Жестокие игры - Диксон Уиллоу

— Ничего полезного, — говорит Джекс.

— И похоже, что вся эта история с дозировкой Феликсу действительно была результатом его навязчивых мыслей, — добавляет Джейс. — У него был микс в кармане на потом, он увидел Феликса и решил воспользоваться моментом, как это делают все, кто является гигантским мужчиной-младенцем с IQ ниже, чем у моего утреннего кала.

Я хихикаю в свой термос.

Джейс быстро улыбается мне.

— Ты рассказал ему о наших записях? — спрашивает Киллиан.

Они оба качают головой.

— Записи? — спрашиваю я, глядя на них.

— Об их сексуальных оргиях в библиотеке, — объясняет Джекс. — Они были достаточно умны, чтобы использовать слепое пятно камер видеонаблюдения, но слишком глупы, чтобы понять, что их снимают из соседнего прохода.

— Выпей это, — Джейс указывает на бутылку, когда я закручиваю крышку термоса. — Это поможет тебе позже прийти в себя.

Послушно я беру бутылку и открываю ее, чтобы сделать глоток. На вкус это похоже на последнее средство от похмелья, которое мне дали, но есть сладковатый привкус, который дает возможность легче его пить.

— Так все это было просто попыткой Уильяма стать большим героем и переспать с кем-нибудь. — Киллиан снимает обертку с одного из маффинов и бросает ее на кофейный столик.

Близнецы кивают.

— Мы позволим моему отцу разобраться с этим. — Он разрывает маффин пополам и без слов протягивает мне верхнюю половину. — Есть что-нибудь новое на другом фронте?

Я смотрю то на него, то на половинку маффина в своих руках, пока Киллиан откусывает кусочек своего. Это один из банановых маффинов из столовой. Я еще не пробовал их, и откусываю маленький кусочек.

Я ожидал, что он будет слишком сладким и по текстуре похожим на пирожное, но он оказался плотным и пикантным, с ноткой корицы. Приятно удивленный, я откусываю кусочек побольше и только тогда замечаю, как я проголодался.

— Пока ничего. — Джейс несколько раз открывает и закрывает свой нож, его движения резкие, но умелые. — Я близок к тому, чтобы поймать этого парня. Я чувствую это. Но пока ничего.

— Сколько времени осталось до отправления? — спрашивает Киллиан.

Джейс достает телефон из кармана и проверяет экран.

— Еще час.

— Могу я вас кое о чем спросить? — говорю я близнецам.

— Конечно, — отвечает Джейс одновременно с кивком Джекса.

— Почему вы сегодня утром такие бодрые? У вас что, не бывает похмелья?

— Бывает, — отвечает Джейс.

— Особенно у него. — Джекс показывает большим пальцем на своего брата.

— Но сегодня у вас нет похмелья?

— Нет, — улыбается Джейс. — Потому что мы остались трезвыми.

— Правда? — Я смотрю на них.

Джекс кивает.

— Да. Мы всегда остаемся трезвыми, когда находимся в группе или в толпе.

— Вечеринки — это весело, но мы не напиваемся в компании людей, которых не знаем или которым не доверяем, — добавляет Джейс.

— Что? — Я снова смотрю на них. — Я видел, как вы напивались раньше.

— Где ты это видел? — спрашивает Джейс с понимающим видом.

— В доме…

— Именно. Мы были в знакомом месте с людьми, которым доверяем, — говорит Джекс.

— Но я же был там, — я бросаю Киллиану недоуменный взгляд.

Он смеется и поглаживает мое бедро.

— Да ладно, котенок. Ты умный. Ты сам догадаешься.

— Вы мне доверяете? — спрашиваю я близнецов, наполовину уверенный, что они будут смеяться и скажут, что, конечно, не доверяют мне. Я просто оказался там, и они не учитывали меня в своих планах.

— Дзинь-дзинь-дзинь, — Джейс делает вид, что звонит в колокольчик.

Я собираюсь спросить, как это возможно, ведь тогда я им даже не нравился, когда в дверь резко стучат.

— Киллиан? — кричит женский голос из прихожей.

Глаза Киллиана темнеют от гнева. Не нужно три раза гадать, чтобы понять, кто это.

— Киллиан, — снова кричит Натали. — Открой дверь. Мне нужно с тобой поговорить.

Киллиан начинает вставать, но я останавливаю его, положив руку ему на плечо.

— Давай я открою.

Его хмурый взгляд сменяется улыбкой, и он снова усаживается на диван.

— О, черт, да. — Джейс выхватывает телефон из рук Джекса и несколько раз нажимает на экран. — Вот, положи это в карман. — Он протягивает его мне. Экран светится, и я вижу, что он включил диктофон.

— Я знаю, что ты там, — кричит Натали и снова стучит в дверь.

— Секундочку, — кричит Киллиан в ответ, пока я беру телефон и сую его в карман.

Все трое улыбаются, когда я подхожу к двери и открываю ее.

— Чем могу помочь? — спрашиваю я самым чопорным и вежливым голосом.

Натали кривит лицо от злости.

— Какого черта ты здесь делаешь?

— Это моя комната, — указываю я и выхожу с ней в коридор, закрывая за собой дверь почти до конца. Надеюсь, этого достаточно, чтобы парни нас подслушали. — А где еще я могу быть?

Она кладет руки на бедра и сердито смотрит на меня.

— Где Киллиан?

— В постели, — лгу я. — Чего ты хочешь?

— Я хочу поговорить со своим парнем, — говорит она горячо.

— Бывшим парнем, — поправляю я. — И он не хочет с тобой разговаривать.

Ее глаза сужаются в гневном взгляде.

— Уйди с дороги.

— Нет. — Я скрещиваю руки.

Она пытается схватить дверную ручку, но я встаю перед ней, и все, что ей удается, — это ударить меня в живот. Она отдергивает руку и прижимает ее к груди, как раненая птица.

— Ты уже закончила с истерикой? — спрашиваю я, сохраняя ровный тон и бесстрастное выражение лица. — Потому что, если ты еще не поняла, он с тобой покончил. Так что все эти мольбы и отрицания просто постыдны.

— Я знаю, что это был ты, — шипит она, все еще держась за руку. — Я знаю, что ты причина, по которой он со мной расстался.

— А я-то думал, что это потому, что ты ему изменяла, — я добавляю нотку юмора в свой тон, чтобы разозлить ее.

Ее лицо искажается презрительной улыбкой.

— Как ты трахался со своим сводным братом, пока он встречался со мной?

— Ты так думаешь? — спрашиваю я с легкой иронией в голосе, которая, как я знаю, сводит ее с ума.

— Ты это отрицаешь?

— Да.

Ее глаза расширяются от удивления. Очевидно, она не ожидала такого ответа.

И технически это не ложь. Киллиан и я не трахались, пока они не расстались, и, между нами, ничего не началось, пока он не узнал о ней и Уильяме.

— Но я знаю, что это был ты, — бормочет она. — Я видела тебя.

— Что ты видела?

— Ты на коленях перед ним, — выпаливает она.