Власть над непокорным - Люси Гордон

Винсенте заставил себя улыбнуться:

— Если это послужит извинением, то я скажу, что не привык напрасно тратить время.

— Вот и не будем его тратить, — легко согласилась она.

Шофер Винсенте взял чемоданы Элизы из камеры хранения и поставил их в автомобиль.

— У тебя всего два чемодана? — спросил Винсенте по дороге в аэропорт.

— Я продала все свои щегольские платьица.

— Тебе, в самом деле, так не хватало денег?

— Да, но причина не только в этом. Я не хочу вспоминать свой брак. Теперь я стала другой, и мне это нравится.

— То есть тебе по вкусу жить так, как ты живешь?

— Я обрела покой, — неожиданно призналась она.

— Тебя не удручает бедность?

— Я в состоянии оплатить свой перелет, — защищаясь, ответила Элиза.

— В этом нет необходимости. Мы полетим на моем частном самолете.

На аэродроме их ждал роскошный самолет, салон которого больше напоминал отель. Едва они взлетели, появился стюард, неся шампанское. Он украдкой с любопытством поглядывал на Элизу, и она задалась вопросом, сколько женщин летало на этом самолете вместе с Винсенте.

Они чокнулись хрустальными бокалами.

— За твою новую жизнь и новую свободу! — сказал он.

— Почему ты произнес именно этот тост?

— А что?

— В твоих словах о свободе был какой-то подтекст.

— Конечно. Свободу каждый воспринимает по- своему. Для тебя это, возможно, будет чем-то иным. В Риме есть многое, о чем ты даже не подозревала.

Элиза посмотрела на Винсенте. Истинное выражение его лица было скрыто. Он улыбался.

В аэропорту Рима они сели в поджидавший их лимузин. Оказавшись в городе, Элиза принялась рассматривать в окно места, которые когда-то хорошо знала. Вот здесь, в районе Трастевере, они жили вместе с Анжело. Именно тут он увидел ее в объятиях Бена...

— Что с тобой? — спросил Винсенте, заметив, что Элиза нахмурилась.

— Ничего, — быстро ответила она.

— Ты закрыла глаза, словно вспомнила что-то неприятное.

— У меня болит голова. Я не спала прошлой ночью.

— Скоро ты приедешь в новую квартиру и отдохнешь.

Квартира оказалась огромной. Высокие потолки, большие окна. Три спальни, включая хозяйскую. Мраморные полы, старинная мебель, бархатные шторы.

Повсюду царила красота и роскошь. Все было чисто, будто недавно здесь делали уборку.

— Агент поддерживает квартиру в порядке, — заметила она.

— Должен признаться, что это моя заслуга, — сообщил Винсенте. ― Я прислал сюда целую армию уборщиц.

— Могу я поинтересоваться, каким образом ты раздобыл ключи от этой квартиры?

— Этот вопрос может показаться мне не слишком любезным.

Она улыбнулась:

— Понятно. Агент поступал так, как ты ему приказывал. Мне следовало об этом догадаться.

— Ты так хорошо знаешь меня? — беспечно спросил он.

— Только не говори, что не собирал обо мне информацию. Я, правда, не понимаю, зачем ты это делал, если только...

— Что? — натянуто, осведомился он.

— Думаю, ты собираешь информацию обо всех людях, с которыми имеешь дело.

— Я бизнесмен до мозга костей. А разве ты не собирала обо мне сведений?

— Как знать...

Элиза посмотрела на него в упор, и ей показалось, что она лишила его самообладания.

— Скажи, я не нравлюсь тебе? — беспечно спросил он.

— Я еще не составила о тебе окончательного мнения. Полагаю, у тебя есть тайный умысел в отношении меня.

— Ну, я же говорил, что являюсь бизнесменом до мозга костей.

— А какую выгоду ты намерен получить от меня?

— Возможно, удовольствие узнать тебя лучше.

— И только?

— Хватит играть в эти игры. Я хочу узнать тебя лучше по многим причинам. Мы же не дети.

В его взгляде Элиза увидела вызов, что удивило и взволновало ее одновременно.

— Не считай меня расчетливым монстром. Я приказал убрать в этой квартире затем, чтобы тебе было уютнее.

— Спасибо. Я не хотела задеть твоих чувств. Не знаю, как долго задержусь здесь, но постараюсь полюбить эту квартиру, пока буду тут жить.

— Хорошо, тогда позволь мне сегодня развлечь тебя.

— Снова пойдем в ночной клуб?

— Нет, мы поужинаем здесь.

— Но я еще даже не знаю, где находится кухня, — запротестовала она.

— Я сам всем займусь.

— Ты еще и готовить умеешь?

— Скоро узнаешь. Сейчас я ухожу, а вечером вернусь.

Когда за Винсенте закрылась дверь, Элиза принялась медленно бродить по квартире, не в силах поверить, что вся эта роскошь принадлежит ей.

Винсенте упоминал о начале новой жизни, новой свободе, но Элизе было трудно представить себя в столь непривычном окружении.

Зевнув, Элиза отправилась в ванную. Приняв душ, она посмотрелась в огромное зеркало, висящее на стене, и вспомнила, какой была в то время, когда наслаждалась отношениями с молодым итальянцем. Немного полноватая девушка, с милым невинным личиком.

Теперь Элиза стала стройнее и красивее, ее глаза казались больше, а на полных губах играла насмешливая улыбка. При взгляде на нее любой мужчина сказал бы, что такая женщина создана для любви. Странно, но последние годы в ее жизни было все, кроме этого чувства.

На память ей пришли слова Винсенте о том, что он хочет узнать ее получше.

С самого начала между ними установилось непонятное притяжение. Даже сейчас при одном воспоминании о Винсенте у нее бешено заколотилось сердце.

Вытершись мягким полотенцем, Элиза устроилась на огромной кровати в хозяйской спальне, расслабилась и заснула.

А когда очнулась ото сна, то увидела сидящего на кровати Винсенте Фарнезе.