Гейм-чейнджер - Рейчел Рид

      — А... 

      Разговор получался таким натянутым. Кип это ненавидел. 

      — Это всё? — спросил Скотт. 

      — Что всё? 

      — Елена уезжает. Это единственная причина, почему день был дерьмовый? 

      Теперь Кип начал злиться. 

      — Это довольно веская причина. 

      — Знаю... Просто... Мне пора. Мы едем в аэропорт. 

      — Конечно. Ага. Прости. 

      — Не… — Скотт вздохнул. — Поговорим позже, ладно? 

      — Ага.

      Кип завершил вызов и понуро вышел из комнаты отдыха на работе. Сразу же полез проверять холодильники — что требовалось пополнить. Общаться с клиентами сейчас не хотелось. 

      Что, блядь, его так бесило? То, что в его паршивой жизни наступили какие-то перемены? То, что люди вокруг него профессионально растут? Нет, он не хотел, чтобы всё оставалось, как есть, вечно. Он ведь сам до недавнего времени втайне мечтал о работе в музее. И даже сейчас ждал ответа от магистратур. Он не мог злиться на друзей за то, что они двигались вперёд. 

      Он и не злился. Просто был раздражён и жалел себя. И мысленно готовился к отказам от университетов в то самое время, как друзья объявляли о новых, лучших местах работы. 

      Возможно, необходимость скрывать отношения со Скоттом заставляла его жаждать новостей, о которых можно говорить открыто. 

      Может, если бы ему не приходилось молчать об отношениях со Скоттом... 

      Блядь. С таким раскладом никаких отношений со Скоттом, о которых надо молчать, скоро и не будет.

***

      Когда Скотт вернулся в свою квартиру на Манхэттене, Кипа там не застал. 

      Скотт знал, что тот уже закончил смену. Может, где-то тусовался? Или вообще уехал домой? Они не разговаривали после того напряжённого утреннего звонка. 

      Скотт решил написать: «Хей. Только что вернулся домой. Ты сегодня здесь ночуешь?» 

      Ответ пришёл через пару минут. 

      Кип: «Нет. Сегодня дома. Семейные дела.» 

      Кип ничего не говорил о семейных делах. Скотту показалось, что его просто отшивали. 

      Скотт: «О. Сочувствую.» 

      Он ждал. 

      Кип: «Поздравляю со вчерашней победой.» 

      Скотт немного расслабился. Ну, хоть что-то. 

      Если только Кип не сарказничал... 

      Но это же глупо, правда? 

      Скотт: «Спасибо.» 

      Он попытался придумать, что еще написать, чтобы не показалось навязчиво, раздраженно, отчаянно или параноидально... 

      Скотт: «Надеюсь скоро тебя увидеть.» 

      Фу, блин. 

      Кип: «Ок.» 

      Ох. Это нехорошо.

      Скотт: «Ты сейчас дома?» 

      Кип: «Да.» 

      Скотт пожевал большой палец, пытаясь решить, что еще написать.

      Скотт: «Придёшь на завтрашнюю игру?» 

      Кип: «Если хочешь.» 

      Скотт: «Конечно хочу! Ты на меня злишься?» 

      Повисла долгая пауза, а потом: 

      Кип: «Нет. Увидимся на игре.» 

      Скотт нахмурился. Он понятия не имел, что с этим делать. Он привык сосредотачиваться на команде, игре, своём здоровье, контрактах и делах. Собственное счастье он никогда не ставил во главу угла. А мысль, что на чьё-то счастье мог влиять он сам, мягко говоря... пугала. Настоящий рецепт катастрофы. 

      Он не знал, что происходит и как это исправить. Зато точно знал, что отвлекаться ему сейчас совсем не следовало. 

* * *

      Кип не солгал насчёт семейных дел. Его сестра с бойфрендом пришли на ужин, так что он тоже там присутствовал.

      Ужин прошёл нормально, много болтали о щенке, которого Меган и Эндрю хотели взять. Кип боялся, что разговор пойдёт о нём, и придётся ещё больше врать семье. Поэтому он задавал кучу вопросов про щенка — куда больше, чем в обычной ситуации. 

      После ужина Меган загнала его в угол. Эндрю пошёл на кухню помогать с уборкой, а она схватила Кипа за руку и потащила наверх. 

      — Так. Что с тобой творится, Кип? Мама говорит, ты почти не бываешь дома. Ты с кем-то встречаешься, что ли? 

      Блядь. 

      — Неа, — как можно спокойнее ответил он. — Просто, знаешь, ночую по друзьям. Это экономит время на дорогу до работы по утрам. 

      — Хм, — промычала она. 

      — Что? 

      — Ты счастлив, Кип? 

      Он пожал плечами.

      — Ага. Ну, не знаю. 

      — Я за тебя волнуюсь.

      Кип поморщился.

      — С чего? Мы почти не общаемся. Я в порядке. 

      — Ты всё ещё мой младший брат. Не может быть, чтобы ты был счастлив, живя тут с мамой и папой, ночуя по чужим диванам, тусуясь с какими-то парнями и работая на работе, которую ненавидишь. 

      — Господи, Мег. Ещё что?

      — Прости. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, вот и всё. 

      — Я в порядке, — повторил Кип. И добавил со вздохом: — Я подал заявки в несколько магистратур, ясно? Жду ответа. Не говори маме с папой. 

      — Круто! Это здорово! 

      — Отлично. Отстань от меня. 

      Кип очень любил Меган. Они всегда ладили, хоть в последние годы и отдалились. Ему хотелось рассказать, что на самом деле жил в квартире своего парня. Хотелось сказать, что впервые влюблён. Он представлял её лицо, узнай она, что он встречался с самим Скоттом Хантером. 

      Но сейчас он не чувствовал, что встречался со Скоттом Хантером. Последнее время между ними росли напряжённость и дистанция, и Кип не сомневался, что знал причину. 

      В десять вечера он лёг в кровать. Вставать предстояло рано — снова ехать на работу из Бруклина. Внутри всё сжималось от тягостного предчувствия. Он был так уверен, что их отношения со