Опасная близость - Элизабет Торнтон

– Того важного, что я, по-вашему, хотел уничтожить, не существует. Позвольте еще раз повторить, я пришел, чтобы помочь вам. Ведь это вы послали мне экземпляр «Джорнэл»?

– Я ничего не посылал.

– А, тогда это, верно, Катрин, – предположил Роберт.

– Я тебе не верю. Если ты даже говоришь правду, неужели ты хочешь, чтобы я поверил, что ты пришел сюда с другой целью? Я застал тебя на месте преступления. Ты шарил в столе Катрин.

– Я искал оружие, – объяснил Эль Гранде. – Мне известно, что она держит пистолет в столе.

– Пистолет? – усмехнулся Маркус. – Что-то не очень похоже на брата-мирянина, у которого война вызвала такое отвращение, что он больше не желает причинять кому-нибудь зло.

– Я смирился с такой необходимостью, – спокойно ответил Эль Гранде. – И к тому же окончательно ушел от монахов. Но, вижу, мои слова вас не убеждают.

Головы обоих повернулись к стеклянной двери, открывшейся от сквозняка. В тот же миг дверь в коридор распахнулась, и вошла Катрин. В руке она держала пистолет, направленный, в отличие от пистолета Маркуса, в пол.

– Ваши голоса слышны даже в саду, – сказала она. – Что тут происходит?

– А, черт! – воскликнул Маркус.

По-прежнему держа Эль Гранде под прицелом, он шагнул в сторону, чтобы, если придется стрелять, не задеть случайно Катрин.

– Полагаю, граф Ротем намерен убить меня, – ответил Эль Гранде. – Ему взбрело в голову, что я убийца. Я пришел помочь ему, но он мне не верит.

Не спуская глаз с Эль Гранде, Маркус сказал Катрин:

– Он явился, чтобы расправиться с тобой и выкрасть рисунки. Какого черта тебя принесло? Отойди в сторону, Кэт, и, ради бога, не загораживай его!

– Маркус, опомнись! – воскликнула Катрин. – Это мой друг. Он много раз спасал от смерти меня и английских солдат. Он и тебя спас, когда ты нарвался на засаду французов.

– Факты – упрямая вещь, Кэт, можешь убедиться в этом сама, – стоял на своем Маркус.

– Какие факты?

– Ты нарисовала его портрет. Он не может допустить, чтобы портрет был опубликован в газете. Думаю, он что-то такое готовит, что-то, после чего все о нем заговорят, и потому убьет всякого, кто знает, что когда-то он был Эль Гранде.

– А как же монахи в Марстонском аббатстве? Они видели его. Он и их собирается убить? – язвительно спросила Катрин.

– Для них он брат Роберт. Они не знают его как Эль Гранде.

– Неужели это говоришь ты, Маркус? Ушам своим не верю.

– Тогда почему он здесь?

– Роберт здесь потому, что я упросила одного из твоих слуг отнести ему газету со статьей. Я боялась за тебя, поскольку ты был один, и хотела, чтобы он в случае чего помог тебе. Ему прекрасно известно, что мои дневники и рисунки никого не могут изобличить. Я это сказала ему, когда мы вместе с тобой были у него, разве не помнишь?

– Тот Эль Гранде, – зло ответил Маркус, – прочитав твою статью, отправился бы в часовню молиться. Он не явился бы сюда, не имей на то особой причины.

Когда Катрин попыталась возразить, Эль Гранде остановил ее, сказав:

– Его ничем нельзя убедить, Катрин.

Она посмотрела на Маркуса долгим взглядом.

– Может быть, это заставит тебя переменить решение, – сказала она и, шагнув вперед, вложила свой пистолет в руку Эль Гранде.

Тот мгновенно приставил его к голове Катрин.

– Не двигайся! А теперь, Ротем, положите ваше оружие на стол.

Маркус выругался, но делать нечего, пришлось повиноваться. Эль Гранде подошел к нему, целясь прямо в сердце.

– Значит, вы заодно, – сказал Маркус и осекся, такая боль пронзила его. – Мое первое впечатление о вас обоих было верным.

– Нет, Ротем, – мягко проговорил Эль Гранде. – Катрин и я никогда не были вашими врагами. Мне жаль, что Катрин выбрала такой способ доказать мою невиновность и устроила целый спектакль. Но больше вы не будете сомневаться в этом.

Он взял пистолет Катрин за ствол и протянул Маркусу.

– Возьмите, – сказал он. – И тот, что на столе, тоже.

Маркус медленно взял оба пистолета. Эль Гранде отступил назад, поднял руки.

– Если считаете, что я виновен, застрелите меня. Ну, стреляйте же!

Маркус уронил пистолеты на стол и бросил на Катрин такой взгляд, что она похолодела.

– Очень умно, – проговорил он. – И очень смело. Но что, если вы мне оба лгали?

Хотя Катрин и Эль Гранде прибыли в разное время и разными дорогами, лошадей они оставили в платной конюшне в Хэмпстеде. Уже начинало светать, и поэтому они, больше не скрываясь, направились по тропинке в Хэмпстед.

Увидев лошадь Эль Гранде, Катрин покачала головой.

– Где только ты раздобыл такого одра?

Он лишь улыбнулся:

– Братия не может позволить себе иметь чистокровных скакунов. Но Эскалибур, а так, ты знаешь, звался меч короля Артура, – не одр. Внешность может быть обманчивой. Он меня вполне устраивает.

Эль Гранде подтянул подпругу и, видя, что она не идет к своей лошади, вопросительно взглянул на нее.

– Разве ты не едешь со мной?

– Нет.

– Думаю, тебе стоит уехать. Ротему нужно дать время остыть. Если вернешься сейчас к нему, вы наговорите друг другу такого, о чем потом будете жалеть.

– Я не могу оставить его, Роберт, вот так, не помирившись. Я должна убедить его; постараюсь, чтобы он все понял. Сделаешь для меня одну вещь? Сможешь заехать в Челси и сказать Эми, что здесь все в порядке? Дом найти легко, он стоит в самом конце дороги, что ведет к приходской церкви. Но будь осторожен, слуги вооружены.

– Почему они вооружены, – спросил Роберт, – и почему Эми находится там?

Катрин рассказала о покушении на сестру и Маркуса. Эль Гранде ничего не сказал, но вид у него стал мрачный.

– Я подожду здесь на тот случай, если вдруг понадоблюсь тебе. Если через полчаса не вернешься, уеду один.

Обратно до дому было пять минут ходьбы. Катрин не сразу поднялась на крыльцо, а постояла, глядя на еще темную пустошь. Ее еще жгли слова Маркуса: «Значит, вы заодно». Видно, какие-то сомнения у него все же оставались, а теперь он всегда будет думать о ней плохо.

Она не знала, как долго простояла, глядя во мрак, такой же непроглядный, как и тот, что окутал ее душу, но в конце концов решилась и вошла в дом.