Двойной латте в дождливый день - Софи Анри

– Я рада за тебя.

Мы проговорили еще около часа. Мама расспрашивала, как у меня дела на учебе и на работе, просила приезжать почаще и сказала, что Грег скучает по мне.

– Кстати, у меня для тебя кое-что есть, – сказала она и, покопавшись в своей сумочке, протянула мне белую коробочку: – Держи.

Я удивленно уставилась на маму:

– Мам, это последняя модель айфона! Ты же говорила, что у тебя пока нет таких денег.

Она передернула плечами:

– Не думай об этом. Насколько я помню, Рэйден дал тебе телефон только на время. Верни его и пользуйся своим на радость.

Я поднялась со светло-коричневого диванчика, обогнула стол и крепко обняла ее.

– Спасибо, мам.

Она замерла, и я мысленно взмолилась. «Ну пожалуйста, мама, разрушь эту чертову стену. Хотя бы один кирпичик…»

Наконец она обняла меня в ответ.

– Это тебе спасибо, солнышко.

Так она не называла меня уже много лет.

Когда мы с Рэйденом вернулись в общежитие, я попросила его оставить меня одну. Он понял все без слов и не обиделся на мою просьбу, хотя мы могли бы провести время вдвоем, поскольку Тины не было в комнате.

– Если что, я рядом, помни об этом, – сказал он мне на ушко, нежно поцеловал и ушел к себе.

Первое, что я сделала на новом телефоне, это отправила письмо. После своего странного вопроса я больше не писала папе и не знала, ответит ли он сейчас.

От кого: [email protected]

Кому: [email protected]

Привет. Это правда, что вы с мамой никогда не были женаты?

От кого: [email protected]

Кому: [email protected]

Привет. Правда.

От кого: [email protected]

Кому: [email protected]

Почему ты не сделал ей предложение, если, по твоим словам, очень любил ее?

От кого: [email protected]

Кому: [email protected]

Это долгий разговор, утенок. Если хочешь поговорить, давай встретимся. В конце апреля я прилечу в Америку по работе. У тебя есть время подумать.

Я долго смотрела на экран айфона и последнее письмо.

Еще несколько месяцев назад от одной мысли о встрече с папой я бы запаниковала, но ведь он долгое время знал о моем местонахождении, был в моем городе и ничего не сделал. Не забрал меня силой. Паранойя матери не была моей проблемой. Впервые я серьезно задумалась о том, чтобы увидеться с отцом и узнать историю своей семьи. Вернее, ее иллюзии.

Однако тень страха не покидала меня. Страха того, что, узнав всю правду, я не сумею выстроить новый дом на обломках прошлого. И погибну под его руинами.

Глава 27. Рэйден

На пояснице Айви были три маленькие родинки, одна из которых находилась прямо в поясничной ямочке. Когда она лежала на животе, я любил соединять эти родинки, влажными поцелуями прочерчивая между ними линии треугольника. Любил наблюдать, как ее кожа покрывается мурашками, а дыхание учащается. Я любил каждую родинку, каждый шрам на ее теле и любил ее.

Пока я выцеловывал на спине ее имя, она лежала неподвижно и только едва слышно постанывала. Эту ночь мы провели вместе, потому что Зак не ночевал в общежитии.

– Рэйден, – выдохнула она. – Нам скоро на учебу.

С болезненным стоном я оторвался от ее сладкой кожи и лег рядом, взяв ее за руку.

– Я все чаще задумываюсь о том, как было бы здорово жить вместе, – задумчиво пробормотал я, касаясь губами костяшек ее тонких пальцев.

– Ты серьезно? – удивленно спросила она.

– Да. Можно попробовать в следующем году, что думаешь? Как раз за это время узнаем друг друга получше и будем готовы к такому шагу.

Кнопка прикусила щеку изнутри, и между ее бровей пролегла морщинка.

Похоже, я перегнул палку.

– Это так, просто мысли вслух, я не давлю на тебя, – начал оправдываться я. – Я… я в плане отношений немного старомоден. Если все идет хорошо, сразу начинаю думать о свадьбе, семейной жизни…

Плечи Айви затряслись, и я вдруг понял, что она смеется.

– Эй! Что я такого сказал? – Я начал щекотать ее, и она заметалась по кровати, пытаясь лягнуть меня.

Между нами завязался шуточный бой. Она колотила меня по груди, пока я щекотал ее, параллельно легонько покусывая шею и плечи.

– Хватит! Сдаюсь! – сквозь смех выкрикнула Кнопка и крепко обхватила меня за плечи, принимая поражение.

– Позвольте объясниться, юная леди, что вас так рассмешило в моих словах? – спросил я, сцепив руки на ее талии, чтобы она не выбралась из моих объятий.

– Ты случайно не придумал имена нашим будущим детям? – спросила Айви, все еще посмеиваясь.

– Разумеется! Арчибальд, Брунгильда, Гидеон и Аполлинария!

Кнопка снова затряслась в хохоте.

– Апо… что? – заикаясь, переспросила она. – Что за древние имена, ты где их откопал?

Я широко улыбнулся, любуясь мелкими морщинками возле глаз Айви и аккуратным, слегка вздернутым носиком, который она смешно сморщила.

– Вычитал, пока искал имена для своих персонажей, – ответил я. – То есть тебя только имена смутили? А как насчет того, что я назвал их четыре?

Айви прильнула ко мне и начала чертить пальцем узоры на моей груди. Ее лицо приняло серьезное выражение.

– На самом деле я тоже в каком-то роде старомодна, – сказала она, с опаской глядя на меня.

– В чем заключается твоя старомодность?

– Если узнаешь, боюсь, тут же захочешь со мной расстаться.

– Сомневаюсь, но попробуй. Удиви меня.

Айви опустила глаза, а ее палец замер на моей ключице.

– Я всегда мечтала, чтобы мой первый мужчина стал единственным. – От ее слов я тяжело сглотнул, и она принялась сбивчиво оправдываться: – Понимаю, звучит глупо и наивно, и в жизни так практически не бывает. Не подумай, что я…

Я не дал ей договорить, заткнув рот жадным поцелуем. Плевать, насколько наивно и глупо это звучало для остального общества. Я отчаянно хотел осуществить ее мечту и стать ее первым и единственным, потому что от одной только мысли, что Айви не будет моей, ощущал чуть ли не физическую боль.

– Я женюсь на тебе сразу, как закончим университет, – сказал я вполне серьезно, оторвавшись от ее губ.

Айви от моих слов поникла, и я запаниковал, что снова перегнул палку.

– Эй, Кнопка, что с тобой?

Она села и подтянула к себе одеяло, прикрывая обнаженную грудь.

– Твои родители вряд ли это одобрят.

Я раздраженно вздохнул и тоже сел.

– Айви, я уже говорил много раз.