Целители. Вслед за мечтой - Наталья Машкова

Удивительно, но, в придачу ко всему, Нис умудрился подружился с Дастоном. Тот теперь официально тренировал его, ни от кого не таясь. Это вызвало у всех, без исключения, высокородных натуральный шок. А Даст привычно холодно поиздевался над ними, своими так называемыми друзьями:

— Разве он, этот лекаришка, не заплатил кровью за то, чтобы я принял его, как равного? Вот кто из вас сумел бы проявить такую удивительную стойкость?

Никто не смог бы. А попробуй приписать себе подобное геройство, так Даст, не сомневайтесь, найдёт возможность устроить проверку твоей "стойкости" по полной программе и в полевых условиях.

Ребята понимали это, молчали и приняли красавца-лекаря в круг высокородных. Стоит признать, что смотрелся он там не просто органично, а так, будто там ему и место. Несмотря на крайне скромную одёжку. Даст попытался как-то приодеть приятеля. Нис высмеял его при всех:

— Я тебе что, барышня, чтобы меня одевать?

Высокородные обиделись. Некоторым из них Астиг помогал "держать марку". А Даст тем же вечером на дальнем полигоне избил Ниса в кровь, как раньше. Лекарь только смеялся в ответ на ожесточённые выпады приятеля и его грозно сведённые брови:

— Девушку себе заведи! Не будешь таким обидчивым!

А уже потом, когда Даст подлечил его и они плечом к плечу сидели на настиле одного из "аттракционов" полосы препятствий, отдыхали и дышали свежим воздухом осеннего вечера, Нис непочтительно толкнул его плечом:

— Я не просто так брякнул, Даст. Заведи себе кого-нибудь, наконец. Ты как пружина взвинченный. И парни болтают, что ты совсем того…

Дастон не вспылил. Скосился на него. И вдруг ответил:

— Я бываю в домах…

Ленис фыркнул:

— Так я о том же! Парни говорят, что бываешь раз в три месяца. Или в пол года. Этого мало!

Дастон пожал плечами:

— Не хочу.

Ленис взял и брякнул:

— Это ненормально!

Ожидал взрыва или очередного издевательства, а Астиг снова расслабленно пожал плечами:

— Когда-нибудь ты поймёшь…

— Пойму что? — распетушился вдруг Нис.

Они одногодки вообще-то! Отстал он на два курса только потому, что три года подавался на стипендию, чтобы не зависеть ни от кого и никому не быть обязанным. А Даст смотрит на него, как на ребёнка. И отвечает так же! Вроде бы и по-доброму, но снисходительно:

— Поймёшь, что женщины и люди вообще не взаимозаменяемы… Возьми Карвина твоего. Ты поменял бы его на такого, как я?

Дастон негромко смеялся, а Нис думал. Удивился сам и удивил Даста. Тем более, что тот уверен был, что Ленис не врёт и не пытается к нему подольститься:

— Ты знаешь, это удивительно! Но ты, высокородный, стал мне очень близок. Как Карвин, только иначе. И не криви свою прекрасную морду. Вы разные. Но ты мой друг в той же мере, как он. Ты больной, конечно, не выдержанный и не умеешь дружить, но в своём духе, ты заботишься обо мне.

Дастон расхохотался совсем уж издевательски. А Нис негромко продолжил:

— Ты заботишься обо мне по-настоящему. Не так, как кто-то добренький, кто жалеет, но не понимает тебя и твоих настоящих нужд… Благодаря тебе, никто никогда не сможет ударить меня. Отвечу. Ты не только учишь меня сражаться, но и видеть каждого из твоих приятелей. И жизнь. Отвечать оружием, поступками и словами… Это бесценно. Особенно для такого, как я… Кто из моих будущих работодателей не пожелает поглумиться над явным бастардом? Особенно те из них, кому повезло и их признали?..

Он снова толкнул Даста плечом, предлагая разделить отличную шутку. Астиг не смеялся. Мрачно ответил:

— Я тоже издевался над тобой…

— Брось! Как ты ещё мог относиться ко мне и любому другому, если тебя воспитывали так, как воспитывали? Ты нормальных людей, наверное, увидел только в академии! А прислугу тебя учили презирать. И сближаться не позволяли. Так?

— Так, — тихо ответил высокородный.

И дрогнувшим голосом продолжил:

— Не оправдывай меня. Всё можно понять… Но, то, как я сломал Ильгу Вардис… Я, наверняка, садист, как мой папаша…

Нис толкнул друга теперь локтём:

— Ну, нет! Был бы садистом, не терпел бы Нел с её фокусами! Или меня! Нормальный ты. Просто избалованный, одинокий, а потому озлобленный, сукин сын!

Сомнительный комплимент! Но Даст не обиделся. Вместо этого спросил:

— Ты ведь влюблён в неё?

Теперь Нис пожал плечами:

— И что? Влюблён… Потому и говорю тебе, чтобы ты не рассчитывал на что-то и отвлекался. Нам не светит ничего…

— Почему?

Ленис думал некоторое время, как сформулировать ловчее:

— Нел не стала бы играть в игры. Ей нравился Виллис, она не прятала это. Пока он не срезался… Ко мне она относится, как к брату, будто я бесполый. Даже обидно!.. А к тебе… Не знаю… Мне кажется, её ужаснула та история с Ильгой… Она ведь живёт с ней в комнате, близко дружит. Она знает, как никто, чего стоило ей всё это…

Задумался и грустно закончил:

— Женщинам вообще это тяжело даётся. Все эти игры. Мы, мужчины, не понимаем… Я посмотрел и теперь, поверь, тоже десять раз думаю, прежде чем к кому-то лезу. Может, и совсем не полез бы, только темперамент не даёт. Может тренироваться больше?..

Нис встрепенулся и попросил:

— Возьми меня на свою тренировку! Не только мечом махать, как сейчас, а вообще!.. Погоняй меня, как следует, чтобы на дурь меньше сил оставалось!

Ленис смотрел на Даста, как на доброго волшебника, который может подарить ему нечто чудесное. Наивно. Открыто. И Даст снова не стал издеваться. Молча кивнул. И спросил с подозрением:

— Это где ты насмотрелся на незавидную участь женщин?

Ленис извиняющимся тоном ответил:

— Прости. Не могу сказать.

Дастон только усмехнулся.