Скандальные намерения - Сари Робинс

– Пахнет чем-то нехорошим, – прокомментировала тетя Сильвия.

Вдовствующая герцогиня энергично покачала головой.

– Мне это совсем не нравится.

– А что там? – поинтересовался генерал. Вдовствующая герцогиня передала генералу записку.

– Мисс Констанция Дрейтерс хочет встретиться с Шарлоттой у пруда в парке в пять часов сегодня пополудни. Она располагает весьма важной информацией о моем Джеймсе. Эта информация имеет отношение к предстоящей свадьбе.

– Какого черта Констанция Дрейтерс может знать о твоем сыне? – спросила тетя Сильвия.

– Не имею понятия. Скорее всего это ложь и наветы. Как бы там ни было, я не хочу, чтобы какая-то балаболка стала чернить имя моего сына. Давайте нанесем визит Дрейтерсам.

– Может, мне вернуться домой? – неуверенно предложила тетя Сильвия.

– Чтобы пропустить такое развлечение? Она наверняка побежит к тебе или другим матронам света, чтобы излить свой яд. Нет, давайте пресечем это в зародыше. Я хотела бы, чтобы ты мне помогла, Сильвия.

– С радостью! – весело откликнулась тетя.

– Я бы не хотел оказаться вашим противником, когда вы станете атаковать, – отозвался генерал.

– Мисс Дрейтерс скорее всего даже не подозревает, какой сюрприз ей уготован. Она считает, что вы находитесь в состоянии войны, а я – нежеланная невестка. – Шарлотта улыбнулась. – Она не догадывается, с какой стороны ей будет нанесен решающий удар.

Вдовствующая герцогиня ввела Шарлотту и ее тетю в салон, где семейство Дрейтерсов пило чай. Леди Дрейтерс подняла глаза на свою подругу и приветственно улыбнулась.

– Ваше сиятельство, какой приятный сюрприз! И мисс Хейстингс... и... леди Джасперс?

Глаза у леди Дрейтерс округлились. Что касается мисс Дрейтерс, то в ее глазах засветилась паника. Закусив губу, она поспешила опустить голову. Леди Дрейтерс настороженно оглядела пришедших, очевидно, чувствуя возможный подвох. Изобразив полуулыбку, она предложила:

– Садитесь выпить с нами чаю.

– Спасибо, дорогая, но в настоящий момент нас ждет неотложное дело с вашей дочерью.

Вдовствующая герцогиня подошла и остановилась перед Констанцией.

– Со мной? – пропищала Констанция. Лицо ее вначале побелело, а затем приобрело зеленоватый оттенок.

Шарлотта также остановилась в шаге от Констанции.

– Мы пришли, не теряя ни минуты. Мы знали, что вы также не хотели бы ждать до пяти часов, чтобы сообщить важную информацию.

Леди Дрейтерс поправила шляпку без полей и нервно спросила:

– Какую новость вам нужно обсудить с Констанцией? Мы обе были страшно заняты подготовкой к нашему балу на следующей неделе, и у нас совсем не было времени наносить визиты кому бы то ни было. То, что вы услышали, должно быть, исходит от других источников.

Глаза вдовствующей герцогини опасно блеснули, когда она повернулась к леди Дрейтерс.

– А что я, по-вашему, могла слышать, Друзилла? Скажи мне.

– Да в общем-то ничего, – поспешила с ответом леди Дрейтерс. – Просто вы знаете, как иногда некоторые люди болтают о разном.

– Мы высоко оцениваем ваше дружелюбие, – язвительно сказала гостья.

– Разумеется, дружелюбие. Мы никогда не сделали бы ничего такого, что может принести вред вам или вашей семье.

– В самом деле? Тогда вы, может быть, объясните, почему ваша дочь прислала Шарлотте письмо, в котором она говорит, что у нее есть критическая информация, касающаяся Джеймса?

Вдовствующая герцогиня повернулась к Констанции, которая, казалось, готова была вжаться в диван.

Леди Дрейтерс снова попыталась исправить ситуацию и бросилась выручать дочь.

– Констанция никогда не сделала бы подобной вещи, не правда ли, дорогая? Должно быть, мисс Хейстингс ошибается.

Шарлотта достала записку. Леди Дрейтерс мгновенно узнала почерк и стала похожа на парус, который сник от безветрия. Она опустилась на диван, шляпка сползла ей на глаза.

Констанция окинула взглядом комнату, ища глазами выход.

Шарлотта наклонилась над девицей и сурово спросила:

– Кто должен был встречаться со мной сегодня в пять часов?

– Это была шутка, всего лишь глупый розыгрыш, – залопотала Констанция. – Мне совершенно нечего рассказывать.

Вдовствующая герцогиня приблизилась к девице и внушительно проговорила:

– Констанция Дрейтерс, я подам на тебя иск за клевету. Я позабочусь о том, чтобы ваши имена были исключены из пригласительных списков в городе, чтобы вы даже мечтать не смогли о приличном браке! Я поставлю своей целью до конца дней своих делать все, чтобы вы постоянно мучились, если вы позволите распространить хоть маленький слушок о моем сыне или о моей невестке!

Лицо Констанции сделалось смертельно бледным. Леди Дрейтерс откинулась на спинку дивана и принялась махать рукой возле своего лица, поскольку ей явно не хватало воздуха. Из груди Констанции вырвались рыдания.

– Это все Стюарт! Он сказал мне, что нужно отомстить Жирару. Ведь он собирался жениться на мне. На мне! А не на какой-то там деревенской простушке! Это я должна была стать следующей герцогиней Жирар!..

Шарлотта выпрямилась.

– Стюарт? Вы имеете в виду Стюарта Фрикерби?

– Да, – сквозь рыдания ответила Констанция. – Он сказал мне, что Джеймс на грани банкротства и поэтому украл у государства собственность, чтобы покрыть свои долги. Он клялся, что я буду материально лучше обеспечена без него. Говорил, что предпочитает меня этой безвкусной мисс Хейстингс.

Вынув из кармана платочек, она шумно высморкалась.

– Собирался ли мистер Фрикерби встречаться с Шарлоттой в пять часов? – спросила тетя Сильвия.

– Да, он собирался устроить скандал, от которого она никогда не сможет оправиться.

– Ах ты, испорченная девчонка! – негромко, но внушительно проговорила вдовствующая герцогиня. – Ты до конца не понимаешь, что ты наделала! – Повернувшись к своей подруге, она добавила: – Друзилла, предлагаю тебе и твоей дочери уехать в деревню. Вы более нежелательны в городе.

– Ах, Кэтрин, неужели я ничего не могу сказать в свое оправдание? – умоляющим шепотом прошептала леди Дрейтерс.

– Я знаю, что это не твоя идея, Друзилла. Ты не настолько глупа. Я не завидую тебе. У меня по крайней мере порядочные и рассудительные дети... – Вдовствующая герцогиня повернулась к Сильвии и Шарлотте. – Пойдемте отсюда. Мне неинтересно здесь находиться.

И гневно покинула комнату.

– У меня еще один вопрос к Констанции. – Шарлотта повернулась к рыдающей девушке. – Мистер Фрикерби говорил о своем участии в каких-либо дуэлях? И есть у него какие-либо шрамы на теле?