Солнце - Анна Джейн

Это несправедливо, но вместо слез у меня смех.

- Я бы, может, попробовал с ней дальше - знаю, что нравлюсь ей, - говорит задумчиво Дастин. - Но смысл, если есть ты?

Он целует меня в шею, и во мне тотчас просыпается только что уснувшее желание обладать этим человеком.

Я откидываю голову назад - распущенные волосы начинают щекотать обнаженную спину.

- Ты прекрасна, Франки, - шепчет Дастин и, не сдержавшись, добавляет: - Особенно когда молчишь.

Его ладони скользят по моему телу, и от поцелуя голова идет кругом. Я не знаю, откуда во мне столько нежности.

- А как ты поешь, я никогда не слышал, - вдруг говорит Дастин - его пальцы на моих щеках. - Спой мне?

- Я спою тебе завтра, - обещаю я. - Сегодня голос уже пропал. Хорошо?

Это какая-то ерунда, но он верит в нее. Он верит мне. А я только этого и добиваюсь.

- Хочу спать, - бормочу я сонно. - Давай поспим?

- Хорошо, продолжим завтра утром, - подмигивает Дастин. - Я удивлю тебя.

- Чем? - спрашиваю я, поудобнее устраиваясь на его вытянутой руке.

Он не отвечает - лишь желает мне спокойной ночи. И он не знает, что завтра я его удивлю.

Дастин засыпает на удивление быстро, и ему что-то начинает сниться - его смоляные ресницы подрагивают. Мне хочется, чтобы ему снилась я. А в моих снах всегда найдется место ему

Я лежу и смотрю на него, дожидаясь, когда наступит более глубокая фаза сна. А потом тихонько выбираюсь из его объятий и выхожу из комнаты, чтобы собрать разбросанные вещи и найти в рюкзаке маникюрные ножницы. Я чувствую себя вором - неслышно, словно тень, брожу по дому. Хотя я и есть вор.

Я склоняюсь над Дастином, который так и не разомкнул глаз, с ножницами в руках. Мои волосы едва не падают ему на лицо, но я вовремя перехватываю их. Поддеваю черный шнурок, на котором висит кулон, и аккуратно срезаю его.

Черная пуля оказывается в моих руках, и сердце начинает стучать как сумасшедшее - играет дробь двойками. Я сжимаю свою добычу и последний раз смотрю на спящего Дастина. Улыбаюсь ему и ухожу, запомнив его таким - безмятежным и любимым.

Если бы я осталась чуть дольше, возможно, я бы уже не смогла уйти.

Прости меня. Дастин. Прости. Жаль, что ты запомнишь меня воровкой.

В гостиной я быстро одеваюсь, хватаю рюкзак и ухожу. Не просто из квартиры Дастина Лестерса, а из его жизни. Я спускаюсь на лифте вниз, быстрым шагом пересекаю холл, чувствуя, как меня провожает взглядом охрана, и, наконец, оказываюсь на улице. Почти бегом я бросаюсь на другую сторону, пересекаю пару кварталов и ловлю такси, отдав свою последнюю наличку. Пока еду, я открываю кулон-пулю и достаю скрученную бумажку, исписанную мелким почерком. Это - пароли Лестерса к его картам и счетам, но что-то подсказывает мне, что они давно уже нерабочие. Однако это не важно. Важно то, что у меня с собой есть несколько карт Лестерса и наличка из его бумажника. Я прошу водителя остановить машину около банкомата, вставляю в него одну за другой карты Дастина, наугад набирая пароли, и спустя три попытки карты блокируются. Наверное, сейчас ему придут сообщения об этом, но я заранее выключила звук на его телефоне, чтобы он не проснулся раньше времени.

Я ломаю карты, выбрасываю их и еду дальше. У дома мы оказываемся уже в предрассветных сумерках. Меня охватывает странное чувство страха - кажется, оно витает в воздухе, но я не понимаю, в чем дело. А когда вижу рядом с кустами одиноко лежащую черную туфлю, мне становится нехорошо. Кто ее потерял? Видно, что это дорогая обувь.

В округе никого нет - лишь тишина. И я, то и дело нервно оборачиваясь, направляюсь в квартиру. Там царят тьма и тишина. Лилит нет дома - наверное, она у Октавия, и это открытие ранит меня - я хотела бы увидеть ее напоследок. Зато Кирстен, наконец, дома - спит в своей комнате, по привычке раскинув руки.

Я тихо собираю вещи в сумку и зачехляю любимую классическую гитару. Все унести с собой я не смогу, только самое необходимое. Но это неважно. Важно просто уйти, оставив после себя беспорядок.

Перед тем как навсегда покинуть свою комнату, я достаю кулон-пулю и кладу ее на стол в разобранном виде. Рядом кидаю свою поломанную сим-карту. А потом иду к Кирстен, которая все еще спит.

Я стою в дверях и смотрю на ее лицо, на которое падает косой луч фонаря. За окном занимается терпкий лимонно-янтарный закат, изрезанный верхушками небоскребов.

Я больше не злюсь на Кирстен - больше незачем. Просто смотрю на подругу, понимая, что все наши ссоры и недомолвки были пустыми. А потом бужу ее.

- Кирстен, Кирстен, - трясу я ее за плечо.

- Что? - нехотя распахивает она глаза. - Что случилось, Санни?

Спросонья она не помнит, что мы поругались.

- Я должна уйти, - говорю я.

- Куда? - резко поднимается она. - Ховард, что с тобой?!

- Я не могу сейчас объяснить, - закусываю я губу. - Но я должна уехать. Надолго. Пожалуйста, присмотри за моими гитарами, ладно?

Кирстен вскакивает с кровати - она видит набитый рюкзак за моей спиной. Ее волосы взъерошены и она в одной футболке.

- Ховард, ты с ума сошла?! Куда ты? Что случилось? Отвечай! - требует она.

Я достаю из кармана джинсов смятые купюры и сую ей. Для Дастина это немного, но подругам пригодится.

- Это тебе и Лилит. Возьми, только никому не показывай. Поняла? Ты поняла меня, Кирстен?

Она держит эти смятые деньги, испуганно на меня глядя, и не знает, что делать.

- Ты скажешь, что случилось или нет? - жалобно спрашивает Кирстен. Она напугана.

- Я вляпалась в дерьмо, - улыбаюсь я. - Возможно, за мной придут.

- Кто?!

Я пожимаю плечами.

- Позаботься о моих гитарах. Пожалуйста, - повторяю я. - Обещаешь? И обними за меня Лилит. Я вас очень люблю.

- Обеща... Ховард! - кричит Кирстен, видя, что я разворачиваюсь и ухожу. - Куда ты?!

Она догоняет меня в прихожей и пытается развернуть за плечо. Я не сдерживаюсь и обнимаю ее напоследок, а после отталкиваю и выхожу.

Кирстен выбегает за мной на лестничную площадку - босиком.

- Вернись! Санни! - кричит она. - Санни! Объясни мне, что случилось!

Но я не останавливаюсь и выбегаю из дома.

- Это не я! - вдруг слышу я крик Кирстен. - Это не я сделала!

Я оборачиваюсь и вижу ее в окне - она высунулась так, что вот-вот выпадет. Я машу ей рукой и сажусь в дожидающееся меня такси. Странно, но я настолько от всего отстранена, что не думаю - а сколько натекло по счетчику за ожидание?..