Темные удовольствия - Мила Кейн

Рассказать обо всем ее брату было моей обязанностью, и я собирался об этом позаботиться. Это было не то, что можно сказать кому-то по телефону.

Привет, Ашер, как там Колорадо? О, кстати, я влюбился в твою сестру.

Нет. Я бы не поступил так. Мои отношения с Ашером заслуживали большего. Мои отношения с Евой заслуживали всего мира. Это было лучшее, что когда-либо случалось со мной, и я не собирался рисковать тем, что испорчу всё.

Прошлой ночью, когда я засыпал в постели с Евой в моих объятиях, а ее запах витал над нами, она положила голову на мое сердце и сказала то, что я никогда не забуду.

Ты можешь прожить ужасную жизнь из-за этой женщины или прекрасную жизнь вопреки ей.

Впервые за все время, что я себя помнил, я хотел этой прекрасной жизни, и хотел ее с ней. Я собирался, черт возьми, попробовать хоть раз, потому что у меня появилось что-то, без чего я не мог жить. Кто-то, в ком я нуждался больше, чем в воздухе, чтобы дышать.

Я приземлился в Денвере ранним вечером. Горный воздух был чертовски бодрящим, и я был рад, что надел теплую одежду. Я сел в такси у аэропорта и поехал в университет Ашера.

Сегодня вечером была игра. Я успел как раз к началу второго тайма и смотрел, как Ашер играет. Он был так же хорош, как и всегда, и я почувствовал укол ревности, когда наблюдал, как он работает бок о бок со своими новыми товарищами по команде. Я не мог отделаться от мысли, что ему чего-то не хватает, но, возможно, это было просто выдавание желаемого за действительное. Переход Ашера в УХХ было бы воплощением мечты, но, похоже, мои надежды на то, что он решит вернуться, были беспочвенными.

Сегодня вечером он казался злым. Я задавался вопросом, что вызвало его недовольство, и собирался очень скоро это выяснить. После игры я ждал его, сидя на ступеньках у входа на каток. После того как толпа разошлась, потребовалось некоторое время, чтобы появились игроки.

Тихий свист донесся до моего уха со стороны дверей в раздевалку, и незнакомый голос спросил:

— Это Андерсон?

Я обернулся, чтобы посмотреть, кто там, и успел разглядеть группу игроков, прежде чем в меня врезалась темная фигура, а кулак полетел прямо в челюсть. От неожиданности я сильно прикусил язык, что вызвало острую боль.

— Какого хуя? — начал я и заставил себя подняться, когда сильные руки схватили меня.

— Это моя реплика.

Разъяренное лицо Ашера заполнило все мое зрение, а затем его кулак снова встретился с моим лицом, за которым быстро последовал удар коленом в бок.

Я упал на холодные, влажные ступени.

Пара новых друзей Ашера в шоке наблюдали за происходящим. Один из них шагнул вперед и схватил Ашера за плечо, когда он снова двинулся на меня.

— Чувак, что происходит?

Эш с яростью отступил от него и нанес еще один удар ногой. Я упал на спину, ребра затрещали.

— Остановись! — Его товарищи по команде казались обеспокоенными.

— Нет, я не остановлюсь, пока этот ублюдок не истечет кровью, — прорычал Ашер и оглянулся через плечо на своих друзей. — Вы, ребята, идите. Мне нужна минутка наедине с Андерсоном.

Парни выразили слабый протест, но ушли.

— Вставай, — потребовал Ашер.

Я не торопился с этим. Бок болел, а челюсть пульсировала. Пара зубов шаталась, но в этом не было ничего нового. Такое случалось и в хоккее, несмотря на капу.

— Как ты узнал? — Спросил я.

Руки Ашера были сжаты в кулаки, а костяшки пальцев ободраны. Он уставился на меня так, словно действительно хотел оторвать мне голову.

— Маркус звонил сегодня утром. Он решил, что я уже в курсе, раз вы двое не скрываетесь и все такое.

Эш схватил меня за воротник и ударил один раз, потом еще.

— Ты… я доверил ее тебе. — Он ударил меня снова, и моя кровь брызнула ему в лицо.

— Я знаю. Мне жаль.

— Тебе жаль? Это все, что ты можешь сказать? Тебе жаль. Я просил тебя присмотреть за ней, убедиться, чтобы никто ничего не предпринял… ты знал, насколько она невинна. Была. Ты воспользовался ею.

Он ударил меня снова, и на этот раз я не стал уклоняться от его кулака. Я хотел, чтобы он избил меня, мне было необходимо это. Я заслужил.

— Я не воспользовался ею. Она тоже хотела меня, Эш. Она хочет меня не меньше, — сказал я ему.

Эти слова, казалось, только еще больше разозлили его. Он ударил меня снова. В наказание за то, что я сказал правду.

— Сопротивляйся, ублюдок, — потребовал Ашер.

Я облокотился о перила, хватаясь за них, чтобы отдышаться. Затем покачал головой, сплевывая на землю длинную струйку крови.

— Сопротивляйся, или я отправлю тебя в гребаную больницу, Беккет! — Взревел Ашер.

— Отправляй. Мне все равно, я не буду тебя бить.

— Меня это не остановит — не думай, что этим ты купишь себе пощаду.

Он ударил меня кулаком в живот, и я опустился на одно колено, хватая воздух.

— Ты не заслуживаешь пощады.

— Я ее и не хочу. Я не буду драться с тобой, Эш, ни по какой причине.

Ашер вышагивал передо мной, его гневное дыхание клубилось белыми облаками в холодном ночном воздухе, а руки сжимались и разжимались по бокам.

— Вот что будет дальше. Ты разберешься с ее размещением, потому что мы оба знаем, что ты мог бы сразу потянуть за ниточки, но предпочел этого не делать, и после этого больше никогда не заговоришь с ней снова. Ты и я? С нами тоже покончено.

Я выплюнул полный рот крови.

— Нет.

Ашер остановился.

— Что ты только что сказал?

— Я сказал «нет». Я не могу этого сделать.

Он присел передо мной на корточки.

— Ты, блядь, спятил? Ты хочешь умереть сегодня вечером?

У меня вырвался сдавленный смешок.

— Как ни странно, нет, и это первый раз за много лет, когда я могу ответить на этот вопрос честно.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Я не стану извиняться за то, что люблю ее. Я ни на секунду не пожалею об этом и никогда не попрошу прощения за свою любовь.

Ашер отшатнулся, ярость исходила от него волнами.

— Ты продолжаешь меня наебывать? Скажи еще раз, что любишь мою сестру, давай, блядь, рискни.

Я посмотрел ему прямо в глаза, моргая от крови, текущей из рассеченной брови.

— Я люблю ее. Я