Сестры-соперницы - Виктория Холт

Я вспомнила, с каким странным выражением Ричард Толуорти говорил со мной об этом замке, и решила, что нужно будет поподробнее разузнать всю связанную с ним историю, а узнав о ней, я узнала бы и о самом Толуорти.

Первые дни были полны новыми впечатлениями. Я выезжала верхом с сестрой, и она показала мне ферму Лонгриджей.

По ее словам, Ричард съездил к ним и выразил благодарность за все, что они сделали для нее, хотя отношения остались напряженными. Она рассказала и о том, как Ричард вызывал Лонгриджа на дуэль.

— Дуэль! — воскликнула я удивленно. Этот факт бросал новый свет на его характер. — Я не думала, что он способен на столь безрассудные поступки. — И что за дуэль? Из-за женщины?

Анжелет рассмеялась.

— Конечно, нет. Люк Лонгридж непочтительно отозвался о нашем короле.

— Так, значит, твой муж ярый роялист? Она задумалась.

— Пожалуй, он просто солдат, чей долг — быть верным королю.

«Ну да, — подумала я. — Это человек, который всегда ведет себя так, как положено. Возможно, он вовсе не в восторге от короля, но он служит ему и поэтому будет защищать его в любом случае, а если придется, то и ценой своей собственной жизни».

Генерал был из тех людей, которые всегда строго придерживаются принципов.

Итак, я гуляла, каталась верхом и болтала с Анжелет. Время от времени я замечала, что, когда дело идет к ночи, на ее лице появляется напряженное выражение. Иногда я тихо открывала дверь ее спальни и проскальзывала внутрь. Если ее там не было, я знала: она возлежит на брачном ложе.

Однажды Ричард ненадолго уехал и не ночевал дома. Я была поражена тем, сколь явным было охватившее сестру чувство облегчения. И тем не менее, когда она говорила о муже, в ее глазах читалось такое восхищение, что любой сказал бы: она вне всяких сомнений любит его.

Я пыталась разговорить Анжелет, узнать подробности об этой стороне их взаимоотношений.

— Вскоре, — сказала я, — мы, должно быть, услышим о том, что ты опять готовишься стать матерью. Услышав это, она вздрогнула.

— В чем дело, Анжелет? Ведь ты хочешь иметь детей, разве не так?

— Конечно.

— А он… твой муж?

— Ну разумеется, он хочет иметь детей.

— Так если вы оба хотите…

Она отвернулась, но я схватила ее за руку.

— Ты счастлива, Анжелет?

— Конечно.

— Брак — это все, что тебе нужно… все… Я заставила ее взглянуть мне в лицо, потому что так она неспособна была меня обмануть. В ее глазах затаилась пустота, как всегда, когда она пыталась что-то скрыть от меня.

— В браке есть стороны, — сказала она, — о которых ты и понятия не имеешь.

— Например?

— Я не могу объяснить. Тебе придется подождать до тех пор, пока ты сама не обзаведешься мужем.

Я убедилась в том, что раньше лишь подозревала. Страсти, охватывавшие меня, были ей совершенно чужды. Возможно, при нашем рождении судьба, деля между нами определенные человеческие качества, ограбила одну, отдав все другой.

С этого момента ситуация для меня прояснилась. Я поняла, что моя сестра стоически несет свое бремя, время от времени выполняя обязанности, связанные с брачным ложем. Любопытно, какое впечатление производило на супруга такое ее отношение. Он должен был это чувствовать и вряд ли радовался этому.

Я с нетерпением ждала вечеров, которые мы проводили вместе. Я играла с Ричардом в шахматы и иногда обыгрывала его. Он был несколько удивлен, но в то же время и обрадован.

Ему нравилось расставлять на нарисованном плане местности оловянных солдатиков, показывая нам наглядно, каким образом он выиграл ту или иную битву.

Я внимательно наблюдала за его действиями, решив завоевать его внимание Я задавала вопросы, касавшиеся тактики, а однажды даже выразила сомнение в разумности какого-то передвижения войск. Его четко прорисованные брови удивленно приподнялись, словно он был поражен безрассудством профана, пытавшегося спорить с профессиональным военным.

Однажды я переставила пехоту на другую позицию. Вместо того, чтобы поправить меня, Ричард сказал:

— В таком случае, я перебросил бы свою кавалерию вот сюда.

— Пехота находится за грядой холмов, — указала я. — Ваша кавалерия не будет знать о том, что моя пехота сменила позиции.

— Это можно будет заметить.

— Нет. Они двигались ночью.

— Разведчики сообщат мне об этом.

— Мои разведчики давно знают ваших. Слишком уж часто вы использовали одних и тех же людей. Они ввели вас в заблуждение, и вы уверены, что пехота находится вот за этими холмами. А они уже давно здесь.

Наши взгляды встретились, и я увидела блеск в его глазах.

— Что вы знаете о военном деле? — спросил он.

— В бою руководствуются стратегией и тактикой. Женщины, как вы знаете, весьма искусны в этих науках.

Он развеселился и, как мне показалось, пришел в возбуждение. Мы продолжали разыгрывать игрушечную битву.

Анжелет сидела в кресле, наблюдая за нами.

Потом, когда мы остались наедине, она сказала:

— Тебе не следовало так говорить с Ричардом. Это звучало очень самонадеянно! Как будто бы ты разбираешься в военных делах не хуже, чем он.

— Это всего лишь игра в солдатики.

— Для него эти игры — реальность. Это битвы, в которых он участвовал и одержал победы.

— Тогда ему пойдет на пользу соперник-генерал, способный перехитрить его.

— Берсаба!

— Да что тут такого!

— Я не думаю, что он остался доволен. Конечно же, он остался доволен, и мы продолжали наши сражения на бумажных полях и на шахматной доске. Я уже предвкушала будущие вечера, когда я хорошенько узнаю Ричарда, а он — меня. По ночам, оставаясь наедине с собой, я продолжала думать о нем, понимая, что сильное влечение к нему, которое я ощутила при первой встрече, не исчезло. Напротив, с каждым днем оно разгоралось. Однажды Анжелет сказала мне:

— Вчера вечером Ричард говорил о тебе.

— Да? — с нетерпением откликнулась я. — И что же именно?

— Он сказал, что нам следует развлечься. Он думает, что нам пора отправляться в Лондон. По его словам, там будет гораздо интересней.

— Но ты же сказала, что он говорил обо мне.

— Он и говорил о тебе. Он сказал, что мы должны найти для тебя мужа.

Я разозлилась и сказала:

— Он хочет, чтобы я поскорее покинула ваш дом?

— О нет, Берсаба, ничего подобного. Ему нравится, что ты здесь, потому что это радует меня. Он говорит, что ты умна и красива и должна выйти замуж. Просто сейчас он хочет, чтобы мы побыли здесь ради моего здоровья. Ричард считает, что я еще недостаточно окрепла и мне пока нужно немножко пожить спокойной жизнью.