Навеки твоя - Кэтлин Харрингтон

Через неделю Лахлан и его двенадцать закаленных в ратных битвах соплеменников покинули Йорк. С ними были три женщины, которых поручили их заботам. Они ехали в центре колонны, а Касберт и Колин в хвосте, охраняя тыл. Уолтер по-прежнему скакал рядом с Франсин и Анжеликой; Лахлан и его слуга ехали во главе отряда: Понимая, что бандиты могут устроить засаду, граф выслал вперед скаутов, чтобы те прочесали окрестность. Всех мужчин, включая слуг леди Уолсингхем, предупредили, чтобы те ни в коем случае не останавливались, даже если увидят что-то необычное. Или кого-то… Лахлан не хотел, чтобы их снова заманили в ловушку.

Проезжая по сельской местности Северного Йоркшира, они пересекли огромные торфяные болота, поросшие вереском. Это был край обширных полей и глубоких оврагов, окруженных высокими холмами. С вершины каждого такого холма открывался великолепный обзор. Вся округа в радиусе сорока миль была видна как на ладони.

Они останавливались в Норталлертоне, Дарлингтоне и Дерхеме. Ночевали, как правило, в гостиницах, которые Лахлан нанимал заранее, или в больших, хорошо укрепленных монастырях. Горец никогда не селил своих людей под одной крышей с принцессой Маргарет и английскими придворными.

Свита принцессы постоянно увеличивалась и уже превратилась в огромную живую реку: там были благородные лорды и леди, рыцари, священнослужители, шерифы[18], вельможи, крупные землевладельцы, герольды, музыканты, пажи, лакеи и слуги. Где-то в самой середине этой людской массы был джентльмен, который организовал коварный заговор, намереваясь убить Франсин и ее дочь.

Лахлану очень хотелось, чтобы его отряд, нигде не останавливаясь, поскакал прямо к шотландской границе и там дожидался прибытия королевского кортежа. Но он понимал, что Франсин никогда не согласится на это. Она обещала Тюдорам, что будет устраивать грандиозные представления и спектакли во всех крупных городах, через которые во время путешествия в Шотландию будет проезжать принцесса Маргарет.

В каждом городе подданные короля Генриха выходили на улицы, чтобы поприветствовать его дочь. Маргарет ехала верхом на великолепной белой лошади. Когда она уставала, ее пересаживали в паланкин с балдахином, отороченным золотой бахромой, который мерно покачивался между двумя лошадьми. Вдоль дороги бежали дети, горожане приносили принцессе фрукты и цветы. Хоры распевали церковные гимны, прославляя дочь короля и желая ей здоровья, благополучия и многие лета.

Во время остановок для избалованных аристократов устраивались банкеты, представления, спектакли, балы и игры. Франсин и Чарльз Берби работали до изнеможения, не щадя ни сил, ни здоровья.

Когда они приехали в маленький городок Хексхем, известный тем, что там часто устраивались торговые ярмарки, Лахлан разместил свой небольшой отряд в старинном аббатстве, которое являлось историческим памятником. Изначально на месте аббатства стояла небольшая церковь, построенная еще в седьмом веке. Ее разрушили викинги. Во времена норманнского нашествия на руинах церкви возвели монастырь августинцев. Колокольня монастыря, заканчивающаяся длинным остроконечным шпилем, была самым высоким строением в городе.

Пользуясь представившейся возможностью, Франсин посетила утреннюю мессу, которую служили в величественном монастырском храме с высоким гулким сводом, и помолилась за всех членов их небольшого отряда, включая шотландцев. За время путешествия она успела познакомиться со всеми родственниками Кинрата. Она поняла, что все эти благородные и великодушные люди действительно ради нее и ее ребенка готовы пожертвовать жизнью, и больше не считала их алчными морскими разбойниками.

Днем принцесса Маргарет со всей своей огромной свитой поехала осматривать Стену Адриана. Погода была великолепной, и Франсин решила взять с собой дочь и ее няню. Лахлан согласился на это, но с условием, что с ними поедут Колин и Уолтер. Все знали, что если поедет Колин, то за ним обязательно увяжется и леди Пемброк.

Вокруг царили веселье и радость. Слуги несли корзины с едой и напитками, чтобы благородные дамы и господа могли пообедать на фоне живописных руин.

— Анжелика никогда не видела эту огромную стену, — сказала Франсин Лахлану. Они ехали в авангарде королевского отряда. — Ты здесь уже бывал?

— Да, — ответил он, не вдаваясь в подробности. Ему не хотелось напоминать ей о том, что в былые времена его соотечественники часто совершали набеги на территорию Англии, грабя и убивая мирных жителей.

— Мама, кто построил эту стену? — спросила Анжелика, увидев внушительное сооружение, сложенное из грубого камня. — Это король Генрих, да?

— Ее построил римский император Адриан, — сказала она дочери и, посмотрев на Лахлана, улыбнулась ему. В ее глазах сверкнули озорные огоньки. — Чтобы защитить свои владения от диких шотландских племен.

— И это помогло римлянам? — поинтересовался Лахлан, усмехнувшись.

— Думаю, что нет, — призналась она. — Ведь римлян уже давным-давно нет в этих краях.

— А где сейчас дикие племена? — спросила Анжелика, осматриваясь. — Мама, я не вижу ни одного дикаря. Где они? Где дикие шотландцы?

— Думаю, что им пришлось приобщиться к цивилизации, — ответила ей мать.

— Но хорошим манерам они так и не научились, — добавила леди Пемброк и засмеялась весело и заразительно. Посмотрев на Колина, брюнетка спросила: — Не правда ли, сэр?

Услышав слова этой веселой и остроумной дамы, Уолтер прыснул от смеха и посмотрел на своего сына. Ему не терпелось услышать, что ответит робкий и застенчивый увалень.

Колин же решил проигнорировать вопрос. Глядя куда-то вдаль, он усиленно делал вид, что не понимает намеков.

Подъехав к древним развалинам, все спешились. Анжелика сразу побежала к стене, которая была на целых пять метров выше нее. Синьора Грациоли и Уолтер бросились за ней.

Франсин тоже хотела побежать за дочерью, но Лахлан остановил ее, схватив за руку.

— Пусть Анжелика немного разомнет ноги, — сказал он. — В последние дни она почти не вылезала из седла. Девочке нужно побегать, порезвиться. Это пойдет ей на пользу.

За ними ехала большая группа всадников, среди которых был и маркиз Личестер. Он сопровождал своего кузена, герцога Нортумберленда. Его супруга, герцогиня, ехала рядом с принцессой Маргарет.

Спешившись, Личестер подошел к Анжелике, которая вместе с няней и охранником стояла возле стены.