Все или ничего - Кэтрин Лэниган

— У вас счастливый вид, ребята, — сказала она, усаживаясь на диван.

Морин взглянула на Брендона:

— Да, несмотря на техасское правительство.

Линн недоуменно вскинула брови:

— Ты о чем?

— Вчера я получила счет на восемьсот тысяч долларов.

Это налог на землю.

— О Боже! Они что, с ума сошли? Может, это просто сбой в компьютере?

— Да нет, — сказал Брендон, протягивая Линн рюмку ледяного зинфандела,[10]я проверил. Все правильно. Похоже, Мак не платил налоги с 1955 года.

— И все же, мне кажется, здесь что-то не так.

— Конечно, не так, черт возьми! — согласился Брендон. — Только мы не можем это доказать. Сейчас Морин пытается найти способ не платить эти налоги. Иначе она потеряет ранчо.

Линн с сочувствием посмотрела на подругу:

— Господи, Морин! Я могу тебе чем-то помочь?

— Вряд ли. Нам поможет только чудо.

Брендон погладил Морин по плечу.

— У нас в запасе еще три месяца. Мы обязательно найдем чудо. — Он взглянул на Линн. — Ну, рассказывай, с чем пожаловала?

Линн так расстроилась за Морин, что почти забыла про собственные проблемы.

— Я пришла к тебе за помощью, Брендон. Как только Берт вернется из Хьюстона, я буду просить его о разводе.

Весь месяц я готовилась к этому часу. Я нашла все, что нужно, чтобы удержать моих детей при себе. Но это может быть опасно.

Морин почувствовала, как у нее зашевелились волосы на затылке.

— Почему?

— Твои подозрения подтвердились, Морин. Берт в самом деле промышляет наркотиками. Я нашла улики — деньги, связи и банковские счета на вымышленные фамилии. А самое главное, я нашла журнал учета наркотиков.

У Брендона округлились глаза.

— Там есть имена?

— Нет, но есть даты и время выгрузки, количество наркотиков и суммы денег, полученных Бертом после каждой сделки.

— Это действительно очень опасно… — Морин подумала о миллионах наркоманов в стране.

Линн взглянула на нее:

— Он совсем не думает ни обо мне, ни о детях! Весь этот кошмар — у нас дома! Представляешь, самолеты с наркотиками садились на нашу взлетную полосу!

— Взлетная полоса… — задумчиво повторил Брендон.

Неожиданно он понял. Мафия хотела забрать себе ранчо Морин, чтобы пользоваться ее взлетной полосой — самой длинной и удобной из всех, что были поблизости. Ранчо Макдональда предназначалось для контрабанды наркотиков.

Участок такого размера легко использовать для отмывания грязных денег вкладывать их в скотоводство, добычу нефти… и золота. Вариантов было бессчетное множество.

Наверное, у мафии были И другие причины желать ранчо Морин, но даже этих вполне достаточно, чтобы убить человека… например, Уэса Рейнольдса. Или Морин.

Мысли роились в голове у Брендона. У Линн был тот самый золотой ключик, который они с Морин так долго искали!

— Ты не будешь возражать, если я задам тебе несколько вопросов?

— Конечно, нет.

— Когда все это началось?

— Где-то в марте. Я не могу сказать точно, когда он впервые вступил в связь с наркодельцами, но мне кажется, это случилось вскоре после того, как наш адвокат сообщил Берту о том, что он банкрот. Теперь мне понятно, почему он удержался на плаву, в то время как все его приятели разорились.

— Интересно, в этом журнале есть какие-то сведения, которые можно использовать в борьбе с мафией?

Линн заколебалась. Она была так поглощена собственными проблемами, что не сознавала значимости найденных ею улик. Брендон хочет обернуть их против Берта и тех, кто над ним стоит. Но у Линн были другие планы, не столь благородные.

— Я не могу этого сделать, Брендон.

— Линн, — умоляюще сказал он, — ты хоть представляешь, что у тебя в руках? Через Берта мы могли бы выйти на главных воротил мафии и остановить их.

— Я знаю. — Лини судорожно глотнула. Она никогда не была эгоисткой, но сейчас ее вынуждали к этому обстоятельства. — Как ты не поймешь, Брендон? Я всю жизнь пыталась вырваться из этого брака… Я намерена обезопасить своих детей. Если я отдам тебе этот журнал и ты пойдешь с ним в полицию, то моего мужа посадят в тюрьму. А это мне не нужно. Но дело не только в этом Моим детям будет угрожать опасность. Их могут похитить… даже убить. Тебе не кажется, что ты требуешь от меня слишком многого?

— Да, ты права, — медленно проговорил он.

— Я хочу уйти от Берта, но я не желаю, чтобы мои дети считали своего отца преступником. Если все получится так, как я задумала, то Берт уже никогда не сможет причинить нам вреда. Пусть живет как хочет и где хочет, только не в Кервилле Ты знаешь, Брендон, я готова тебе помочь, но попробуй встать на мое место…

Морин понимала подругу Линн и так шла на большой риск, затевая борьбу с Бертом. Этот человек связан с мафией, кроме того, он неисправимый эгоист. Ему плевать на Линн и детей.

Она тронула Линн за руку:

— На твоем месте я бы поступила так же. Я бы никому не позволила подвергать опасности своих детей.

Линн даже немного растерялась: она сильно подведет Морин и Брендона, отказавшись помочь им, и все-1аки Морин была на ее стороне.

— Морин права, — сказал Брендон, — кажется, я слишком рьяно взялся за дело. В конце концов, что такое Техас если не люди?

Линн просияла:

— Спасибо вам! Мне так важно чувствовать вашу поддержку. Я рассказала вам все это на случай, если со мной или с детьми что-то произойдет.

— О Господи, даже не думай об этом! — воскликнула Морин.

— Приходится думать, Мо. Я слишком много знаю. Найдется немало желающих меня убрать.

Морин кивнула. Лини мужественно смотрела в глаза правде. Она рисковала больше их, ведь бороться с неизвестным чудовищем порой легче, чем с, конкретными обстоятельствами.

— Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы тебе помочь, — пообещала Морин.

— Тянуть я не собираюсь. Берт скоро обнаружит, что у него пропали деньги. Я забрала все — во всяком случае, все, что смогла найти. У него наверняка есть еще тайники. — Лини опустила глаза на свое широкое обручальное кольцо. — А вообще мне очень жаль, что так сложилось. — На глазах ее выступили слезы, но она быстро взяла себя в руки.

Сейчас не время раскисать!

— Все будет хорошо, — ободрила ее Морин, — ты сильная женщина. Я могу лишь мечтать о такой силе.

— Не знаю. Я только хочу спасти детей… и себя.