Целители. Вслед за мечтой - Наталья Машкова

— Скажи, что можешь. В чей дом, для начала, ты собираешься что-то вносить?

Карвин недолго мучился проблемой выбора. Сам пришёл… И сказал уже немало… Вздохнул:

— Не знаю, слышал ли ты. Ельмин. Целитель, магистр магии…

— Извращенец и ублюдок! — тут же добавил парень.

— Знаешь? — удивился Карвин.

Парень тонко усмехнулся:

— Мы всех знаем. Особенно подобных уродов… Ну, так зачем его вытуривать из академии?

— Чтобы не умер, — вынужден был признаться Карвин. Такому, как этот паренёк, не солжёшь. Крайне сильный и опасный маг. Теперь, когда тот немного приоткрылся и расслабился с ним, он хорошо "слышал" его силы. И злость на всех и вся.

Вот и сейчас он равнодушно оскалился:

— Пусть сдохнет этот Ельмин. Зачем жалеть такого?

Дальше они ступали на совсем уж тонкий лёд. И Карвин ответил предельно расплывчато, как он считал:

— Нельзя. Так нельзя… Это будет грозить смертью моему другу…

— Девке твоей? — бесцеремонно уточнил молодой вор.

Карвин мотнул головой:

— Другу. Но моей девушке тоже… И мне.

Парень наклонился к Карвину ближе. Остро блеснул глазами:

— Что же она такого наворотила, эта ваша "друг", что твоя подружка будет защищать её, а ты подружку?

Карвин твёрдо ответил:

— Этого я не скажу.

Парень откинулся назад и беззаботно рассмеялся. Окружающие явственно вздрогнули. Студент-целитель решил, что его шансы стать трупом, который дружно будут утилизировать работники трактира, стремительно растут и приближаются к статусу "вот-вот".

Парень без имени и лица, нагнулся у Карвину и угрожающе прошептал:

— Разве такая малость стоит того, чтобы из-за неё сдохнуть?.. Ты же понимаешь, что, такой как я, всегда получает ответы и не терпит неуважения?

Наш с вами друг молчал. Размышлял о своих перспективах… Зря он, конечно, пошёл к этим типам, но чего уж… Не поправишь… Придётся отвечать. У него тоже принципы. Своих и слабых он не предаёт.

Вот так вот и бывает… Ты держишь лицо и прячешь страх, гордо готовишься пожертвовать собой, а тайны твои, оказывается, яйца выеденного не стоят! Губы преступника глумливо искривились:

— Смешные эти ваши "тайны"! И ничтожные! Вы, судя по тому, что ты выболтал, ведьму прикрываете. Девчонка прокляла этого урода и теперь мучается виной. Ну, не идиотка ли? А вы боитесь что она вскроется, и пытаетесь этого не допустить?

Более прямо и конкретно описать то, что происходит невозможно было бы. Только он не покажет это… Карвин старательно держал лицо. Он не выдаст своих, даже если скоро поплывёт бездыханным телом по какой-нибудь сточной канаве Дорма.

Парень без лица снова рассмеялся. Не зло:

— Верен своим, дурачок?..

И тут же продолжил негромко:

— Ладно! Сделаю сам! Это, думаю, будет забавно…

Карвин не спешил выдыхать. Спросил настороженно:

— А оплата?

Кривая ухмылка была ему ответом. И провокационный вопрос:

— Оплата услугой тебя устроит?

В который уже раз за этот вечер, готовясь поплыть по канаве, Карвин вынужден был ответить:

— Закон нарушать не буду.

Парень посмотрел вдруг на него снисходительно, как на юного, не знающего жизнь дурня. Скривился:

— А как насчёт того, чтобы помочь больным и страждущим?

Глава 35

Гейб, как попросил называть его криминальный талант, появился на территории академии совершенно обыкновенно.

Карвин и Нас ожидали, что он полезет через стену или воспользуется какими-нибудь удивительными артефактами, чтобы прорваться через защиту и заклинания, опутывавшие старинные стены, окружавшие замок академии и более поздние постройки… А он просто вошёл в ворота… И защита его пропустила.

Была ли на нём иллюзия, непонятно. Присматриваться к этому магу и уточнять они не стали. Жизнь и здоровье дороже.

Ленис, когда узнал, что вытворил друг, долго и витиевато матерился. Тем же вечером, вернее ночью, когда Карвин явился в их комнату едва живой, после пережитого. Он так искусно складывал неприличные слова в несколько этажей, что Карвин диву давался: где успел выучиться домашний, хороший мальчик? А после назвал его "отмороженным на всю голову идиотом без мозгов, понятия о жизни и инстинкте самосохранения".

Когда пришёл в себя немного, расспросил о встрече. И, выслушав всё, а Карвин рассказал подробно и честно, заладил снова о "тупом, безмозглом друге, который непонятно как дотянул до половины второго курса академии, что само по себе удивительно, ведь мозг в его черепной коробке, судя по всему, настолько мал, что напоминает высохший орех".

Бедный Нис! Карвин понимал и не обижался. Наоборот. Встал и приобнял приятеля, который лихорадочно метался по комнате. Тот пытался вырваться, недолго, правда. А потом привалился к его плечу головой и выдохнул:

— Дурак! Им же ничего не стоит пристукнуть даже такого, как ты! А каково будет нам всем без тебя? Айсе? Мне?

Он, конечно, давно раскусил нежности, которые витали в воздухе вокруг друга и белокурой подружки Нел. Одобрял и радовался за обоих. Не завидовал. Хороший он парень, Ленис. Вроде бы болтун и бабник, а уже сейчас один из талантливейших студентов. Верный друг.

Тренируется, как ненормальный. Раздался весь, подрос даже. До Карвина, конечно, не дотянул, но и не нужно ему быть таким "шкафом". Он выглядел тем, кем, по сути, и был рождён: сыном какого-то древнего рода. Высоким, статным, атлетически сложенным, но не тяжеловесным. Очень красивым. Умным и утончённым. Дурни они, эти его родственники! Им же хуже, дуракам, что не признали его!

Им можно было гордиться. Не только умом и дарованиями, но и благородством. Он даже к Дастону, который лупил его первых пол года учёбы никогда не испытывал злобы. Когда Карвин порывался отомстить высокородному, он останавливал его и грустно объяснял другу:

— Подумай сам!.. Он всегда получал всё, что пожелает, и так компенсировал то, как несчастлив. А тут Нел, на которой не просто где сядешь, там и слезешь, а где попытаешься сесть, там и ляжешь. Навечно!..с

Хоть он и смеялся и с девушками хороводился, а по Нел