Дело леди Евы Гор - Кира Леви

Господин Филипс вздрогнул, а затем судорожно закашлялся. Он провёл ладонью по вороту камзола, словно тот внезапно стал ему мал.

— Миледи, ну, знаете ли… в городе ведётся активная застройка, новые торговые дома… Разумеется, документов стало больше. До конца года ещё есть время… Это естественный процесс.

Я выдержала паузу, позволив этим словам повиснуть в воздухе, а затем неторопливо развернула копию указа Его королевского Величества о временной отмене налогов для мелких ремесленников и владельцев небольших лавок и гостиниц. Зачитав указ, продолжила:

— Естественный процесс, говорите? Тогда будете объяснять дознавателям, почему чиновник вашего ранга не подчиняется королевским указам. Или вы думали, что Его Величество далеко, герцогиня Гровенор, владелица города, впала в немилость, и решили провернуть свои махинации? Ваше ведомство разослало налоговые уведомления женщинам-вдовам и владелицам лавок, требуя с них завышенные суммы налогов, которые заведомо являются неподъёмными. И это при том, что эти люди милостью короля освобождены в этом году от налогов полностью!

По залу пронёсся тяжёлый ропот. Филипс побледнел.

— Это… должно быть ошибка, миледи…

— Ошибка? — я слегка склонила голову набок. — Ошибка, от которой пострадали десятки женщин, потерявших своё имуществ. Если бы не моё прямое вмешательство, многие хорошие люди были бы разорены.

Я постучала пальцем по свитку.

— Слово случайность здесь неприменимо. Платежи, идущие по этим подложным требованиям, поступали не в казну, а в ваш карман.

— Это не я придумал! — взвизгнул Филипс и с клацаньем захлопнул рот, видимо, сам испугавшись того, что сказал.

Я перевела тяжёлый взгляд на герцога:

— Думаю, мои комментарии излишни. Это измена.

— Я разберусь, — герцог коротко кивнул, подтверждая свои слова.

— Все реестры за последние три года подлежат пересмотру. Господин Кори, отправьте после совещания соответствующий запрос в королевский архив. Если вскроются дополнительные факты мошенничества, гильдия нотариусов понесёт наказание согласно законам королевства.

— Но… миледи…я ведь…

— Степень вашей вины теперь будут рассматривать милорд Гровенор и господин Валентайн.

Мой мозг, привыкший на Земле поглощать и обрабатывать огромные объёмы информации, не подвёл меня и здесь.

Безумно не хватало современных гаджетов, офисных программ, да банального калькулятора!

Но даже без всего этого я могла разложить ситуацию по полочкам, ища несостыковки и подмечая детали.

К концу совещания я наблюдала очень любопытную картину: все шестеро мужчин сидели с напряжёнными лицами, кто-то утирал лоб платком, кто-то потирал шею, а кто-то явно жалел, что не захватил с собой флягу с вином.

Я сложила руки на столе и позволила себе насмешливо улыбнуться.

— Что ж, господа, на этом пока всё. Даю вам двое суток на приведение всех отчётов в соответствие. За работу, господа! Праздность и лень оставляйте за порогом.

Раздался слаженный вздох облегчения, и главы вскочили со своих мест, будто бы сидели не на мягких креслах, а на раскалённых углях.

— Милорд Гровенор, а вас я попрошу остаться.

Глава 42. Границы

Герцог лениво приподнял бровь, но без лишних слов посторонился, пропуская всех на выход. Когда секретарь закрыл за собой дверь, я поднялась и сделала несколько шагов по комнате, пока не остановилась у окна, облокотившись о подоконник. Неслыханная дерзость! Но мне нужна была опора.

Герцог тоже приблизился и небрежно упёрся бедром о стол, скрестил руки на груди. Его поза казалась расслабленной, но взгляд, тёмный и пристальный, прожигал меня насквозь.

— Нам нужно объясниться, милорд.

— Пожалуй, да, — спокойно ответил он, изучая меня с ленивым интересом.

Я прищурилась, стараясь не поддаваться эмоциям. Разговор предстоял не из приятных.

— Вчера я получила не только королевское дозволение на всё это, — я махнула рукой, описывая пространство кабинета. — Я получила также возможность урегулировать наш брак. Король согласился через пять лет аннулировать его. И тогда вы сможете повести леди Селбридж в Храм Светлого Отца, как, полагаю, вы и планировали.

Его взгляд не дрогнул, но я заметила, как уголки его губ слегка напряглись.

— И раз уж всё так сложилось… Прошу не вовлекать имя Гровеноров в какие-либо скандалы, связанные с вашими публичными ухаживаниями за леди Селбридж. Или кем бы то ни было. Я, в свою очередь, гарантирую то же самое.

Он не отрывал от меня взгляда, но его лицо оставалось непроницаемым.

— Вы считаете, что вправе ставить мне условия, миледи? — голос герцога звучал спокойно, но я чувствовала, что это спокойствие было натянутым.

Да и взгляд у него был ну очень уж тяжелым.

— Нет, лишь обозначаю границы. Я не настаиваю на верности, милорд. Я лишь требую не делать из меня посмешище перед двором.

Я намеренно не добавила «и перед Марвелленом». Но он, кажется, понял.

— Вам не по душе моё внимание к леди Селбридж? — его голос стал мягче, но от этого только опаснее. На губах заиграла какая-то хищная улыбка.

Но я не подалась на провокацию, лишь пожала плечами.

— Это ваше дело, милорд.

— Забавно. Женщины не ставят границ своим мужьям.

— Только не надо мне сейчас рассказывать, что вы воспылали ко мне чувствами и готовы подтвердить этот брак! — я устало потерла виски. — Я не признаю в вас мужа.

В голове гудело от бесконечных неприятных разговоров. Мне хотелось одного — позвать Игги и попросить приготовить чай. А не вести словестную дуэль с герцогом.

— Потерпите пять лет. В конце концов, проверите свои чувства и чувства девицы Селбридж.

Воздух в комнате густел от напряжения. Его пальцы медленно сжались в кулак, но тут же разжались.

— Пять лет — это долгий срок, — наконец произнёс он, словно пробуя эти слова на вкус.

Позволив себе улыбнуться, произнесла:

— Только если считать дни. Что касается возложенных на вас обязанностей в связи с принятием титула… После расторжения нашего брака вам останется титул, но носить его будете только вы. Ваши дети в следующем браке не смогут его унаследовать. С вас снимаются обязанности Главы рода Гровеноров. Король рассмотрит подходящую кандидатуру для следующего брака со мной. Как видите, милорд, вы в более выигрышном положении, чем я. У вас есть выбор взять в жёны ту, кого вы хотите, а мне остается только честь рода.

Его лицо осталось бесстрастным, но в глубине глаз взметнулось пламя, выдавая своего хозяина с головой. Не так спокоен герцог, как хочет казаться.

— И ещё… Мне ничего не нужно от вас. Благодарю за подарок, но я сама в