Невинна и беременна - Валерия Алексеева

На работу утром следующего дня Кира шла с некоторой опаской. Безусловно, Виктор из «делового ужина» сделал какие-то свои выводы, и Кире совсем не хотелось, чтобы они оказались не в ее пользу. Или, наоборот, мысли финдира о ней зашли бы слишком далеко. Вчера на это ничто не намекало, да и Света успокоила подругу, но все же на душе было неспокойно.

Вот только оказалось, беспокоилась она совсем не о том.

— И кто, интересно, разрешил тебе вчера уйти с работы раньше времени? — встретил Киру у самых дверей источающий яд голос Драконихи.

«Даже не здоровается. Впрочем, ничего нового».

Решив не поддаваться на провокации, Кира прошла на свое рабочее место и решительно открыла рабочую почту.

«Виктор Евгеньевич, доброе утро! Доведите, пожалуйста, до сведения Алевтины Матвеевны информацию о том, почему меня вчера не было на рабочем месте в промежуток с 17:00 до 18:00. Спасибо, извините за беспокойство».

Кира решительно нажала «Отправить», и только потом подумала, что, может, не стоило так открыто идти на конфликт… Но было поздно. Спустя считанные минуты почта мигнула новым сообщением. Кира открыла его, пробежала глазами и почувствовала, как по спине побежали мурашки.

«Уважаемая Алечка, — фамильярничал Виктор, — я решил, что мы с Кирой должны как следует обсудить возникшую на днях проблему с наличностью».

«Твой косяк, а не «проблему», — прокомментировала Кира мысленно, и продолжила читать.

«В связи с тем, что мой рабочий график очень загружен, я пригласил Киру на деловой ужин, где мы успешно и обсудили все рабочие вопросы. К тому же, вы планируете покинуть нас и удалиться на заслуженный отдых, а кто, как не Кира, достоин стать вашим преемником? И значит, мне необходимо проверить ее профессиональную пригодность для данной должности…»

Кира почувствовала, как против воли съеживается за монитором, даже сквозь стену чувствуя сжигающий взгляд Драконихи. Никто не смел напоминать Драконихе о пенсии. Никто не смел говорить о ее возрасте. Никто.

И, конечно, вовсе не на Виктора, автора безобразно бестактного письма, обрушится шквал ее негодования. А на столь нагло светящуюся в получателях Воронцову К.А.

— Я — труп, — прошептала Кира одними губами в ответ на удивленный взгляд Насти. — Самый настоящий труп. Заказывай венок.

В следующую секунду дверь кабинета главбуха с грохотом врезалась в стену, распахиваясь на всю ширину. Дракониха, как никогда оправдывавшая свое прозвище, подлетела в три шага к столу Киры, шмякнула на него с размаху огромную стопку документов, которая тут же принялась расползаться по листочку в разные стороны, и свирепо уставилась на втянувшую голову в плечи девушку:

— Проверишь первичку, и чтобы сегодня все закончила! Только попробуй не найти ошибку! Там восемь миллионов не идет! Хозяин контролирует вопрос!

Дракониха удалилась так же феерично, оставив растерянно девушек осматривать кучки осыпавшейся с косяка штукатурки. Проверкой правильности внесенных в программу документов обычно занимались сразу несколько младших бухгалтеров — работа была совершенно рутинная, но перечить главбуху Кира не рискнула и принялась за работу. Похоже, сегодня ей не грозил не только обед, но и своевременный уход домой…

Домой Кира приползла в двенадцатом часу ночи. Голодная, злая и с ужасно ноющей поясницей — в довершении ко всем чудесным событиям дня, у нее начались месячные, а значит, следующие три дня ее порадуют ужасным настроением, болью и постоянным дискомфортом. Приняв по-быстрому душ, Кира перекусила (несмотря на голод, наедаться на ночь не стоило), надела любимую теплую пижамку и улеглась под одеяло, крепко обнимая не особо довольную таким поворотом кошку.

Одиночество накатывало волнами, будто прибой, заставляя слезы все быстрее катиться из глаз. И кошка, увы, ничем тут не могла помочь.

«Вот бы Славик был тут. Он бы обнял меня и погладил, пожалел… Дура я, он же предлагал отвезти меня домой. Надо было соглашаться. Как же мне плохо… Чертов ПМС!.. И Виктор, и Дракониха, и вообще все!»

Выпутав из одеяла руки, Кира взяла телефон.

«Слав, а ты меня любишь?»

«Конечно, зай, спи давай. Хочешь утром заеду отвезу на работу?»

Кира почувствовала, как заныло в груди, и, уже не в силах сдерживаться, зарыдала в голос.

— Не хочу больше быть одна!

«Да, Слав, в 7 жду тебя. Что будешь на завтрак?»

* * *

Проснулась Кира вся разбитая, чего и следовало ожидать. Кое-как выбралась из кровати… и замерла на месте.

Аккуратно сложенная пижама лежала на стуле возле кровати. А на самой кровати, между двух подушек, лежал какой-то черный шар.

«Что за бред…»

Осторожно, будто опасаясь, что непонятная штука на нее набросится, Кира оперлась коленом о край кровати и взяла шар в руку. Пальцы ощутили обычный пластик, а сам шар оказался размером с грейпфрут и удобно лег в ладонь. Кира повертела его, все еще недоумевая. С одной стороны на шаре оказалась восьмерка на белом фоне — шар имитировал бильярдный. А вот с другой…

— Ого!

В маленьком окошке Кира прочитала: «Лучше синица в руках, чем журавль в облаках».

— Шар предсказаний? Откуда он тут?

И пижама…

Кто-то приходил ночью? Или она сама во сне разделась и нашла эту игрушку где-то на дальней полке? Но Кира не помнила, чтобы у нее когда-то была такая вещь.

— Проверим. Выйду ли я замуж? — с улыбкой произнесла она и потрясла шар.

«Только если ты действительно этого хочешь», — ответил шар, заставив Киру вздрогнуть.

— Просто удачно совпало, — пробормотала Кира, бросая шар на кровать.

Она старалась выглядеть равнодушной и спокойной, но маленькая часть ее разума, вопреки логике верящая в приметы и привидений, дрожала от суеверного страха.

Вздохнув, Кира отправилась в кухню — готовить завтрак и собираться на работу, и в спальню до приезда Славика если и заходила — то всего на пару секунд.

Славик принес капучино с сиропом, красивую и невероятно вкусную пироженку и скромный пакетик из аптеки. А на вопросительный взгляд ответил просто:

— Я помню, у тебя скоро… эти дни… Вот взял на всякий случай, вдруг у тебя кончились таблетки.

В пакете Кира обнаружила но-шпу и несколько видов модного обезболивающего, из тех, что чаще всего мелькали в рекламе как панацея от «регулярных болей у женщин». Но сам поступок Славика поразил ее в самое сердце. Конечно, она давно привыкла к его заботе, укутывающей ее, словно пуховый платок. Но это было неожиданно даже для него. Кира почувствовала, что по щекам снова потекли слезы, и тут же Славик обнял ее и прижал к себе, нежно поглаживая по волосам.

— Все в порядке, зай, я с тобой. Все будет хорошо.