Невеста горца. Долг перед кланом - Злата Романова

– Правда? Кто?

– Ну, Асад же женится, – она делает глоток воды и улыбается. – Надеюсь, мы найдем с ней общий язык и она окажется нормальной.

Я удивленно моргаю.

– Ты не знакома с его невестой?

Амира качает головой.

– Нет, видела ее всего один раз издалека, так что не могу сказать, какая она.

Любопытство пронзает меня при мысли о том, кто мог польстится на этого мужчину-стену. Он же жуткий и кажется безэмоциональным.

– А на ком он женится? – спрашиваю я, сама не понимая, зачем мне это знать. – Его тоже заставляют или он сам нашел себе невесту?

Амира хихикает.

– Мало кто может заставить Асада делать то, чего он не хочет. Даже дядя Чингиз.

Я прикусываю губу.

– Значит, он сам ее выбрал?

– Да. Они познакомились в прошлом году и какое-то время общались. Теперь собираются сыграть свадьбу в конце лета. Через два месяца.

Именно в этот момент резко открывается дверь и я вздрагиваю.

На пороге стоит высокий мужчина-стена. Черные волосы, густая борода, резкие, словно высеченные из камня, черты лица.

Почему-то, при виде него, у меня всегда перехватывает дыхание и сердце бьется чаще. Глупая реакция!

Темный взгляд Асада сразу же цепляет меня, и на этот раз он не спешит опустить глаза и проигнорировать меня. Мои пальцы сжимаются на краю стола.

– Что она здесь делает? – его голос глубокий, чуть хрипловатый.

Амира пожимает плечами.

– Ужинала со мной. Она весь день ничего не ела.

– Не твоя проблема.

Я чувствую, как мое лицо наливается жаром.

– Меня заперли в комнате, – говорю я, встречаясь с ним взглядом.

Он даже не моргает.

– Тогда тебе положено оставаться там, где тебе сказали.

Я сжимаю зубы от возмущения.

– Даже без еды?

– Ты не умрешь от голода.

Я резко встаю, чувствуя, как злость забирается под кожу.

– Какой ты великодушный!

Асад делает шаг ближе.

– Ты забыла, где находишься?

Я скрещиваю руки на груди, вызывающе встречая его взгляд.

– Нет. Но мне никто не говорил, что здесь меня собираются морить голодом.

В комнате повисает напряженная тишина. Амира нервно сглатывает, явно не зная, как смягчить ситуацию. Асад приподнимает бровь, но в его глазах не отражается ни капли эмоций.

– Осторожнее, – произносит он, чуть склонив голову набок.

– Осторожнее с чем? – я поднимаю подбородок, не желая показывать страх.

– С тоном.

– Интересно, почему ты решил, что имеешь право указывать мне, как говорить?

Он делает шаг ближе, и я невольно задерживаю дыхание.

– Потому что ты в моем доме, – спокойно отвечает он.

– И что будет, если я не прислушаюсь? – упрямо продолжаю спорить с ним.

– Асад, не надо… – умоляюще смотрит на него Амира.

– Я могу постоять за себя, – обрываю ее, глядя прямо в глаза ее братцу. – Ты ошибаешься, если думаешь, что можешь запугать меня

Он криво усмехается.

– Запугать тебя? – в его голосе скользит тень насмешки. – Поверь, если бы я хотел тебя запугать, ты бы уже дрожала.

– Какой ты скромный.

Асад сжимает челюсть.

– Ты слишком невоспитанная. Нужно что-то с этим делать.

Во мне все закипает и я вскакиваю на ноги.

– Не тебе меня учить манерам!

Он хмыкает, но в глазах мелькает что-то опасное.

– Кто-то же должен.

– Явно не ты.

Он глубоко вдыхает и чуть ли не закатывает глаза, словно я безумно его раздражаю.

– Мне надоел этот бессмысленный разговор. Амира, веди ее обратно! Сейчас же.

Амира неохотно встает, глядя на меня с извиняющейся улыбкой. Мое лицо заливает краска от его уничижительного тона, от того, что меня выгоняют, как воришку, проникшего в дом тайком, отчитав перед этим, и я едва сдерживаю слезы унижения, отводя взгляд в пол и быстро направляясь к двери.

Какой же он гад!

Самодовольный, самовлюбленный, ужасный мужлан! Ноги моей больше не будет в его доме, даже если я буду умирать с голоду!

Глава 4

Не проходит и десяти минут после моего возвращения от Амиры, как дверь в мою комнату неожиданно открывается. Я сразу напрягаюсь, но это не Латифа. На пороге стоит тетя Элиза – жена дяди Чингиза.

– Я принесла тебе поесть, – говорит она спокойно, ставя передо мной поднос.

Я моргаю, не ожидая подобной заботы. Она выглядит доброжелательнее, чем Латифа, в ее взгляде нет той холодной отстраненности, к которой я уже начинаю привыкать.

– Спасибо, – произношу осторожно, но тетя Элиза лишь кивает и выходит из комнаты, не ожидая, что я стану говорить дальше.

Когда дверь за ней закрывается, я смотрю на поднос. Тушеное мясо, рис, свежие овощи. Запах аппетитный, но я уже наелась у Амиры. Я съедаю немного, чтобы не выглядеть неблагодарной, а потом снова тянусь за телефоном и набираю мамин номер.

Идут длинные гудки.

Я замираю, ожидая снова наткнуться на глухую тишину, но вдруг в динамике раздается сонный, чуть охрипший голос:

– Мина?

У меня перехватывает дыхание.

– Мама! – я вскакиваю с кровати, прижимая телефон к уху. – Где ты? Почему ты не отвечала?!

– Прости, милая, – она тяжело вздыхает. – Я не слышала звонка. Телефон был на беззвучном. Слегла с давлением и проспала почти весь день.

Я крепче сжимаю телефон, чувствуя, как внутри что-то отпускает. Она в безопасности. Она дома.

– Ты уверена, что все хорошо? Тебе стало лучше?

– Все прошло Мина, не переживай. Просто я слишком много переживала, – ее голос звучит устало. – А ты? Как ты там?

Я задерживаю дыхание. Я не могу рассказать ей, что меня держат взаперти, что Латифа относится ко мне как к куску мяса, который нужно упаковать по ее правилам.

– Все нормально, – выдыхаю спокойно. – Просто другой город, все новое. Нужно привыкнуть.

Мама расспрашивает меня о подробностях, о семье, и я вынуждена ей лгать, что меня приняли с распростертыми объятиями, потому что не хочу ее волновать. Но