Наслаждение и месть - Кейт Уолкер

За окном послышался новый, отдаленный раскат грома. Никосу показалось, что сверкнула молния, словно подтверждая его мысли о продажности Сейди.

— Меня ничто не удивит.

— Ну, к твоему сведению, я живу в доме с матерью и маленьким братом.

Ответ был неожиданным. Резко откинув голову назад, он оценивающе прищурился. Для него эта информация была в новинку.

— У тебя же нет брата!

Невинный взгляд широко раскрытых глаз Сейди резко контрастировал с тем, как она вздернула подбородок и с вызовом уставилась на Никоса через стол.

— Получается, твои доблестные шпионы не такие уж и доблестные и опытные, как ты думаешь. К твоему сведению, у меня есть младший брат, и его зовут Джордж. Он родился… Ему около пяти лет.

Почему Никосу кажется, что все кардинальные события происходили в его жизни именно около пяти лет назад? Итак, мать Сейди забеременела либо когда они собирались пожениться, либо сразу после того, как свадьба расстроилась. Получается, малыш Джордж родился в тот самый момент, когда отец Сейди начал воплощать в жизнь план по уничтожению империи Константосов.

Теперь понятно, почему Сейди так стремится сохранить особняк. Этот Джордж слишком мал, чтобы уличать его в планах против Никоса. Он определенно не имеет никакого отношения к затеям взрослых представителей семьи Картерет.

— Понятно, — двусмысленно произнес Никос. — Это объясняет, почему я никогда о нем не слышал. Так, расскажи мне…

— Нет. — По глупости Сейди решила, что на этот раз одурачила Никоса. Взмахнув рукой, заставляя его замолчать, она взяла вилку и стала наматывать на нее спагетти. — Моя очередь задавать вопросы. — Пусть преимущество на стороне Никоса, она не позволит ему довлеть в разговоре. — Я тоже хочу кое о чем спросить.

— О чем?

— Ну, для начала об очевидном. Ты сказал, что хочешь поговорить со мной о работе. В качестве кого я могу на тебя работать? Я имею в виду, зачем тебе устроитель свадебных церемоний?

— Ответ очевиден, — прокомментировал Никос. — Естественно, для организации свадьбы.

Смысл его слов дошел до Сейди в тот момент, когда она прожевала спагетти. Слишком поздно она поняла, что наугад заказала блюдо с соусом «Бешеный», в состав которого входил ненавистный ей перец чили.

— Свадьбы? — хрипло спросила она. Ее горло горело от перца, а на глаза навернулись жгучие слезы.

— Погоди. — Наклонившись вперед, Никос налил в бокал воды и протянул его ей. — Ты же терпеть не можешь острую пищу, особенно чили.

При мысли о том, что он, возможно, помнит о ней все, Сейди стало не по себе.

— Прошло почти пять лет. Может быть, у меня изменился вкус. С людьми такое бывает.

— Похоже, что твой вкус не очень изменился, — сухо протянул Никос.

Она задалась вопросом, имеет ли он в виду лишь ее реакцию на острый соус.

— Нет, спасибо.

Никос сидел, откинувшись на спинку диванчика, и пристально наблюдал за Сейди.

— Чья свадьба? — прохрипела она. — Неужели ты решил жениться?

В знак согласия Никос снова наклонил темноволосую голову.

— На ком?

— Предпочту не отвечать. В любой момент могут появиться охочие до сплетен папарацци. Не хочу, чтобы они узнали о свадьбе сейчас. Я намерен оградить невесту от волнений.

Сейди с горечью подумала, что в свое время Никос отказался оградить ее от волнений. Тогда он был счастлив и хотел, чтобы весь мир знал об их помолвке и предстоящей свадьбе. Пять лет назад Сейди казалось, будто она живет в аквариуме для золотых рыбок и является центром постоянного людского внимания. В конце концов, когда свадьба так и не состоялась, журналисты устроили из этого целое представление, доведя Сейди до нервного срыва.

— Ты и мне не доверяешь? — спросила она, скорее для того, чтобы отвлечься от слишком ярких и мучительных воспоминаний, от которых никак не получалось избавиться.

— Ты скоро обо всем узнаешь. Узнаешь, когда придет пора.

Похоже, что и Никосу расхотелось притворяться и изображать, будто у него разыгрался аппетит. Не обращая внимания на то, что заказанная им рыба сибас остывает, он, казалось, целиком сосредоточился на Сейди.

— И конечно, когда ты прилетишь в Грецию.

— Что?! Нет, послушай, притормози немного. Что ты сказал? Я думала. Я не полечу в Грецию!

— Куда ты денешься. — Никос одарил ее сдержанной полуулыбкой. — Как иначе ты организуешь свадьбу?

— Нет, — только и сказала Сейди. Даже судорожно сделав глоток воды, она не смогла произнести больше ни слова.

— Я же говорил, что у меня есть для тебя работа.

До какой степени нужно быть изощренным и мстительным, чтобы пригласить ее в ресторан, в котором состоялось их первое свидание, а через два месяца здесь же, в кабинке, освещаемой пламенем свечи, он предложил ей стать его женой?

— Ну, спасибо тебе за предложение, но боюсь, что мне придется отказаться. Я не могу лететь в Грецию.

Сейди была не в состоянии устраивать свадьбу Никосу с другой женщиной.

— Боюсь, что у тебя нет выбора. — Судя по его тону, он меньше всего задумывался о ее чувствах. — Ты не можешь отказаться. Ты ведь говорила, что согласна на все, лишь бы я позволил тебе жить в «Терновниках».

— Значит, — Сейди неторопливо и глубоко вздохнула, — такова цена за то, что я у тебя прошу. Я работаю на тебя, организую твою свадьбу, а ты позволяешь мне остаться…

— В особняке я позволю остаться твоей матери и брату, и только на время, — вставил Никос.

— Позволь задать тебе один вопрос: почему ты передумал? Еще сегодня утром ты говорил, что не станешь это даже обсуждать.

— Ни твоя мать, ни твой брат не имеют никакого отношения к тому, что произошло в прошлом. Поэтому я готов пойти им на уступки.

Никос в очередной раз указал Сейди ее место. Он хочет, чтобы она организовала ему свадебную церемонию? Чтобы она наконец поняла, что он не только выжил после предательства, но и разлюбил ее?

— Но мне ничего не известно о греческих свадьбах. Тебе лучше нанять специалиста.

— Мне не нужен никто, кроме тебя.

— У твоей невесты определенно имеются собственные пожелания.

— Моя невеста может полностью положиться на меня.

— Ох, и правда! Неужели ты вернулся к пережиткам прошлого и намерен взять в жены милую, невинную, молоденькую девушку, которая не осмелится перечить тебе?

Она встретила Никоса, когда ей было двадцать лет и она все еще была девственницей. Безрассудно влюбившись, Сейди решила, что выйдет замуж по большой любви, поэтому отдалась мужчине, в любовь которого поверила. В действительности он цинично и жестоко использовал девушку, чтобы подобраться к ее отцу.