Игра в притворство - Оливия Хейл

— Это не наказание. — его голос хриплый. — Но в следующий раз будет. Тебе бы это понравилось, бедовая? Я хвалил тебя. Я учил тебя. Я тоже могу наказывать тебя.

— Да. — мое дыхание учащается.

Это все еще такое другое ощущение, его толстый палец движется внутри меня. Мы оба смотрим, как он медленно добавляет второй к первому.

— Ты тугая, — бормочет он. — Мы будем действовать медленно.

— Я не хрупкая.

— Я знаю. — он снова наклоняется и прижимает еще один поцелуй к моему клитору. Между его языком и медленно работающими пальцами он вводит оба внутрь меня и начинает медленный, ритмичный темп.

Мои бедра приподнимаются навстречу движению.

Он посмеивается, уткнувшись в мой клитор, и я почти кончаю тут же. Он отрывает губы и продолжает вводить пальцы.

— Ты ревнуешь? — спрашивает он. — в его горле звучит низкий стон. — Ты знаешь, я хочу тебя трахнуть. Это никогда не было проблемой. Ты такая добрая и такая милая. Я бы отдал свою правую руку, чтобы почувствовать, как ты кончаешь вокруг моего члена. Чтобы сказать тебе, как хорошо ты принимаешь меня.

Мои стопы скрючиваются на краю кровати, колени согнуты и раздвинуты для него.

— Пожалуйста.

Он вытаскивает пальцы из меня.

Я приподнимаюсь на локтях.

— Что ты делаешь?

— Я делаю то, о чем ты меня просила, — говорит он и тянется к вибратору. С этого угла он выглядит большим, и мои колени смыкаются. Несколько часов назад это казалось такой прекрасной идеей.

— Единственный человек, — мрачно говорит он, — к которому я должен помогать готовить тебя, это я.

Он снова целует мои ноги врозь и проводит силиконом вибратора по моим половым губам. Покрывая его, понимаю я. Его глаза почти черные.

— Помни, не бойся говорить со мной, милая. Будешь ли ты хорошей девочкой и скажешь мне, если станет слишком много?

— Да, — выдыхаю я.

— Хорошо. — его другая рука скользит вверх, чтобы ухватиться за мою тазовую кость. Заземляя меня и напоминая, что он здесь. Что мы делаем это вместе. Мои раздвинутые колени, его теплые руки, стук моего сердца.

— Дыши, — бормочет он. У входа возникает сильное давление, и он вводит его внутрь, всего на дюйм. Растяжение жжет. Я делаю еще один глубокий вдох и чувствую, как его большой палец рисует круги на моей тазовой кости. — Вот так. Расслабься.

Его рука движется вниз, находит мой клитор. Я делаю еще один долгий вдох, и жжение начинает стихать.

— Все в порядке.

— Да?

— М-м-м. Но ты больше, чем этот вибратор.

Он стонет. Это гортанный звук, наполовину подавленный в его горле.

— Да. Но это хорошая практика. Сможешь сделать это для меня, милая девочка? Сможешь попрактиковаться?

— Да, — выдыхаю я. — Я смогу.

Он вводит его еще на дюйм, и я никогда раньше не чувствовала себя настолько полной.

Что-то сдвигается внутри меня, жжение есть, но оно становится слабее, и его большой палец возвращается к моему клитору.

— Вот так. Ты можешь принять все это.

Что-то сдвигается, и он включает вибрацию. Это низкий уровень, но она

резонирует внутри меня, делает скользкое вторжение легче. Спустя секунду он наклоняет голову, чтобы прижаться поцелуями к моему клитору.

Это все слишком и недостаточно одновременно, и должно ли это чувствоваться именно так?

Почему я не могла делать все это раньше? Я думаю о годах, которые

потратила впустую, не чувствуя этого, не имея Веста, отвечающего за мое удовольствие.

— Это… Я…

— Я знаю, — говорит он, и следует еще один слабый толчок внутри меня.

— Теперь он полностью внутри. Ты так хорошо справляешься, детка. Видеть твою киску растянутой вот так…

Он держит его глубоко внутри меня и возвращается к тому, чтобы лизать мой клитор. Я чувствую себя растянутой и перевозбужденной, и вибрации глубоко внутри меня вызывают дрожь в нижней части живота.

Это напугало бы меня, если бы я не испытывала этого раньше.

Проходит еще несколько минут, прежде чем мое дыхание перехватывает и колени смыкаются. На этот раз оргазм начинается глубоко внутри. Это не легкая трепетная вещь, а глубокая приливная волна чувства. Я пытаюсь свернуться. Я не могу вынести это, мой рот приоткрывается на полукрик.

В следующее мгновение его рука уже там, давящее тепло против моей губы.

— Тш-ш-ш, милая. Блядь. Вот так. Дыши…

Мои глаза расширяются, прикованные к его, всего в дюймах от моего лица.

— Упс, — бормочу я ему в ладонь. Я не осознавала, что издаю звуки.

— Преступление — говорить тебе молчать, когда ты так прекрасно кончаешь. Но мы не можем позволить никому другому в этом доме услышать.

— Извини.

— Не извиняйся. Никогда за это. — он наклоняется, чтобы прижать лоб к

моему плечу и посмеивается о мою кожу. — Никогда не извиняйся передо мной ни за что.

Я подтягиваю его к себе, тяну, пока он не оказывается рядом со мной на кровати. Я чувствую себя выжатой тряпкой, опьяненной солнцем, счастливой, потной и теплой. Он проводит рукой вверх-вниз по моему позвоночнику.

— Мне это тоже нравится, — бормочу я ему в шею. — Я обожаю, когда ты обнимаешь меня.

Он тянется к чему-то, и затем мягкая простыня опускается на меня. На нас. Его рука возвращается к движениям вдоль моей спины.

— Я не уйду, пока ты не уснешь, — говорит он мне в волосы. — Ты и здесь в безопасности, милая.

Сон настигает меня быстро.

Глава 45

НОРА

Следующий вечер — наш последний. К нему и вели все это «Потерянные выходные», и он чувствуется в влажном воздухе, в запахе жасмина и предвкушения. На террасе виллы установлен покерный стол.

Я играла в покер раньше, но довольно давно, так что сегодня днем у бассейна я освежила в памяти правила. Фишки, которые я выиграла за эти дни, лежат в моей сумке. Пластиковые черные и красные, и я перебираю их пальцами.

Алекс уже сидит за покерным столом. Одна нога закинута на другую, его

руки сцеплены на голени. Он до сих пор много занимается спортом, и это видно по мускулам под рубашкой. Он наследник виски-империи, которая практически управляет сама собой. Слишком много денег и слишком мало смысла.

Он ухмыляется, увидев меня.

— Ты пришла.

— Конечно. — я поднимаю свою стопку фишек. — Пожалуйста, скажи, что вы, парни, будете троллить друг друга. Я последние полчаса репетировала оскорбления у себя в комнате.

Он смеется.

— Вот это настроение, девочка. Иди. Садись рядом со мной. Каллоуэй скоро