Охотничья луна - Виктория Холт

— Я думала о маскараде. Помните, мисс Барстон потеряла один из костюмов?

— Да, — со смехом сказала Шарлотта.

— Может быть, вы скажете мне, почему находите это столь забавным?

Обе молчали.

— Ну же, — сказала я. — Скоро начнутся уроки. Вы знаете что-нибудь об этом костюме?

Юджини взглянула на Шарлотту, которая вызывающе сказала:

— Фиона взяла его.

— Понимаю, и во время представления кто-то его носил. Не мог ли это по случайности быть ваш романтический Карл?

Они прыснули со смеху.

— Это очень опасное дело, — строго сказала я. — Так носил Карл этот костюм?

Они все еще пытались сдержать свое веселье.

— Так носил? — выкрикнула я.

— Да, мисс Грант, — сказала Шарлотта.

— И у него хватило наглости появиться вместе с монахами?

— Он должен был увидеться с Фионой. Он должен был рассказать ей о том, как все организовано.

— Понятно. И вы знали об этом секрете?

Они снова молчали. Я думала о том моменте, когда я чуть было не застала Фиону и ее возлюбленного. Если бы только мне это удалось! Если бы я смогла сбросить маску с того человека, я могла бы помешать катастрофическому побегу.

— Вы оказались очень глупыми, — сказала я.

— Почему? — спросила Юджини. — Любовь — это хорошо, и Фиона счастлива.

— Фиона очень молода.

— Ей восемнадцать. Почему бы это любовь хороша для одних, но не для других?

В глазах у нее был прямой вызов.

— Я уже сказала, что это опасное дело. Теперь возвращайтесь в свой класс.

Они побежали по траве, я пошла следом.

В этот вечер Джейсон зашел в школу. Мисс Хетерингтон пригласила учительниц в свой кабинет послушать, что он скажет.

Он узнал, что как раз перед отправлением девятичасового поезда на Эксетер на станцию прибыли двое. Мужчина был незнакомым, и станционный смотритель не узнал его спутницу. На ней был плащ, который полностью закрывал голову. Были еще два пассажира… оба мужчины. Это все, что он мог вспомнить.

— Они могли отправиться в Эксетер… или Лондон… куда угодно, — сказал Джейсон. — Похоже, мы не выйдем на их след.

В кабинете царила мрачная атмосфера. Думаю, большинство из нас признавали, что Фиона сбежала успешно.

На следующий день Джейсон уехал в Эксетер. Кажется, он очень много расспрашивал, но, конечно, вслепую.

Мы пытались вернуться к нормальному существованию, но это было нелегко. Я никогда не видела Дейзи такой подавленной. Она ужасно волновалась из-за того, как это все отразится на школе.

— В каком-то отношении, — говорила она, — это милость Божия, что она та, кем является. Сэр Джейсон знает в точности, как это случилось, и в конце концов сбежала она из Холла. Он не обвиняет нас в небрежности. Тем не менее девушки болтают, и я не знаю, какова будет реакция родителей на побег.

Четыре дня спустя после побега Юджини получила открытку от Фионы. На ней было изображение Трафальгар-Сквера и лондонская марка.

«У меня все чудесно, и я очень счастлива. Фиона ».

Открытку тотчас конфисковали, осмотрели и послали за сэром Джейсоном. Но на самом деле она не давала никакой информации, кроме той, что Фиона счастлива и в Лондоне.

— Бесполезно пытаться ее найти, — сказала Эйлин, — это похоже на поиски особенно неуловимой иголки в необычайно большом стогу сена. Она уехала. Она уже может быть замужем. Думаю, что так, поскольку у нее приличное состояние. Возможно все дело именно в этом. Хотя Фиона и очаровательное дитя… решительно самая приятная из этой безбожной троицы, которая включает ее сестру и одиозную Шарлотту. Мне жаль, что убежала не Юджини или Шарлотта.

Это было показателем того, что думают люди. Они начали уставать от темы отъезда Фионы. Было очевидно, что в школу она не вернется.

— Давайте на этом остановимся, — сказала Эйлин. — В конце концов я сомневаюсь, чтобы она была первой школьницей, которой довелось убежать с мужчиной. Думаю, что в прошлом веке их был целый урожай… всегда наследницы, что, как я полагаю, и являлось основной целью этого предприятия. Так что и в этот раз все как полагается.

Когда я отправилась на почту, я нашла там миссис Бэддикомб с круглыми от любопытства глазами.

— Даю слово, — сказала она, — жизнь у нас не стоит на месте. Что вы думаете о том, чтобы молодая леди вот так убежала! Ну куда мир-то идет? Говорят, он был такой красивый джентльмен. Вскружил ей голову. Ну, вы же знаете, что такое молоденькие девушки. Их не остановишь. Думаю, в школе и в Холле обошлось не без суматохи.

Было похоже, что порожденное бегством Фионы возбуждение затмило интерес к исчезновению миссис Мартиндейл.

Я зарегистрировала посылку тете Пэтти, хотя необходимости в этом не было: я посылала искусственные цветы, которые случайно увидела в Колби и подумала, что она сочтет их подходящими для украшения шляпы. Она удивится, что я послала заказную бандероль, но я смогу объяснить ей, в чем дело, когда мы увидимся.

— Не напишите ли вы квитанцию печатными буквами?

— Печатные буквы! — воскликнула миссис Бэддикомб. — Это еще что?

— Как в книгах.

— Ну, я никогда раньше этого не делала. Я всегда пишу свои квитанции естественным почерком.

— Так будет легче прочитать.

Она с подозрением посмотрела на меня и довольно старательно выполнила мою просьбу. Она вручила мне квитанцию и сказала:

— Интересно, узнаем ли мы что-нибудь. У нее есть характер. Это я должна за ней признать. Всегда считала, что она тихоня. Так ведь разве у них поймешь, говорю я Бэддикомбу, и частенько в тихом болоте черти водятся.

Она заговорщицки мне подмигнула.

Я попрощалась и вышла из почты, сжимая в кулаке свою квитанцию: никакого сходства с печатными буквами на конверте, который я получила.

Семестр проходил трудно. Хорошая погода кончилась, и почти все время шел дождь. Собрав всех девушек, мисс Хетерингтон поговорила с ними и сказала, что они ни в коем случае не должны вообще разговаривать с посторонними людьми; а если кто-то с ними заговорит, немедленно обязаны доложить либо ей, либо одной из учительниц.

Девушки вели себя соответственно покорно, но я догадывалась, что все они думали, как чудесно то, что произошло с Фионой, и были бы невероятно рады оказаться героинями такого замечательного романа.

Я избегала Джейсона больше, чем когда бы то ни было.

Мысли мои были в смятении. Я не могла забыть письмо и не могла не чувствовать, что найти Марсию Мартиндейл важнее, чем найти Фиону. Мне отчаянно хотелось вырваться из школы. Я никак не могла дождаться двадцатого июля.