Ты для меня? - Людмила Сладкова

Спирина смущенно улыбнулась:

— Окончательное!

* * *

Давыдов, чиркнув зажигалкой, полной грудью втянул в себя губительный, но столь желанный никотин. Как же ему этого не хватало за последние четыре часа. Уединившись в фойе конференц-зала, он бесцельно смотрел в окно. Вроде все как надо сделал, и контракт с итальянцами в кармане, да только в душе пустота. Словно карабкался всеми силами на Эверест, а достигнув вершины, ожидаемого удовлетворения не получил. Из груди вырвался тяжелый вздох. Толи разочарования, толи обреченности. Упавший с сигареты пепел обжег кожу. Чертыхнувшись, Герман резко тряхнул рукой. На долю секунды его взгляд задержался на пластыре бежевого цвета, который скрывал от любопытных глаз, след вчерашнего укуса. Сжав пальцы в кулак, мужчина поднес руку ближе к лицу. Его взгляд изменился. Больше не был отрешенным. Губы растянулись в легкой улыбке.

— Маленькая с*чка! — Произнес в пустоту. — Это ж надо…оборонялась она. Проучить бы тебя, Лера!

Осознав, о чем думает, Давыдов стал мрачнее тучи.

— Бл*дь!

Мужчину передернуло. Свалилась же на его голову! И почему именно сейчас?

— Вот ты где, — раздался за спиной насмешливый голос брата, — скрываешься от лучей славы?

Герман нарочито медленно развернулся.

— Как видишь. — Надменно сделал очередную затяжку. — Поздравить желаешь?

Глеб скривился.

— Ты был хорош. Глупо отрицать. Но…поздравлять не стану!

— А что так? Не заслужил похвалы от родного брата?

— Просто…Мы оба знаем — она тебе на хр*н не нужна. Отбросим приличия.

Герман еле заметно кивнул, соглашаясь с каждым словом.

— Точнее и не скажешь.

— Одного не пойму, — продолжал тем временем Глеб, — за каким чертом понадобилось меня сюда тащить? Ты и один замечательно справляешься. Чего уж греха таить, даже отец сейчас не в силах конкурировать с тобой. Захотелось, в очередной раз, ткнуть меня носом, как котенка сра*ого, во все это дер*мо? Наглядно отцу показать, чего стоишь ты, а чего я? Так он и без лишних демонстраций это знает.

Герман застыл. Грудную клетку, словно тисками сжали. Каждый вздох отдавался болью во всем теле. Как он мог упустить из вида тот момент, когда они с братом из друзей превратились в соперников? Рука машинально сжалась в кулак. Мужчина даже забыл о сигарете, которая сейчас неприятно жгла тыльную сторону ладони. Все отошло на второй план. В том числе и боль.

— Хватит хер*ю нести! — Не громко, но довольно жестко отчеканил. — Ты здесь для того, чтобы как можно скорее приобщиться к семейному делу. Своими глазами увидеть что, и как происходит в компании изнутри. Пора взрослеть, Глеб! Через некоторое время тебе придется возглавить один из трех отделов нашего холдинга. Как ты это сделаешь, если не будешь подготовлен? О будущем своем совсем не думаешь! Одни клубы, да девки в голове!

— Ой, вот кто бы говорил!

— Из всего мною сказанного, ты услышал лишь последнюю фразу?

— Только не надо меня лечить! Я не хочу работать бок о бок с тобой!

В этот момент Герману действительно захотелось схватить брата за шкирку, и хорошенько встряхнуть. Чтобы мозги на место встали! Лишь усилием воли сдержался.

— Герман Станиславович? — Приятный женский голос прервал их перепалку. — Прошу прощения…

Давыдов перевел взгляд на сотрудницу компании. Алина Покровская. Его личный секретарь-референт. Миловидная, ухоженная блондинка. Очень хороша собой. Ответственная. Исполнительная. Тактичная. Человек, готовый ради карьеры, на все. В буквальном смысле. В постели девочка всегда на высоте. Их отношения вне работы были свободными, и не обременительными. Это он ценил в первую очередь.

— В чем дело, Алина?

— Станислав Юрьевич ожидает Вас в вашем кабинете. Мне передать ему, что Вы сейчас заняты?

Герман окинул ее холодным взглядом:

— Для отца я всегда свободен.

— Хорошо. Мне приготовить кофе?

— Да. Желательно с парой капель хорошего коньяка.

Мило улыбнувшись, девушка удалилась.

Давыдов вновь переключил внимание на брата.

— Здесь не самое удачное место для подобного рода разговоров…давай отложим до вечера. Я выслушаю все, что ты захочешь мне сказать.

— Если мне будет, что тебе сказать.

Не говоря больше ни слова, Глеб быстрым шагом направился в сторону выхода. Герман долго смотрел ему вслед. Мысли были тяжелы и неприятны. Впрочем, на лице это ни коем образом не отражалось. Внешне мужчина казался совершенно спокойным. Даже хладнокровным. И через пару секунд, уже спешил на встречу с отцом. Однако оказавшись в кабинете, родителя не обнаружил. На столе, в ведерке со льдом, стояла бутылка дорогого шампанского. Картину дополняли два фужера, и коробка конфет. Давыдов усмехнулся, ослабляя узел галстука. Призывно щелкнул замок, но Герману не требовалось оборачиваться, чтобы понять, кто запер входную дверь.

Девушка жадно приклеилась грудью к мужской спине, и просунув ладони вперед, проворно расстегивала пуговицы на его рубашке. Острые коготки осторожно царапнули кожу около пупка.

— В следующий раз, непременно позволю вам вцепиться друг другу в волосы.

— Прими к сведению, мужчины не таскают друг друга за волосы.

— Хорошо, босс. Я запомню.

Послышалось шуршание одежды, и спустя мгновение, Алина предстала перед ним полностью обнаженной.

Хороша! Нет слов, как хороша.

— Что за маскарад? — Давыдов кивнул на шампанское.

— Решила поздравить тебя со столь долгожданным контрактом.

— Очень своевременно. — Мужчина ловким движением притянул Покровскую к себе. Девушка томно простонала, упиваясь его близостью. — Помоги мне с одеждой.

Алина без промедления опустилась перед ним на корточки, распутно разведя ноги в стороны. Нужно отдать должное, правильные ракурсы она знала. Однако с одеждой помогать не стала. Нетерпеливо расстегнула ширинку, и принялась, в который раз, демонстрировать свое мастерство в области орального секса.

— Ты слишком напряжен, — шептала в перерывах, заглатывая все глубже, — нужно расслабиться.

В какой-то миг, искореженное и вконец извращенное воображение подкинуло ему совершенно безумную картинку. Будто, вместо Алины, у его ног сидела другая девочка.

Другая!

Всего лишь представляя ее рот на своем члене, едва от инфаркта ни загнулся — столь надрывно тарахтел его «мотор» в груди. Он начинал медленно сходить с ума. Уплывать, отключаясь от реальности. Растворяться в ощущениях. Поддавшись порыву, грубо намотал на кулак густую девичью шевелюру. Дернул на себя. Надавливая на затылок, задал нужный ритм. От кайфа, мучительно застонал в голос, что случалось с ним…да никогда не случалось!