Мой ребенок Тигра - Евгения Мэйз

* * *

— Если бы я поступал так каждый раз или в тех случаях, когда кто-то не так посмотрел на мою родню, то меня бы уже давно поперли с органов.

— Тогда был тот самый случай! — продолжала напирать Ольга, добиваясь чего-то более вразумительного чем вот это вот всё! — Потерпели бы твои органы!

— Был! — рявкнул в ответ Тигран, поднявшись из-за стола.

— Почему ради меня и Макара ты завалился со своим мини взводом на другой конец Москвы, а ради жены не смог нарушить ни принципы, ни инструкции?!

Он закрыл дверь на кухню, но совсем не потому, что блокировал возможность для ее побега, а чтобы деревянная створка хоть сколько-то заглушила их набирающий силу повышенный тон.

— Ты думаешь я не притащил туда всю Лубянку?!

— В смысле, — Ольга осеклась, осознав сказанное. — Ты все-таки сделал это?

— Не всю, — выдохнул он, неожиданно сбавив напор и совсем тихо, прямо на грани восприятия, — а тех, кто был готов рисковать.

Мир изменился давным-давно. Может он всегда был таким — жестоким и ни черта не благородным. У всех было что-то, что не хотелось терять, всем нужно было есть, пить, воспитывать детей с возможностью заниматься любимым делом.

— Ты не нашел их?

Ольга совсем потерялась, не ожидав такого поворота событий. В ее голове было все просто, а теперь, когда он ответил ей — это всё перестроилось и стало закручиваться в какой-то сложный рисунок головоломку.

— Нет.

Тигран закрыл глаза, сколько раз побившись затылком о стеклянные вставки в двери.

— Мы обшарили все дома, которые принадлежали Илясову. Но это ведь не значит, что у него не было тех о которых мы не знали?

Тигран был до обезоруживающего прав — у его противника было больше ресурсов, возможностей и помощников. У Хамиева же наоборот — все играло против него самого и даже он сам. Он мог вечно разыскивать Наташу и, если бы удача улыбнулась ему, то обязательно нашел, но только при условии, что искал бы.

— Как раскрылся обман матери?

— Я приехал домой.

Руководство (при условии, что он хорошее) рано или поздно узнаёт обо всем, что происходит под его началом. Тоже самое произошло с Ратниковым. Генерал пришел в ярость, но не вышел из себя окончательно только потому, что все обошлось «малой кровью», то есть никто не узнал о случившемся произволе. В дураках оказался один лишь Тигран и те, кто доверился ему.

— Когда я приехал обратно, то принялся обзванивать родильные дома и больницы. Все было бы быстрее, если бы я не накосячил ранее.

У Тиграна воплотилась в жизнь сказка про мальчика и волка. Он не кричал об этом бесконечно долго, привлекая внимание неравнодушных. Реальность внесла свои коррективы.

— Тебе отказались помогать?

— Нет, Ратников отстранил меня на три недели и это ограничивало мои возможности.

В такие моменты всегда кажется, что все вышло бы быстрее, если бы ты стал делать это сам и очень медленно, если просил об одолжении других.

— Тело Наташи обнаружилось в одном из моргов, спустя месяц после того, как я начал ее поиски. Может это случилось бы раньше, но я надеялся на больницы и знакомых, отвергая худшие варианты.

— Что сказало руководство?

Тигран дернул плечом.

— Это ничего не значило.

— Так делаются дела в вашем ведомстве?

Скулы Оли свело от горечи. Как-то это было неправильно. Ратников помог ей, а вот своему соратнику, возможно не самому дисциплинированному подчиненному — нет.

— Не так, но Ратников не спешил прощать меня, — Тигран переступил с ноги на ногу. — Я ведь уже показал, как был крут без его помощи в действительно опасном деле, настала очередь показывать себя и в чем-то простом.

— Причем тут очередность?! Это тупость! Ты ведь оказался прав! Зачем нужно было играть в салочки?

Ольга догадывалась, что причина была в злости и уязвленном самолюбии того, кто обладал властью. Вот только это был чистой воды идиотизм, когда на кону стояли такие серьезные вещи.

— Патологоанатом не заметил, что в беременной женщине нет ребенка?

От Наташи мало что осталось после долгого пребывания в реке.

— Но ты узнал ее.

— Лицо пострадало не так как все остальное.

— Но как они поняли, что это она и сообщили об этом тебе?

На что она надеялась, продолжая задавать вопросы? Что это была не Хамиева? На то, что она и малыш Тигран живы и не имеют к ним с Макаром никакого отношения.

— У нее был мой армейский жетон, — объяснил Тигран. — Отдал его, потому что она считала эти штуки ужасно крутыми, носила вместе с цепочкой и обручальным кольцом на ней.

Ольга кивнула, но в своих мыслях поморщилась — для нее, следование этой моде, было плохим предзнаменованием. Среди ее подчиненных были такие девочки. Их браки закончились также быстро как начались. Несколько случаев — это еще не статистика, но про себя Оля решила, что подобным страдать ни в коем случае не будет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Хелмицкий не может сказать мне рожала она или над ней постарались звери и рыбы. Тогда было все очевидно, а теперь уже и не понять ничего.

Ольга открыла было рот, чтобы спросить следующее, но Тигран продолжал, то ли предвидя ее сомнения, то ли понял что-то по ее выражению лица.

— Ее нельзя эксгумировать, — проговорил он, не сводя с нее глаз. — Ната просила кремировать ее.

Осталась Гоар. Она либо сделала ДНК тест с настоящими образцами, либо совсем чокнулась и подтасовала их.

— Она бы не стала лгать в этом, понимаешь?

Тигран сделал шаг и присел у ее ног.

— Ей не нужен был чужой ребенок тогда, не станет она обманываться и придумывать что-то теперь.

С этим нельзя было поспорить. Гоар не была сумасшедшей. Она была трудным человеком, родившимся в определенное время и месте, у людей, которые привели ей определенные взгляды на жизнь.

— Почему нельзя было просто дождаться, когда малыш появится на свет, сделать тест, а уж потом гнать взашей не понравившуюся ей девчонку?