Мой ребенок Тигра - Евгения Мэйз

Возня с цветами успокоила ее. Для огромного букета не нашлось достойной вазы, но вполне подошло ведро. Они, кажется, заняли собой маленькое помещение ванной комнаты, принявшись источать аромат и как будто бы прохладу далеких гор, но Оля не видела их. Она ругала себя за попытку выйти и разобраться с соседом, а еще за то, что не провернула нижний замок.

— Я разогрела ужин и очень надеюсь на то, что ты голоден.

Ольга не пропустила его возвращения. Она слышала, как Тигран вошел в квартиру и закрыл за собой дверь, сбросил обувь и щелкнул ручкой двери. Последних было не так много в ее новой квартире и думать о том, что Тигр ринулся на кухню, а потом заперся на ней — Ольге не приходилось.

— В комнате горит ночник, — произнес он, проигнорировав предложение об ужине. — Макар боится темноты?

Она встала рядом с Тиграном, также, как и он, заглянув в комнату к спящему сыну.

— Нет.

Она не смотрела на Тиграна, так как знала, что ей станет страшно, потому что она обязательно увидит что-то и станет задумываться, а что у него на уме. Потому что… Где он был раньше? Почему так просто назвал сына своим спустя полтора года, а не тогда, когда был у нее «в гостях» в первый раз?

— Тогда почему?

— Посмотри кто спит у его кровати.

Вуки мало-помалу становился верным спутником ее сына, проводя с ним круглые сутки. Только по утрам он приходил к ней, хватал угол одеяла и тянул его к двери, таким образом будя Багдасарову и требуя утренней прогулки для того, чтобы сделать все свои приватные собачьи дела.

— Он уже пару раз наступил на него. За Вуки я не беспокоюсь, а вот Макар пару раз потерял равновесие.

Тигран наградил ее взглядом с боку. Он был насмешливым, что заставило Ольгу чертыхнуться про себя вот уже в который раз за эти двадцать минут.

— Совсем-совсем не переживаешь?

Оля дернула плечом, ощутив какую-то разновидность смущения. Тигран поймал ее на лжи.

— Пусть спит на кухне, а еще лучше в коридоре.

Естественно, он говорил о собаке, но Ольга на секунду потерялась. Это было странно — обсуждать свои домашние дела еще с кем-то.

— Макар просит, чтобы Вук был рядом.

— Тогда поставить корзину?

— Она в углу, — откликнулась Ольга, поворачиваясь к нему. — У тумбочки, но пес предпочитает место возле кровати.

— Надо настоять, чтобы он понимал и знал кто в доме хозяин.

Багдасарова умела любить детей. Вуки — он ведь тоже был малышом, нуждался в заботе, ласке и уходе, вдруг оторванный от титьки теплой и заботливой мамы, которая наверняка тоже скучала по нему.

— Надо.

Тигран оглянулся на нее, задержал взгляд на растянувшихся в улыбке губах, а потом притянул к себе.

— Намек понял.

— Думаешь?

Ольга смяла губы, сдерживая просящуюся улыбку. Она не умела дрессировать животных, хотя, наверное, знала, как это делается на подсознательном уровне. Но заставило ее улыбаться другое — тон Тиграна. Этот тип всегда вел себя так словно он хозяин в этом доме!

— Я не люблю брать работу на дом, — сказал он как будто невпопад, как будто бы с неудовольствием, но это было не так. — Но иногда такое случается.

В таких случаях полезно вынимать что-то из головы, перекладывая на лист бумаги. Он должен быть достаточно большим, чтобы уместить на себе всю схему, а потом добавить еще что-то.

— Это было моей ошибкой и только.

Тигран продолжал говорить, не сходя с места. Он забыл про ужин и про то, где они находятся. Вероятно, он решил расправиться со всем еще в коридоре, но может Оля была не права и просто так легла карта.

— Наташкино любопытство было сильнее моих предупреждений и просьб не лезть в это дело до тех пор, пока я не раскрою всех его фигурантов. Материнские гормоны еще не вытеснили из нее журналиста, но сделали ее чересчур восприимчивой к правде и реалиям этой жизни.

Наташка не слушала мужа и «заглядывала» ему через плечо, публикуя меткие, как это называют сейчас «троллящие» статьи. Тигран подбирался к гнезду, а вот Наташа била по нему палкой — писала тексты, зля находящихся в нем ос.

— У нее хватило мозгов не подписывать их и отсылать с левых ящиков, но это не могло продолжаться слишком долго.

— Кто-то еще всерьез воспринимает прессу?

Тигран не отвечал ей, глядя в детскую.

— Мне казалось, что их время прошло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мир сегодня, вчера, неделю и год назад оказался переполнен самой разнообразной информацией. На данный момент реальность была такова — ложь и правда шли рядом и иной раз нельзя было понять, что есть что на самом деле.

— Эффект от статей уже не такой, как раньше, но они еще способны на кое-что.

Среди журналистов тоже имелись мастера своего дела, умело владеющие не только пером, но и остальными инструментами писательской братии. Статьи Наташи стали появляться в газетах и новостных блогах крупных издательств, потихоньку подмачивая репутацию фигурантов дела.