Измена. Простить или забыть - Даша Елизарова

— Как сегодня? — моргаю растерянно.

— Ну вот так. Срочный заказ, платят двойной тариф.

— Кто ж так делает?

Обычно все нормальные люди, тем более состоятельные, заказывают подобные вещи заранее. Оговаривают референсы, объясняют, что хотят получить на выходе.

— Так делают те, у кого есть бабки, Катюша, — учит меня, как нерадивого ребенка

— Да без проблем. Но одна не поеду.

— Я тебя одну и не отпущу! Там народу будет двести человек, — морщится. — Поедешь с Владиком.

Владик молодой и бойкий. Аполлон. Геракл, или кто там еще? Он слишком красив для мужчины. Как специалист потрясающий, но ветреный — ужас. Будет за юбками волочиться.

— Решил секс-бомбу на гостей сбросить? — усмехаюсь. — Я не хочу бегать по туалетам в поисках Владика, трахающего женщин-гостей.

— Я поговорил с Владом, — отмахивается Виктор. — Он обещал, что все будет тип-топ.

Иначе уволю его.

— Свежо предание, да верится с трудом, — закатываю глаза.

— А ну ша! — хлопает по столу ладонью. — Швецова. то есть Марченко, прости господи, поедешь с ним!

— Может, Ангелина.

— У Ангелины другой проект, — отрезает.

Шумно и показательно вздыхаю.

— и не надо мне тут этих охов-вздохов! Ты профи. Вот и делай свою работу.

Ага, только работу мне придется делать за двоих. Странный выбор Вити, конечно. Но что поделать.

— Форма одежды — парадная. Никаких оверсайзов и прочего дерьма, — заявляет нагло.

— Мне что же, в мини бегать за гостями? — не, ну нормально это вообще?

— Мини! — закатывает глаза. — Вечернее платье надевай. У тебя же есть?

— Да, было что-то.

— вот и все. Прическа, мейк, но так, чтобы не отсвечивать. Вы должны раствориться в толпе.

— Да ясно-ясно, — мне эти тусовки вообще не улыбаются.

Я бы больше хотела остаться дома, пить чай у телевизора и объедаться сладостями.

Сижу в офисе до обеда, а после ухожу домой. Надо привести себя в порядок, сделать прическу и макияж, чем и занимаюсь до самого вечера.

В очередной раз хвалю себя за то, что забрала вещи из квартиры Артема и не стала врубать гордыню, мне хотя бы есть в чем пойти на такое мероприятие.

Я остаюсь довольна своим внешним видом: нежно-розовое приталенное платье, на ногах бежевые лодочки. Свои темные волосы я собрала в низкий пучок, выпустив прядь у лица.

В банкетный зал еду на такси.

При входе я называю свое имя, которое есть в списке обслуживающего персонала.

Класс. Затем у меня забирают пальто, я быстро поправляю прическу у зеркала и направляюсь ко входу.

Не переступив порога, замираю.

Медленно поворачиваю голову и читаю:

«Добро пожаловать на помолвку Дианы Шалимовой и Артема Швецова».

9.

Катя

С фотографии на меня смотрят будущие молодожены.

Диана в длинном бежевом платье. Тоненькая, как тростиночка. Лицо идеально отретушированное — никаких бликов, красных пятен или чего-то в этом роде.

На своего будущего супруга она уставилась с невероятным восторгом. В глазах так и плещется любовь вперемешку с обожанием.

Я всматриваюсь в лицо Артема.

Это будто даже и не он.

Нет, это он, конечно же, но совершенно другой. Строгий, серьезный. Смотрит прямо в объектив камеры, но взгляд будто проникает мне в самую душу, разъедает изнутри, заливает все живое кислотой.

На наших предсвадебных фото мы практически не смотрим в камеру. Тогда мы глаз не могли отвести друг от друга.

На этом же фото все иначе.

Наверняка обыватель, не смыслящий ничего в искусстве фотографии, подумает, что здесь изображены серьезный, надежный мужчина и любящая его женщина.

Я же вижу напряжение в позе Артема и в том, как он обнимает свою невесту.

Недолго же ты, милый, был один. Не успела высохнуть печать на нашем свидетельстве о разводе, как ты побежал жениться на ней, своей принцессе.

Я невольно кладу руку на живот.

Как же хорошо, что он так и не узнал о ребенке. Отобрал бы.

А она бы ненавидела моего малыша просто потому, что он от меня.

У меня мелькает мысль уехать из этого города. Я-то думала, что наши встречи в будущем невозможны. Город огромный, ну какова вероятность того, что мы пересечемся где-то?

Мы из разных кругов, у нас разные знакомые и сферы деятельности.

А оно вот, значит, как получается.

Плакать мне больше не хочется. Мне кажется, в какой-то момент источник моих слез попросту иссяк и сил на слезы не осталось. Но это вовсе не значит, что я ничего не чувствую.

Боль. Я знаю ее. Она везде. ядовитым нектаром расползается по венам и разъедает душу.

Это же не должно меня удивлять? Артем разведен, ничто не мешает ему снова жениться. Тем более то, что он с Дианой, для меня не новость.

Но болит. Так сильно, что даже дышать сложно.

— Это они, наши виновники торжества? — хмыкает Владик рядом со мной.

Я поворачиваюсь к нему и наблюдаю за тем, как он наклоняет голову, рассматривая фото.

— А она горячая штучка, — облизывает губы. — Я 6 за такую полцарства отдал.

— За такую полцарства мало. Надо отдать еще сердце, душу и совесть.

— Фак, — расстраивается натурально. — Из перечисленного у меня только полцарства, все остальное из списка отсутствует.

Его шутка кое-как стабилизирует меня, возвращает обратно на землю.

Владик, этот шебутной парень с повышенным либидо, сам того не осознавая, спасает меня от пучины, в которую меня только что чуть не утянуло отчаяние.

Он отрывает взгляд от фотографии и поворачивает голову ко мне. Его глаза округляются, он растягивает рот в улыбке

— вау, Катюша, да ты выглядишь великолепно! — даже руками разводит. — Скажи, это правда — судачат о том, что ты развелась?

— да, — отвечаю просто и без подробностей

— Слу-ушай, а что ты делаешь завтра? — в его глазах загорается шальной огонек.

— Завтра, послезавтра и до конца своей жизни я очень занята, Владик.

Не хватало мне еще спутаться с этим недоделанным Казановой.

— Жестокая, — театрально хватается за сердце.

— Ты только что ее взглядом облизывал, — киваю на Диану. — А сейчас ко мне подкатываешь? Серьезно?

Владик поворачивается к фотографии, рассматривает ее и произносит задумчиво:

— Я погорячился, что тебе сказать, Катюш. она-то далёкая и нереальная, как звезда. Да и красота ее сделанная, от и до,