Как злодейка кукурузу выращивала - Хэйли Джейкобс

Кайден молча последовал рядом. Он открыл передо мной дверь, и моих голых рук сразу же коснулся холод. Середина декабря, чего ты еще ждала, Лиссандра? Совсем отвыкла я от зимы.

На мои плечи опустился теплый камзол принца, в который я тут же закуталась. Но вот шелковые туфельки под юбкой платья быстро намокли, едва коснулись покрывающего ступени снега. Однако меня едва ли волновала погода и легкий морозец.

Мы спустились в сад, Энок терпеливо ждал. Кайден перехватил инициативу и вел меня вперед, как мог, закрывая меня от устремленных в нашу сторону глаз юного божества, пока я нервно гадала, что именно вдруг ему могло понадобиться по прошествии такого количества времени.

Неужели мир снова под угрозой? И снова я должна чем-то пожертвовать для его спасения? Почему он просто не может оставить меня в покое? Я так устала терять то, что мне дорого.

В десяти шагах от мальчика Кайден остановился. Руки моей он не выпускал все это время. Встав рядом, я пыталась прочитать в серых, незамутненных мирскими проблемами глазах ребенка намеки на очередное бедствие.

Изо рта принца вырывался пар, я пару раз шмыгнула носом, прежде чем бог заговорил.

— Давно не виделись.

В его голосе была, казалось бы, радость от встречи.

— Что тебе нужно? — а вот в тоне Кайдена звенела сталь. Если бы я не сжала успокаивающе его ладонь, боюсь, его высочество уже тянулся бы за клинком.

Брови Энока взметнулись вверх.

— Ничего. Правда. Я больше не имею власти в вашем мире.

— Тогда зачем ты здесь? — не выдержала я.

Мальчишка перевел взгляд на меня и улыбнулся.

— Попрощаться. Наблюдательный срок окончен. Ваш мир стабилен и, как вы уже могли заметить, ему больше не грозит печальный конец.

Энок развел руки в стороны, вокруг него закрутился вихрь из света и снега, и через несколько мгновений, прежде чем я или Кайден успели отреагировать, на месте божка появился высокий молодой человек: светловолосый, сероглазый, в белых одеждах и с повзрослевшими чертами лица.

— Ах, наконец! — улыбнулся Энок.

Он не объяснил, но, припомнив пространные объяснения божества, у меня возникла догадка, что только что он получил энергию от этого мира и поэтому вырос.

— Ну вот, теперь-то другое дело! — Энок покрутился, осматривая свое новое тело и удовлетворенно кивнул.

Кайден хмурился, недовольно наблюдая безмятежную суету того, по чьей вине он столько всего натерпелся.

— Вижу, вы двое снова вместе, — сказал блондин, вспомнив о серьезности момента. — Я рад. Процентов на семьдесят я был уверен, что так и случится. Погрешность ведь на то и погрешность, верно?

У меня при упоминании процентов из его уст дернулся глаз. Энок продолжал:

— Правда, я не был уверен в сроках. Два года — довольно быстро, учитывая необратимость эффекта эликсира забвения. Хм, что ж, мои поздравления.

Я открываю рот, но прежде, чем успеваю спросить, бог усмехается и отвечает на мой невысказанный вслух вопрос:

— Все теперь хорошо, Лиссандра. История завершена там, где мы два года назад поставили точку, откатив все к началу. Я не появился раньше, потому что, прознав про три предыдущих перезапуска и мое вмешательство, братья подвергли меня наказанию, а за этим миром на всякий случай установили наблюдение. К счастью, сегодня срок их надзора завершился. Это наша последняя встреча. Такое совпадение. С днем рождения, кстати.

— Полагаю, что это хорошая новость, — хмыкает Кайден, не удержавшись и закатив глаза, проигнорировав поздравления.

— Да. Я пришел поблагодарить и попрощаться. Ну и, думаю, что я должен, не знаю, наверное, извиниться перед вами двумя. Но если бы время обернулось вспять…

Я в ужасе вздрогнула, Кайден успокаивающе приобнял меня и притянул к себе, ощерившись на делающего невовремя паузу в разговоре блондина.

— …Я бы поступил точно также. Лиссандра, я не стал посвящать тебя в то, что уже тогда думал, что Кайден, как и полагается погрешности, окажется величиной совершенно непредсказуемой и не поддающейся здравому смыслу. Скажи я это, думаю, тебе было бы полегче. Но надежда порой яд похуже отчаяния. Если бы этого не случилось, опять же, помним про непредсказуемость природы твоего избранника, ты была бы безутешна. Перед тобой Кайден, я тоже виноват, но имело бы значение, знай ты о том, что придется сделать? Таков был наилучший из возможных вариантов.

Короче, Энок извиняется, но как-то неискренне.

Мальчик, теперь уже юноша, сверкает глазами в мою сторону и заявляет:

— Ага. Но раз уж я все равно виноват, то кое-что вам подарю. Одно желание. Нарушить законы природы и миропорядок не в силах, так что давайте поскромнее. Да, насчет блуждающих порталов и иномирных тварей можете не беспокоиться, с моим уходом связь этого мира с другими разорвется, и они больше вас не побеспокоят. Можете побыть эгоистами.

Переглядываемся с Кайденом, совершенно не зная, о чем просить. Как-то опасно давать Эноку лезть в дела смертных, да и наученные опытом, мы знаем, что лучше самим не плошать, чем надеяться на высшие силы. Ни к чему хорошему это не приводило. По глазам принца вижу, что он разделяет мои опасения.

Но, может, Кайден желает узнать судьбу своих родных родителей? Я не вправе его за это осуждать.

Энок выжидательно приподнимает брови и скрещивает руки на груди, создавая впечатление праздно коротающего время молодого человека.

Мне нечего просить. Вряд ли бог способен вернуть к жизни мертвых. Прошлого не изменить. А будущее мне хочется строить самой.

Желать нам обоим совместного счастья, молить о том, чтобы по щелчку пальца решились все проблемы принца с передачей власти и реформированием организации государственного аппарата, чтобы исчезли все препятствия, которые нам еще придется преодолеть вместе — разве это не означает выбор легкого пути?

Мы всего лишь люди. У нас свои радости и печали, свои цели и свои проблемы. И решать их нам предстояло самим, без помощи богов и исполнения желаний. Может, это и к лучшему.

Мы сами кузнецы своего счастья. И вместе мы справимся со всем самостоятельно, без помощи и подсказок.

Кайден крепче сжал мою руку и, не отрывая взгляда от Энока, произнес:

— Ничего. Нам ничего от тебя не нужно.

Энок хмыкнул, словно ожидал подобного ответа. В его взгляде промелькнула тень разочарования, но тут же сменилась привычной насмешливостью.

— Значит, отказ. Я удивлен, многие на вашем месте поступили бы иначе. Ну, ничего не поделаешь. Прощайте.

С этими словами светловолосый юноша растворяется в воздухе, оставляя нас одних посреди заснеженного сада. Только легкий ветерок, закруживший снежинки, напоминает о недавнем визите бога.

Я повернулась к Кайдену,