — Советники что-то скрывают, все файлы корпорации хранятся в зоне особой секретности. Призрак тёмная лошадка во всей этой истории и последний элемент головоломки «Ковчег», который строит твой отец.

— Причем здесь я?

— Через полгода ты станешь одним из них и получишь доступ в технический отдел, — моя бровь удивленно ползёт вверх, — Получишь индивидуальную карту.

— Почему вы решили, что я помогу вам? — интересуюсь я, безучастно глядя ему в лицо.

— Она была в этом уверена, — кивает в сторону Эммы, — Программистов такого уровня всего двое, — губы незнакомца трогает гордая улыбка, — Она и я.

У меня такое ощущение, будто кто-то ударил меня кулаком в живот. От напряжения внутри что-то обрывается. Если еще есть, чему рваться… Я чувствую себя безвольной марионеткой, которой управляют все, кому не лень. Крепче сжимаю челюсть и в зубах хрустит.

Эмме хватает совести покраснеть. Всё становится на свои места: ее желание выйти за меня, спокойное отношение к гибриду и то, с каким мастерством она взломала защиту департамента.

— Никто не удивился нашей помолвке, даже твой отец, — прокашлявшись, говорит Эмма.

Из моего горла вырывается хриплый смех.

— Надеюсь, вы не настолько самоуверенны, чтобы думать так, — усмехаюсь я, — Скорее всего, он сам убедил вас, что это правильно.

Атмосфера в салоне накаляется, кажется достаточно искры, чтобы все вспыхнуло. Уверен, такие мысли в их «умные» головы не приходили.

— Что дальше? — заставляю себя задать вопрос.

— Будем искать чип, — лицо мужчины темнеет, взгляд, направленный на Данте, настолько решительный и твёрдый, что мой позвоночник немеет, — Департамент считает, он у Джена, поэтому пойдет на всё, чтобы найти его сестру. Это даст нам время отыскать девчонку.

Отступник поджимает губы.

— Она его спрятала.

— Хорошо, если так.

Я отворачиваюсь к окну. Беспилотник съезжает с главной трассы на дорогу, ведущую к аэропорту. Я узнаю стройные искусственные деревья по обе стороны от трассы. В этой части Небес, купол выпускает «Икарусы», отчищая воздух от попавших внутрь зараженных частиц.

— Мы свяжемся с вами, — мужчина протягивает мне тонкий смартфон, помедлив, я беру телефон и убираю в карман.

Прежде чем выйти, смотрю на Вэй. Она ушла в себя и ни на что не реагирует. Выглядит невероятно ранимой со следами потекшей туши на глазах и браслетами на хрупких запястьях.

— Прости, Вэй, — я подавляю чувство горечи, подкатывавшую к горлу тошнотой и выбираюсь на улицу.

В лицо ударяет прохладный воздух и впервые я ощущаю, как на самом деле устал. На трапе роскошного «Икаруса» стоит Клаус, щурясь от летящего в глаза снега. Даже здесь купол не