Сердца мира - Анна Александровна Цой

– Чёрный? – спросила единственное, на что хватило логики.

Фил хмыкнул и с гаденькой улыбочкой сказал:

– Не попала.

Карина пометила что-то в телефоне и забыла о находящейся в прострации мне. Да если так дальше пойдет, то я ни на один вопрос не ответу!

– Какой любимый цвет Алисы? – вопрос Вольтеру.

Смотрю на него исподлобья, чувствуя, что мы вдвоём продули.

– Зелёный.

Откуда. Он. Узнал?! Я в была шоке. Может он все ещё в моей голове сидит? Проверила барьер и осталась в замешательстве – все работало.

Мы сделали заказ и почти сразу же его получили. Вопрос достался недовольному Шанхаю, а затем и самой Рин. У них ситуация была прямо противоположная – Вадим не дал ответ вообще, а девушка с легкостью сказала правильно.

Вопросы были иногда глупыми, вроде первого парня или девушки, какое домашнее животное было в детстве, однако все они давали понять то, что я ничего не знаю о Вольтере. Я не ответила ни на один правильно, в то время как он знал обо мне все. Радовало то, что я не одна такая была, потому как Вадим чаще всего косился на довольного Князя и молчал. Одновременно я все больше понимала, что парень ее использует, как использовал всех до неё. О влюбленности здесь и речи не было. И это удручало. Я не желала моей почти сестре судьбы быть выброшенной, когда она надоест.

Я попивала безалкогольное мохито и думала о том, как помочь выпутаться подруге из этой чертовой паутины.

А вопросы все сыпались и сыпались. Спустя полчаса они соревновались вдвоём, а мы сверлили взглядами друг друга. Парень, или скорее мужчина, был старше Рин лет на десять, имел точно такой же затуманенный взгляд, что и у подруги, и… словно отталкивающую ауру вокруг себя. Был он магом или нет, я не знала, однако Шанхай был очень опасен. И не будь рядом со мной Феликса, меня бы раздавили, даже не задумываясь. Но у меня была защита, которая спасёт меня от кого угодно. Поэтому я мысленно плела подруге, хоть и не такой же мощи, но похожую защиту. Карина же беззаботно болтала и ничего не замечала, хорошо хоть защитные барьеры невидимые даже при их создании, а то я не знаю, как пришлось бы объяснять свечение или пленку Карине.

– Курите? – спросил Шанхай, намереваясь выйти на улицу.

Я качнула головой и удивленно посмотрела на Рину, которая встала и пошла за своим парнем.

– Можешь вложить в ее голову мысли о том, что он ей не нужен? – спросила я.

Вольтер тяжело вздохнул, посмотрел на меня и неожиданно взял за руку.

– Лесси, аларин, если не он, то такой же урод будет с ней. Так в чем толк?

Я пододвинулась ближе к нему и положила голову на плечо. Наверное, он прав. Да и сколько можно лезть в чужие жизни? Люди и без меня справятся. Как теперь только себя в этом убедить?

– Он не достоин её, – прошептала я и зевнула.

Вот же только спала. Скорее всего на меня так влияет смена часовых поясов.

– Будешь много думать о других, забудешь о себе.

Тяжело быть равнодушной к той, кто был тебе сестрой шестнадцать лет.

– Спасибо. За все, – почти шепотом произнесла я.

Я привстала и прижалась губами к его губам. Грудь резко защемило от нежности и волны благодарности. Интересно, насколько жалким ребёнком я выгляжу, когда вот так делаю?

– Это из-за привязки, – сказал Вольтер, проведя теплыми подушечками пальцев по щеке.

Я открыла было рот, но тут же его захлопнула. Отсела, чувствуя, как щеки пылают и просто не могла прийти в себя. А чего я ещё от него ждала? Признания в ответ? Именно этого и стоило ожидать – непонятных определений и никакой реакции. Даже как-то странно. Чувство, будто он играет со мной, раз за разом наталкивая на какие-то мысли или действия. Будто я сама должна найти ключ и открыть этот сундук с тайнами. На этот раз ключом стало загадочное слово «привязка».

Как бы то ни было, я разгадаю этот ребус – я слишком упёртая, как всегда говорила мама.

– Мы пойдём, – сказал Шанхай, держа за руку немного расстроенную Карину, – не хотите в Зарю с нами?

Вольтер что-то сказал, но я не слышала. Мысли мои были поглощены уже совершенно не счастливой подругой, на руке которой сиял лиловый уже почти сошедший синяк. Я могла принять оправдание, что она упала или ударилась, но… это определенно был след от руки.

– Рин, тебе нужна помощь? – я смотрела в глаза подруги, где на секунду зажегся и потух свет.

Всего на мгновение, но я видела его.

– Че?! – завопил ее спутник.

Феликс встал на ноги, посрамив в росте этого «крутого» качка. Если честно, я была уверена, что мужчина будет выше любого из моих знакомых. Я в ту же секунду ухватилась за его руку и тоже поднялась. Только сейчас заметила, что неосознанно вставала позади Князя. Поняла насколько это странно выглядит, потому как я выглядывала из-за его спины. Вышла немного вбок и… почувствовала себя без защиты. Кажется, я схожу с ума.

– Отвали от неё, поняла? – вновь заорал Вадим.

Вольтер зло посмотрел на него и ледяным тоном произнес:

– Ещё слово в адрес моей невесты, и ты умрешь.

Никто из присутствующих даже не бросал тени сомнения по поводу осуществимости его угрозы. Шанхай отступил на шаг. Если бы он говорил это мне, я бы сбежала. Но Карина резко подняла опущенную до этого момента голову и выплюнула, смотря мне в глаза:

– Ты всегда меня контролировала! Не лезь в это! Я сделала свой выбор. Сделай и ты свой. И уйди с моего пути!

Вадим резко дернул ее за руку, разворачивая, и они ушли. Я же вновь опустилась на диванчик и понаблюдала, как Вольтер идёт расплачиваться к барной стойке. Да, я все-таки не послушала его и полезла туда, где мне нет места. И поплатилась за это. Теперь мы с моей когда-то лучшей подругой стали врагами. Ну вот я и разорвала последнюю нить, что связывала меня с Фобосом.

Печально. Если не считать того, что я желала ей только добра, а она сама сделала неправильный выбор.

Мне протянули руку, на которой я тут же повисла как балласт, и мы, выйдя из злополучного кафе, пошли к машине.