Сладкое возмездие - Мэри Линн Бакстер

Стук в дверь вывел ее из задумчивости.

– Войдите.

– Здравствуйте, ваша честь, – сказал Джим Дарси, входя в кабинет с портфелем в руке.

Перед вынесением приговора ей предстояло внимательно изучить доклад о личности и обстоятельствах жизни подсудимых, но перед этим она хотела побеседовать с дознавателем в неофициальной обстановке.

Джим отличался высоким ростом и невероятной худобой. Из-за лысины на макушке и старомодных очков он казался гораздо старше своих тридцати с небольшим лет. Однако за непритязательной внешностью скрывался исключительно честный и опытный сотрудник, к рекомендациям которого Кейт неизменно прислушивалась.

– Много работы? – сочувственно спросил он, опускаясь на стул.

– Разве ее бывает не много? – коротко улыбнулась Кейт.

– Нет, наверное, не бывает.

– Вы уже составили свой доклад? – спросила Кейт, торопясь перейти к делу.

Джим достал из портфеля текст доклада и вручил его Кейт, но она, не глядя, отложила его в сторону.

– Хотелось бы услышать ваше мнение.

Джим с минуту пожевал губами.

– Я беседовал со множеством людей, которые знают этих ребят, и слышал о них только хорошее.

– А приводы в полицию у них были?

– Нет, никогда, – ответил Джим. – Все чисто.

– А что вы можете сказать про обстановку в семьях?

– Насколько я могу судить, здесь все нормально. У обоих есть и отец, и мать, оба живут с родителями, конфликтов не бывает. И один, и другой выросли в семьях среднего достатка – словом, жили как люди.

Кейт разволновалась и встала из-за стола.

– Почему же они пошли на правонарушение? Перед ними открывалось столько путей. Почему они выбрали этот?

– Вот и я о том же. При задержании они были настроены весьма воинственно. Это уж потом, когда до них дошло, что дело нешуточное, они капитулировали.

– Чем они сами объясняют свои действия?

– Один просто решил испытать судьбу. Он, похоже, искренне раскаивается. Второй говорит, что ему нужны были деньги, чтобы дать подруге на аборт.

– О Боже мой, – тихо произнесла Кейт. – От родителей наверняка скрыл.

– Так оно и есть.

– И что бы вы порекомендовали?

Джим постукивал авторучкой по колену и смотрел прямо в глаза Кейт.

– Вам не понравится то, что я скажу.

Кейт тяжело вздохнула:

– Но все-таки?

– Условное наказание с обязательным привлечением к общественно полезному труду. Если отправить их за решетку, они лишатся не только стипендии. Они лишатся будущего.

– Согласна. Но, будь они хоть трижды хорошие, они нарушили закон.

– Я же говорил, что вам не понравится мое предложение.

Кейт сжала зубы.

– Если я их отпущу, это будет дискредитацией правосудия. Вы прекрасно знаете, что наша снисходительность к торговцам наркотиками стала уже притчей во языцех. Когда я принимала судейскую мантию, я поклялась положить этому конец – и не намерена отступать.

– Ваша позиция достойна уважения. – Джим щелкнул замком портфеля. – В докладе есть дополнительные сведения. – Он встал. – На какой день намечено вынесение приговора?

– Пока не знаю. Сейчас у меня идет процесс по делу об убийстве. Надеюсь, это дело о наркотиках удастся вставить в повестку какого-нибудь из ближайших дней, между дневным и вечерним заседаниями.

– Тогда у нас еще будет возможность продолжить разговор.

Кейт поблагодарила Джима. Он кивнул и вышел из кабинета.

Она открыла папку и начала читать с первой страницы. Трудно сказать, сколько времени она сидела, склонившись над этим докладом, когда в приемной послышались громкие крики.

Кейт нахмурилась и хотела посмотреть, что там происходит, однако дверь распахнулась, и на пороге появилась встрепанная, но не утратившая решимости Лесли. Закрыв за собой дверь, секретарша бессильно прислонилась к ней спиной.

– Что там за шум?

– Пришла какая-то женщина, – сообщила Лесли. – Требует, чтобы я пропустила ее к вам, и грозится, что не уйдет, пока не добьется своего. Помните того нахального газетчика, Престона? Это его копия в юбке.

– Не волнуйтесь, Лесли. Кто она такая?

– Говорит, что ее зовут Аннетта Дженнингс, – ответила Лесли.

«Неужели Аннетта Дженнингс явилась в здание суда? Что ей здесь надо? Впрочем…»

– Давайте я вызову судебного пристава, чтобы он ее выставил, – предложила Лесли.

Кейт покачала головой:

– Не стоит беспокоить Бена, пусть поест по-человечески. Если он мне понадобится, я сообщу.

– Неужели вы ее примете? У нее такой вид, будто она частенько заглядывает в рюмку, хотя спиртным вроде не пахнет. Но глаза какие-то остекленелые и сильная одышка.

– Пригласите ее, – коротко распорядилась Кейт.

– Не пожалеть бы потом. Такая стерва, – пробормотала Лесли себе под нос и открыла дверь.

– Наконец-то! – В кабинет ворвалась, как ураган, Аннетта Дженнингс.

Лесли бросила на нее уничтожающий взгляд и вышла, закрыв за собой дверь.

Некоторое время в кабинете царило молчание. Женщины приглядывались друг к другу.

– Что вас сюда привело, миссис Дженнингс? – спросила наконец Кейт.

Аннетта скривила гуоы, отчего ее лицо, как показалось Кейт, стало еще более злобным. И жалким. Присмотревшись к Аннетте поближе, Кейт поняла, что Лесли была права: жена Томаса явно прикладывалась к бутылке.

– Меня сюда привело то, что вы, мисс Колсон, не оставляете в покое моего супруга. Вы вторгаетесь в нашу жизнь.

Кейт держалась совершенно хладнокровно.

– Нас с Томасом связывают незавершенные дела.

Аннетта язвительно засмеялась, обнажив прокуренные зубы.

– Полно, ваша честь. С моим мужем ни хрена вас не связывает!

Во взгляде Кейт появилась жесткость.

– Вы все сказали? Тогда не смею задерживать. – Кейт отвернулась и пошла назад к столу.

– Нет, вы так просто не отделаетесь! – взвизгнула Аннетта, с силой схватила Кейт за локоть и развернула ее к себе. – Я еще не все сказала, ясно вам?

– Уберите руки, – ледяным тоном сказала Кейт.

Аннетта отпустила ее, но не двинулась с места. Уголки рта поползли кверху.

– Ты что думаешь, если ты с ним переспала и родила какого-то ублюдка, так тебе…

– Молчать! – отрезала Кейт, повышая голос. – И не сметь больше разговаривать со мной в таком тоне!