Высота в милю - Лиз Томфорд

— Да, ни фига себе.

— И ты не нравишься моему брату. — Ее тон мягкий и осторожный, и теперь я понимаю, к чему все идет.

— Но тебе я нравлюсь?

Стиви слегка отстраняется, ее сине-зеленые глаза смотрят в мои.

— Я не хочу этого.

Мне не нравятся эти слова, но, черт возьми, как же мне нравится честность. В том-то и дело, что Стиви всегда честна со мной, и я не могу просить большего.

— И почему же, милая?

— Потому что ты меня пугаешь.

Кивнув, я не отвечаю словами, но продолжаю держать руки на ее пояснице, пока мы слегка покачиваемся на танцполе.

— Меня пугает твоя репутация, — шепчет она, прислонившись лбом к моей груди.

Это словно удар под дых, но в то же время я ничуть не удивлен. Я сам навлек на себя это, когда семь лет назад создал эту сюжетную линию. В свою защиту скажу, что никогда не думал, что в моей жизни появится женщина, которую я захочу, поэтому не видел, к каким пагубным последствиям это может привести в дальнейшем.

— Прости, что я так сказала, — пищит Стиви, еще сильнее прижимаясь к моей груди.

Убирая волосы с ее лица, я прислоняюсь губами прямо к ее виску.

— Не извиняйся, Ви. Я все понимаю.

Я тяжело сглатываю, но, черт возьми. Это больнее, чем я ожидал.

— Все, о чем я прошу, это шанс, — добавляю я тихим голосом. — Чтобы доказать тебе, что я не тот человек, за которого все меня принимают. Что то, что ты видишь в медиа, неправда. Что парень, которого ты видишь сегодня вечером, тот самый, которого видела в чертовом платье на Хэллоуин, и тот, с которым разговаривала в Рождество — это я, Стиви.

Она откидывается назад, смотрит мне в глаза нежным взглядом, желая поверить мне.

— Просто… пожалуйста, сходи со мной на свидание. Я все объясню.

Девушка отводит взгляд.

— Зи…

— Стиви, — я обхватываю ее лицо, заставляя посмотреть на меня. — Ты мне нравишься. Знаю, что это не звучит как нечто, исходящее от взрослого мужчины, но, черт возьми, ты мне очень нравишься, и это чертовски пугает. Ты пугаешь меня так же сильно, как я пугаю тебя.

— Почему? — качает головой в замешательстве Стиви. — Почему я?

— Что ты имеешь в виду?

— Из всех людей, почему я? Ты можешь получить любую, какую захочешь.

Она серьезно? Да, конечно, серьезно, потому что у этой красивой женщины больше неуверенности и сомнений в себе, чем она заслуживает, хотя Стиви и пытается это скрыть. Если кто и должен чувствовать себя недостойным, так это я. Это у меня дерьмовая репутация висит над головой.

— Мне больше никто не нужен, Стиви. Нет никого другого. Разве ты не понимаешь? Ты — единственный выбор. Ты застряла в моей гребаной голове с октября. С того самого дня, когда решила поставить меня на место в том самолете.

Она наконец-то хихикает, снова прячась у моей груди, поэтому я наклоняюсь ниже, мои губы касаются ее уха, когда я продолжаю.

— Я не вижу тебя такой, какой ты себя видишь. Я думаю, что ты хорошая, и милая, и веселая, и чертовски сногсшибательная, Ви. И я просто хочу получить шанс.

Стиви молчит, поэтому я добавляю:

— Ты хочешь, чтобы тебя выбрали первой? Ну, я тоже. Так что выбери меня.

Никогда в своих самых смелых мечтах я не думал, что буду умолять кого-то уделить мне внимание, захотеть провести со мной время, но вот я делаю именно это, но нахожу, что это того стоит.

Стиви обхватывает мою шею, притягивая меня ближе, но не думаю, что могу быть ближе, чем сейчас. Наши тела прижаты друг к другу, пока мы движемся по танцполу, и наши голоса звучат достаточно тихо, чтобы слышали только мы двое.

Но эта песня почти закончилась, и я не готов ее отпустить.

— Предполагалось, что это будет просто физическая близость, — говорит Стиви. — Это должен был быть просто секс. Почему мы не можем оставить все как есть?

— Это уже в прошлом, и ты это знаешь.

Она молчит, и я говорю то, чего никогда раньше не говорил.

— Я хочу большего, чем просто секс.

Песня замедляется, затихает, и я понимаю, что момент почти упущен.

Мои руки блуждают по ее талии, а она все крепче прижимается ко мне. Моя голова склоняется к ее голове, мои губы прижимаются к ее щеке. Я хочу поцеловать ее. Хочу оторвать ее от своей груди и поцеловать так чертовски сильно, чтобы она забыла обо всем, что ее беспокоит, когда дело касается меня.

— Поцелуй меня. — Это она говорит, не я.

— Сходи со мной на свидание.

Я чувствую, как ее грудь вздымается от глубокого вдоха.

— Возьми меня с собой домой.

Я не могу поверить, что собираюсь сказать это, но вместо того, чтобы сказать «да», я умоляю:

— Сходи со мной на свидание.

— Зи, — Стиви отстраняется, и вот так песня закончилась, как и вечер.

Сразу же меня обступают люди, пожимают мне руку, желают спокойной ночи. Это, мягко говоря, ошеломляет, но все, чего я хочу, это получить другой ответ от девушки, которая, кажется, все больше отдаляется от меня по мере того, как сегодняшние гости бомбардируют мое пространство.

Мой взгляд продолжает скользить по красавице в голубом, но в конце концов мое внимание переключается на массу людей, которых я должен поблагодарить за то, что они пришли сегодня вечером.

И когда я оглядываюсь назад, туда, где она стояла, Стиви уже нет.

ГЛАВА 26

ЗАНДЕРС

— Это хрень собачья, и ты это знаешь!

— Зи, остынь, блядь! — Мэддисон хватает меня сзади за майку, не давая приблизиться к судье, который, черт возьми, похоже ослеп.

— Удар соперника клюшкой. «Чикаго». Номер одиннадцать. Две минуты.